Ирина Смирнова – Потерянный источник (страница 39)

И она потянула мужа куда-то в сторону боковой дверцы, вовсе не туда, откуда они пришли.

Безднова глупость, судя по всему, прочно оккупировала мозг новоиспеченного отца, потому что он последовал за упорно волокущей его в сторонку женой с видом упертой сомнамбулы, которая уже все решила, и теперь ей все равно.

Ничего, Лиз знала, как такое лечится.

Боковая дверь храма выходила во внутренний дворик, откуда можно было попасть в хозяйственную часть большого храмового комплекса. Когда-то Джейн с дочкой жили в этом храме, в странноприимном доме для бедных, под опекой жриц, пока мама не нашла работу. Собственно, именно поэтому Лиз притащила мужа именно сюда.

А сейчас волокла тоже в определенное место, мысленно попросив прощения у Великой Матери и ее служительниц. Но лечить Ярвуда надо было срочно.

Поэтому ровно через три минуты после разговора у алтаря молодожены оказались на сеновале.

Деловито прислонив мужа к большому и немного колючему брикету из соломы, Лиз закрыла двери, заложила засов, вернулась к Яру и, стоя прямо перед ним, начала быстро раздеваться.

– Тебе помочь или сам справишься?

– Э-э-эм… – озадаченно промычал Ярвуд, не сводя при этом взгляда с жены. – Ты что творишь?!

Лиз ловко выпуталась из остатков нижней юбки и, не обращая внимания на собственную более чем соблазнительную полуобнаженность – от белья после таких приключений мало что осталось, а оно и в лучшие дни не отличалось целомудренностью, – подступила к мужу вплотную. Заглянула в глаза, сверкнув из-под ресниц лукавыми искорками, притянула к себе, обняв за шею, и поцеловала.

Муж несколько раз медленно моргнул, но ответил. Так что Лиз окончательно убедилась в правильности своих действий, углубила поцелуй и одновременно начала расстегивать на муже рубашку.

Ярвуд, еще окончательно не смирившийся с тем, что его фиктивный брак оказался настоящим и, несмотря на отсутствие магии, расставаться с ним Элизабет явно не собирается, сверху оглушенный осознанием того, что вскоре станет отцом, какое-то время действовал чисто на инстинктах. Разделся, вернее, помог раздеть себя Бетти, отвечая при этом на ее поцелуи и иногда целуя сам. Швырнув рубашку в стог сена, он улегся на нее, а жена сама устроилась сверху, продолжая его целовать.

Яр ощущал, как с каждой минутой испаряется безбашенная решимость отказаться от Элизабет и сбежать. Нет, он знал, что именно так и будет, что он уже слишком привязался, переступил ту черту, которая отделяет увлеченность от любви.

Когда именно это случилось? Как его угораздило? Чем именно эта конкретная девушка оказалась лучше множества других? В бездну все эти мелочи!

Чем именно Бетти зацепила? Может быть, своей целеустремленностью. Может быть, его любовь разгорелась как ответное чувство… Может быть, он подсознательно разглядел в Элизабет что-то… что-то такое… что-то…

– Слишком много думаешь! – фыркнула Лиз и поцеловала так страстно, чтобы точно изгнать все мысли из головы. А потом очень красноречиво поерзала на муже, привстала и опустилась... тихо ахнув прямо ему в губы.

Ярвуд тоже тихо застонал, перестав поглаживать жену и опустив ладони ей на бедра. Инстинкты и желание требовали действовать, но при этом, уже в который раз, именно Бетти захватила всю инициативу, но Яру это даже нравилось. Просто… ну не укладывать же жену спиной в солому? С ее-то нежной кожей, которую так приятно гладить?

Ярвуд наслаждался, наблюдая за Бетти и лишь нежно удерживая возбужденную страстную наездницу. Жена сама притащила его в храм, сама привела на этот сеновал и сама искренне наслаждается сексом, то изгибаясь назад, то наклоняясь вперед, позволяя целовать ее грудь… не скрывая при этом удовлетворенных стонов.

В душе Яра вновь затеплился слабый протест, возмущение оттого, что его используют. Но он тут же заглушил его, потому что назвать происходящее «использованием» не получалось. Ему было хорошо… удивительно хорошо. Возбуждение нарастало и уже стремилось вырваться на волю. Бетти, судя по ее томно-расфокусированному взгляду, тоже уже была на пике.

– Я люблю тебя, – прошептал Яр, даже не уверенный, что его услышат. Ему было важно признать это для самого себя.

Закусив губу, он попытался подстроиться под жену, чтобы достичь удовольствия вместе. И чуть не пропустил маленький слабый огонек, едва затеплившийся где-то в районе солнечного сплетения…

Учитывая бушующий там пожар, определить, какие искры от приближающегося оргазма, а какие – от разгорающейся магии, было очень сложно.

