Ирина Смирнова – Проклятие мёртвого короля (страница 14)

– Мои помощники, с вашего позволения, сразу пройдут в помещение для служащих, – безупречно-вежливо уведомил Мартош таким тоном, что сразу стало понятно: “с вашего позволения” – это такая присказка, чтобы создать иллюзию добровольности.

Очень правильно, кстати, что в число “помощников” вошла и Аветта. Вошла и ушла – снимать отпечатки у слуг, надо полагать. А мы отправились вслед за дворецким в гостиную, куда вскорости и явился виконт… опять я забыла, как его зовут… Но, к счастью, все, что на данном этапе от меня требовалось – это помалкивать.

– Доброго вечера, господа и леди, чем могу быть полезен?

– Простите, лорд, у нас внезапно возникло еще одно дело, тоже связанное с вашим замком, – Мартош был сама учтивость и служебное рвение.

– Что ж, прискорбно, весьма прискорбно… – а по виду не скажешь, что мужик скорбит.

Вид у него самый цветущий, уверенный такой, вальяжный… словно он уже чувствует себя здесь хозяином. Хотя он и чувствует, потому что предпоследнее завещание, написанное старым графом, отдавало все наследство именно в его руки. И кислые лица остальной родни, еще не успевшей разъехаться в ожидании похорон, это подтверждали.

А виконт тем временем продолжал, выговаривая каждое слово кругло, значительно, словно ронял в глубокий колодец свинцовые ядра:

– Я обеспечу вам полное содействие, лорд Иллеш, можете не сомневаться. Этот дом полностью к вашим услугам.

– Благодарю, лорд Баккош. Ваше содействие облегчит нам работу. Хотя дело, признаться, неприятное. И вдвойне прискорбно, что это дело связано с вашим лакеем, – Мартош плавно так водил рыбу, не торопясь подсекать.

А виконт, похоже, еще не чувствовал, что уже прочно сидит на крючке. Такой самоуверенный? Несомненно. Но и не без оснований – он выстроил вполне жизнеспособную комбинацию. Если предположения Мартоша верны, то убийцу не пугает даже то, что о тайнике с ядом может стать известно. Потому что он уничтожил все ментальные следы своих прикосновений.

Я не верю в то, что интрига такая многослойная и виконт позволил своему лакею травить народ намеренно. Слишком большой риск привлечь внимание раньше времени. Так что сейчас убийца, может, еще и не догадывается, что ревнивый слуга подвел его задумку под монастырь.

– Мои люди поищут оправдывающие или обвиняющие его улики. Вот ордер, – ну да, Мартош его получил еще в управлении, пока Аветта лихорадочно собиралась в каморке практикантов.

– Да что вы, лорд Иллеш, я и так верю, что вы не стали бы без нужды беспокоить нас в столь поздний час. Не хотите ли выпить вина? Вы какое предпочитаете? А ваш друг и ваша родственница? – виконт скользнул учтиво-равнодушным взглядом по удобно развалившемуся в кресле Адриану (вот кому и на вулкане будет хорошо, умеет человек устроиться), по моей скромной персоне и даже движением ресниц не намекнул на то, что вообще-то не нормально таскать друзей и родственников с собой на обыски и допросы.

Аристократическое воспитание, куда бы деться… Надо бы, кстати, не просто молчать и не отсвечивать, но и примечать и соответствовать.

Мартош и Адриан заказали красное сухое, я только кивнула. Остальная родня, рассредоточившаяся по углам и диванчикам, оживилась, лакеи замелькали со скоростью кузнечиков, почти мгновенно у каждого из присутствующих в руках оказался бокал…

Ой, ну все! Прямо вечеринка в высшем свете… Все улыбаются, все безукоризненно учтивы и приветливы.

А потом в гостиную с триумфом вступили Нандор, Донат, Аветта и Неопровержимая Улика. То есть, улику нам не предъявили сразу, просто по горящим глазам практикантки и довольному виду оперов я догадалась, что наше дело правое и мы победим. А формально ребята прибыли для веселого аттракциона “возьми отпечатки у всех господ, что крутят носом и пьют вино”.

Мартош привлек внимание публики, деликатно постучав десертной вилочкой по краю бокала, и возвестил:

– Лорды и леди, нашим криминалистом разработан новый метод сбора улик, который леди Аветта Порош, – тут он учтиво поклонился зардевшейся девушке, на которую вдруг свалилось всеобщее внимание, – уже опробовала на ваших слугах! Сейчас мы продемонстрируем его вам, в качестве извинений за столь позднее вторжение. Поверьте, господа, это новое слово в криминалистике!

И тут он обернулся к виконту, с видом хозяина мероприятия отиравшемуся поблизости:

– Позвольте ваш бокал, лорд? Спасибо. Леди Порош, прошу вас.

А в конце представления, когда отпечатки со всех бокалов были сняты и занесены в картотеку, пришло время заключительного акта.

