Ирина Смирнова – Пасьянс на особо тяжкие (СИ) (страница 46)
— То есть все дело не в портрете, а в раме? — уточнил Патрик, тоже подойдя к нам с Эриком. — Тогда странно, почему преступники до сих пор ее не выкрали?
— Возможно, они не знали о ее существовании. — Хелена, хмыкнув, обвела рукой спальню. — Георг нечасто приглашал сюда кого-то постороннего. А убирающаяся здесь горничная была не из болтливых. — Леди кривовато улыбнулась, решив, что и так сказала слишком много. Но потом все же добавила: — Муж предпочитал глухонемых деревенских дурочек, меняя их каждые два-три года.
Да, можно держать слишком много знающего доверенного слугу, а можно менять прислугу как перчатки, чтобы они не успели выяснить ничего лишнего. И пристраивать их замуж, чтобы потом уж тем более было не до сплетен о бывшем хозяине.
— Кстати, пойду-ка я разбужу и допрошу поваренка. Того, который загадочно помалкивал, когда я показывал запечатления Эдвиги, — оживился Эрик, незаметно подмигнув мне. Ясно, решил посплетничать и с горничными, и с лакеями без сотрудника министерства правопорядка. — А вы тут пока о ювелирном комплекте с камушками подумайте. Кажется, все именно вокруг него так и крутится, уже второй год.
Патрик, уловив тонкий намек, подхватил Хелену под руку и уверенным властным тоном объявил, что леди пора в ее покои. Скоро прибудут полисмены, которые обязательно ее допросят, так что следует подготовиться…
Едва маркиз вывел лишнего зрителя, Рауль подошел к портрету и приложил пальцы к камням на раме. Медленно, камень за камнем, граф перещупал их все. Нам даже пришлось снять картину со стены, чтобы дотянуться до верхнего ряда.
Допрос свидетелей происходил в полном молчании. Я боялась прервать концентрацию Рауля, так как он выглядел очень сосредоточенным и напряженным. Даже заметив тоненькую струйку крови из носа, лишь протянула бумажные салфетки. Я запасливо взяла их из дома, в котором мы неудачно попытались скрыться от преступников. Знала, что пригодятся.
Вернувшийся в какой-то момент Патрик тихо присел в уголочке, не отвлекая. Я даже не сомневалась, что полисменов он до сих пор не вызвал.
Неожиданно Рауль охнул, полез в карман и вытащил оттуда плоскую коробочку. Именно ее вернула ему леди Глория. Тогда граф был в перчатках и, взяв эту вещицу, недоуменно посмотрел на нее и, по-моему не совсем осознанно, запихнул в карман штанов. Теперь он о ней почему-то вспомнил. Мало того, раскрыл и достал из нее кольцо. Кольцо с уже знакомым нам камнем.
Конечно, между диадемой и кольцом сходство было не только в ослепительно сверкающих неоново-голубых турмалинах, но и в ажурной позолоченной основе, украшенной странной вязью. Точно такая же красовалась на раме, огибая россыпи кристаллов по углам. Художник, рисовавший портрет, сумел с помощью красок передать голубой свет, идущий от центрального большого турмалина, и то, как играет на солнце каждый камушек в диадеме.
— У Глории проблемы, — выдохнул Рауль, напряженно сверля взглядом найденное в кармане украшение, в котором светился точно такой же кристалл. — Я никогда не давал ей… это! Мое обручальное кольцо было гораздо скромнее.
— То есть весь спектакль был устроен лишь для того, чтобы зачем-то вручить вам это кольцо, — сделала я логичный вывод. — Передать его утром, через Эрика или лорда Патрика, леди Глория не рискнула. Возможно, просто потому, что не доверяла. Или подозревала, что тут слишком много посторонних ушей.
— Да, Эдвига один раз была здесь несколько недель назад, еще до убийства. Разговаривала со своей сестрой в парке. Поваренок в тот день прятался в кустах, увиливая от работы, поэтому и не стал признаваться при всех. Ничего подозрительного тогда не происходило. Просто две женщины общались. — Эрик, вернувшийся пару минут назад, как раз когда Рауль полез за кольцом, посчитал, что сейчас самый удобный момент отчитаться о результатах опроса свидетеля.
И самое главное, напарник предусмотрительно запер за собой дверь, потому что у нас тут намечался очень серьезный разговор.
— Нам надо торопиться, леди Глория в опасности! — Рауль, наоборот, устремился к выходу, но Эрик остановил его, положив руку на плечо:
— Нет, лорд! Если бы леди нужна была защита, она бы попросила ее у меня или у лорда Краухберна. Она могла остаться здесь, с сестрой. Или забрать сестру отсюда, если бы подозревала, что тут неспокойно.
— Она могла не доверять сотрудникам министерства, зная, что там творится! — Рауль обернулся и умоляюще посмотрел на меня, вспомнив, что в одиночку не сможет далеко уйти.