Но Яр, уже потерявший надежду когда-то ощутить это привычное магическое тепло, застонал, чувствуя себя полным идиотом… Счастливым, удовлетворенным идиотом, который чуть было не потерял свое счастье из-за собственной глупости. Хорошо, что ему досталась такая умная жена.

Эпилог

 – Гордон Ярвуд Грейхард, младший наследник рода! – громогласно объявил дворецкий, и в ярко освещенный холл внесли пышный кружевной кулек, из которого раздавались весьма энергичные возмущенные вопли.

Младшему наследнику исполнилось полгода, и пришло время представить его остальным членам рода. До этого момента по обычаю к младенцу не подпускали никого, кроме родителей и особо доверенной кормилицы. Даже бабушке-дедушке сокровище показали исключительно издалека. И второму дедушке тоже, хотя тот и вздыхал особо душераздирающе.

Но непреклонная дочь, которая далеко не сразу признала в нем отца и довольно долго шарахалась под крылышко мужа, заявила, что правила одинаковы для всех.

Так что сейчас крикливого малыша из рук дворецкого забрало именно старшее поколение, причем лорд Арчер оказался проворнее своего соперника лорда Грейхарда.

– Вы еще с внучкой успеете, а у меня всего один внук, – заявил он, аккуратно перехватывая вопящий кулек и довольно ловко покачивая его в каком-то особом ритме, от которого младенец почти сразу перестал орать и удивленно примолк.

– Вот видишь, успокаивать детей у него получается так же ловко, как у тебя, – с усмешкой подколола Яра сидевшая в сторонке Лиз. – Только не ревнуй! Гордон все равно лучше всего засыпает только у тебя на руках.

– Интересно, откуда у твоего отца это умение? – хмуро поинтересовался Ярвуд, действительно поглядывающий на тестя с затаенной ревностью.

– У нас в семье мужчины не считают унизительным нянчить малышей, – с милой улыбкой заявила Лиз и продолжила как ни в чем не бывало: – Хорошо, что ты тоже выбросил из головы глупости о том, что это только женская обязанность. Ребенок же наш, значит, и заниматься им мы должны вместе.

– Хорошо, что не девочка… – все так же недовольно косясь на Арчера, буркнул Яр. Но, ощутив в очередной раз посуровевший взгляд жены, тут же добавил то, что уже не один раз повторял: – Мальчики первоистоками не бывают, к счастью. И я узнавал, второй можно смело рожать дочку! Первоистоки только первенцы.

– Вторую? – Лиз лукаво прищурилась на мужа. – Хм-м-м-м… ты согласен будешь обоих на кафедру с собой таскать, когда подрастут? Гордон даже в полгода не особо хочет с нянькой сидеть, рвется к тебе на ручки. И скандалит, если мы уходим надолго. А будет двое. Я точно такую тяжесть не подниму. Особенно если аппетит у деток будет в папу.

На самом деле за шуткой она скрыла пробежавший по спине холодок. Пока длилась первая беременность, они с Яром больше всего боялись, что ребенок тоже родится первоистоком.

Нет, ее бы обожали и берегли не меньше Гордона, даже больше! Но… но было страшно даже подумать, что твой родной ребенок станет желанной добычей для любого жадного до силы подонка.

Собственно, именно эта мысль в свое время примирила Лиз с отцом. Только почувствовав на себе подобный ужас, она смогла его понять, посочувствовать ему и принять, наконец, как родного человека. И простить…

Умом-то Лиз с самого начала все понимала, но в подсознании еще долго сидела болезненная заноза: не сберег, не защитил, не нашел вовремя!

Зато, пережив этот болезненный страх на своем опыте и полюбовавшись нервной дрожью мужа – вдруг тоже не убережет?! – Элизабет ужаснулась сама себе, и… короче говоря, сейчас у них с Бредфордом были очень хорошие, теплые отношения. Пока еще близости не образовалось, но они медленно шли к этому, маленькими шагами, постепенно узнавая друг друга.

Чему весьма способствовал еще один момент. Лиз не сразу об этом узнала, а когда Яр ей рассказал подробности – впечатлилась и посмотрела на отца другими глазами.

Когда лорд Арчер вытряс из Кроуби координаты входа в аномалию, стражники не успели забрать преступника в тюрьму. Бредфорд заявил, что тот пытался сбежать, использовав какую-то хитрую придумку-ловушку пространственной магии, чтобы скрыться и задержать преследователей. И он, Бредфорд Арчер, был просто вынужден принять меры.

Ага, меры вышли кардинальные: утонченный и всегда спокойный, как гранитная скала, лорд свернул беглецу шею. Просто руками. Без всякой магии. Типа: ой, извините, оно само так получилось, этот побежал, я догонял, и вот…

В его объяснения предпочли поверить с ходу и закрыть дело раз и навсегда. Никому не нужен был живой преступник, от которого при хорошем адвокате и связях еще неизвестно, чего можно было ожидать.

Сейчас, впрочем, слишком много об этом думать не хотелось. Да и не получилось – когда муж под боком, вообще трудно думать о ком-то другом.