Пузырек с ядом – небольшой, даже изящный, в форме амфоры из непрозрачного, чуть радужного стекла – с соблюдением всех формальностей и под протокол извлекли из тайника и предъявили ужасающейся общественности. А потом продемонстрировали отпечатки, снятые с него тем же уже испробованным на бокалах методом. И, удивительное дело, в картотеке были обнаружены подозрительно похожие, идентичные и принадлежащие самопровозглашенному хозяину замка.

Я исподтишка наблюдала за “виновником торжества” – так вот, у него на лице ни один мускул не дрогнул. Выдержка у мужика будьте-нате, конечно, хоть он и корыстная сволочь.

Глава 12

Мартош:

Лорд Баккош при задержании вел себя, как и положено аристократу Танатос знает в каком поколении, уверенно и сдержанно-вежливо. Попросил разрешения позвонить адвокату, уточнил у того, что да, мы имеем право задержать его на трое суток, раз оглашаем обвинение и предъявляем косвенные улики.

Естественно, «новый метод» как неопровержимое доказательство вины суд не примет… Это понимали все. Но зато у нас будет разрешение на более глубокое ментальное проникновение в память. И еще у настоящего наследника будет время вскрыть изнутри свой кокон и пройти все детекторы, сканирования и прочие обязательные в таких случаях тесты, чтобы доказать собственную невиновность. Тогда замок и титул герцога перейдут к нему по воле покойного.

Арестованного виконта вместе с его лакеем увезли на своем мобиле Нандор и Донат, мы же сначала доставили домой счастливую и немного смущенную леди Аветту. Она так мило и трогательно наставляла меня, как именно и куда надо будет доставить ее вещи в управлении. И все время порывалась поехать с нами и сделать все самой. Пришлось довольно строго намекнуть, что на дворе ночь и в это время приличным леди, даже служащим в полиции, бродить по городу без сопровождения мужчины – опасно. А так как у нас есть еще одна старательно не засыпающая леди, то кататься по городу на мобиле всю ночь я просто не могу себе позволить. Рад бы, потому что безмерно признателен за помощь, но при всем уважении будет лучше, если я самостоятельно поставлю ящик с порошками и карточками на специально отведенное для него место.

Девушка как-то странно вздохнула, кивнула и упорхнула.

– Мартош, ты совсем болван, да? – ехидно поинтересовался Адриан, когда я, немного озадаченный, уселся в мобиль и мы тронулись в направлении полицейского управления. – Ты ей понравился!

– И что? – недоуменно уточнил я. – Я многим молоденьким девушкам нравлюсь.

С заднего сиденья донеслось ехидное покашливание. Так что пришлось пояснить:

– «Многим» – это не означает «всем».

Первым делом я поставил сундук с отпечатками и порошками на положенное место, потом подумал и повесил на него защиту, просто так, для надежности. Чтобы брать его могли только я и леди Аветта. Интуиция, Танатос ее побери…

Потом я направился в камеру к Такачу и коротко обрисовал ему сложившуюся ситуацию. Выпустить на свободу мы его пока не могли – он официально еще не оправдан, зато завтра с утра к нему приедет один мой хороший знакомый, имеющий достаточно богатый опыт работы с детьми магов, подготавливая их к прорыву кокона, если тот по каким-то причинам не снимается самостоятельно. Конечно, обычно клиенты моего знакомого младше и времени у них больше, но и причины гораздо сложнее – отсутствие внутренней магии, психологические проблемы…

Здесь все должно быть проще, просто мальчишке не нужна была магия, вот он ее и не использовал. Так что основная проблема была лишь в том, чтобы во время разрыва кокона Такач не навредил ни себе, ни зданию полиции.

Уходя, я строго-настрого наказал Донату и Нандору не оставлять парня без присмотра. Его жизнь сейчас в постоянной опасности, потому что если с него сумеют снять ментальные показания, значит, единственным подозреваемым останется лорд Баккош. Не думаю, что это его устроит.

Адриан и Агнес ждали меня в небольшом холле первого этажа. Девушка зачем-то тыкала пальцем в моего друга и объясняла ему про точки, переплетения, мышцы и почему-то про рисование.

– Мои мышцы хотят спать, – поставил я этих двоих в известность. – День сегодня был какой-то отвратно длинный.

Приоткрыв перед Агнес дверь управления, а затем – дверцу мобиля, другой рукой я удержал Адриана, собирающегося обойти машину и сесть на свое место.

Оттянув его чуть подальше, я поинтересовался:

– Ты уверен, что ничего мне рассказать не хочешь?

– О чем? – Тень широко распахнул глаза, словно действительно удивлен и даже немного возмущен.

– Об историческом обществе Дорсенйорда, например. Я навел справки – тут их много, этих обществ, но ни одно из них не спонсировало ремонт замка.

– Скажешь тоже, «ремонт», – чуть презрительно фыркнул Адриан. – Ремонт будем делать потом, когда станет четко ясно, что мы сняли проклятие и нас оставят в покое. А то, что общества не нашел – хорошо же, значит, никто не заявится требовать экскурсию по замку.