— Леди Глория разыграла спектакль, причем именно у стен министерства. Поэтому я не был бы так уверен, что ваша первая бывшая невеста на стороне правопорядка, — Патрик, не удержавшись, позволил себе напомнить о количестве невест в жизни графа Фрехберна. Но я не осуждала, а прекрасно понимала маркиза. Сама бы не смогла промолчать, скорее всего.
— Раз леди вернула кольцо, значит, она за правосудие, только доверяет лишь лорду Раулю. Но ради одной забавы такой спектакль вряд ли кто-то устроил бы. Так что наше появление в ее доме среди ночи может навредить, а не пойти ей на пользу, — принялся вслух рассуждать Эрик, пока я пыталась придумать достойный выход из ситуации.
— Вызывать полисменов к дому леди Глории нельзя, — со вздохом признал Патрик.
— Мы можем сами пробраться туда, не привлекая внимания. Вдруг лорд Рауль решит переговорить со своей бывшей невестой? Устроить ей ответный скандал?! — предложила я. — Заодно в процессе выяснения отношений попробовать выяснить, что происходит.
— Отличный вариант, леди! Я именно так и сделаю. — Граф Фрехберн облегченно выдохнул и попытался опять прорваться к двери. Но Эрик, по моему знаку, вновь помешал ему.
— Только сначала нам всем хотелось бы услышать, что именно вы узнали от камней в раме, — потребовала я. Уж слишком активно Рауль стремился сбежать, не рассказав нам ни слова. А ведь он ощупал каждый камушек. Каждый… — Все подробности, лорд! Вплоть до тех, которые заставили вас полезть в карман за кольцом.
После моих слов обстановка стала еще более напряженной. Патрик недовольно хмурился, чувствуя себя очень неуютно из-за непривычной схемы расследования. Эрик, хоть и притворялся, что совершенно расслаблен, на самом деле тоже заметно волновался. Пока мы отчаянно пытаемся понять, что происходит, вокруг гибнут люди. Это не совсем то, к чему мы привыкли в своем рабочем квартальчике. Ну а Рауль… Рауль, поджав губы, смотрел на меня с молчаливым укором. Как будто это я тут всех задерживаю, а не он.
— Лорд, мы ждем, — напомнила я графу.
Но тот опять попытался увильнуть:
— Это тайна брата…
— Мы ждем, лорд! — повторила я, в упор глядя на Рауля и добавив в голос властной стали.
За наши годы совместной работы с Эриком мне ни разу не приходилось прибегать к убеждению, используя свое положение в обществе. Мы всегда находили устраивающее нас двоих разумное решение, компромисс. И вот третьи сутки у нас в команде двое лордов, считающих, что они лучше знают, как надо действовать и какая информация важна. Ладно, Патрик, который, кстати, вполне успешно перевоспитывается. Но Рауль, которого уже столько раз приходилось тыкать носом в его скрытность! «Тайна брата»!..
— Ваш брат мертв! Вас обвиняют в его смерти. И мы пытаемся найти причину убийства и заказчика. Так что будьте любезны!..
— Простите, леди. Но…
Судя по тому, как дернулся уголок рта Эрика, ему было весело смотреть на нас со стороны. А вот я не находила в происходящем ничего забавного. Мы с Раулем сверлили друг друга недовольными взглядами, а воздух вокруг сгущался от бушующей в нас ментальной магии, готовой ринуться на обидчика.
— Леди Шарлотта! Думаю, лорд Фрехберн расскажет все мне, пока вы подождете в соседней комнате. Как я понял, это тайна, не предназначенная для леди…
Странно, я даже не ожидала, что накаляющуюся с каждой секундой обстановку разрядит не Эрик, а Патрик. Но, глубоко выдохнув, согласно кивнула и молча вышла из спальни. Все трое мужчин остались там, а я решила осмотреть кабинет Георга. И заодно упорядочить в голове все, что нам известно на текущий момент.
Вначале мне пришлось успокоить бушующую внутри бурю. Много раз слышала фразы в духе «разговор не для женских ушей» или «это не предназначено для ваших нежных ушек», но никогда не реагировала на них так болезненно.
Главное, лишь процентов десять этих таинственных разговоров действительно не предназначены для дам, потому что слишком уж… тема ниже пояса. И пусть сейчас, скорее всего, именно тот случай, судя по тому, как граф уперся, я все равно буквально кипела от гнева.
Гад! Мог бы сам сказать, а не изображать из себя упертого барана!.. И…
Сделав несколько кругов по кабинету, я внезапно обнаружила, что бурлящие во мне эмоции выкипели, испарились. А еще обратила внимание, что у меня даже желания отхлестать Рауля веером по рукам не возникло. Весь мой гнев и возмущение держались на обиде и… разочаровании. Я не ожидала подобного от графа! И расценивала его поведение как… предательство. Как самоуверенность и вседозволенность. Раз я подпустила его к себе поближе, значит, можно вести себя со мной с мужским высокомерием?! Тайны у него…