Ирина Смирнова – Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1 (СИ) (страница 97)

Конечно, можно было просто подойти к Старшей госпоже Первого Дома и попросить вернуть Вайнгойрт принадлежащее им по праву. Но просто так, без приглашения, подойти все равно бы не получилось. Значит, надо было как-то обращать на себя внимание. По мнению девушки они, как раз, вполне удачно с этим справились. И поведение юной наследницы оказалось вполне предсказуемо. А ведь могла и послушать мать. Хотя кто слушает матерей в этом возрасте? И сведения, полученные Лейхио, что Старшая госпожа лояльно смотрит на все нововведения Айрин и слегка заинтересовалась девушкой, тоже оказались верными.

В принципе, на полученной Лейем информации и строилась эта довольно наглая авантюра. Именно сведения о том, что Первый Дом следит с интересом и скрытым одобрением за Домом Вайнгойрт и послужили стартовой точкой.

Иначе никто бы просто не позволил так откровенно подставлять юную наследницу в собственном доме. И пришлось бы госпоже Вайнгойрт обращать на себя внимание как-то иначе.

Конечно, не только Айрин использовала интерес юной наследницы к своему мужу. И Старшая госпожа воспользовалась сложившейся ситуацией, чтобы показать дочери свою правоту. Ведь плата за обучение была совсем небольшая. Всего лишь выставить из Совета один из не очень родовитых Домов, попавший туда только лишь потому, что Эллессит Вайнгойрт решила расслабиться на старости лет. И вернуть это место заинтересовавшей ее девочке. За которой теперь будет удобнее наблюдать.

Наконец две недели, отведенные на визиты, закончились. Из пятидесяти девяти Домов, имеющих место в Совете, девушка и ее свита не посетили только Третий Дом, Ийссайхайрт, и то не по своей вине. Моральное изнасилование над собой Айрин совершила, в надежде, что может быть в спокойной, уютной атмосфере им удастся добиться если не сотрудничества, то хотя бы нейтралитета. Но Ийссайхайрт не удосужились даже напрячь малька на вежливый посыл, силовое поле просто не пропустило воздушное такси с гостями на территорию. Этот дом уже можно было официально относить к лагерю врагов. Так же как и тот дом, который выставят на следующих элитных посиделках.

Дальше порога девушку не пустили всего лишь в семи домах.

В остальных домах ее напоили чаем, но вежливо (или не очень вежливо) дали понять, что они — сторонники ужесточения контроля за соблюдением «Кодекса». Всеми. И рабами, и госпожами, и, особенно, инопланетными гостьями. При этом, даже если рядом с фамилией Дома не появлялось галочки «наш сторонник», однако старшие госпожи могли расстаться вполне довольные друг другом.

Девушка не рассчитывала, что женщины, столько лет живущие в своем изолированном от других планет садистском мирке, сразу согласятся пересмотреть свое отношение к мужчинам. Она не планировала мгновенную революцию, а вынашивала идею реформ и внесения поправок в «Кодекс». Мягко, аргументированно, поэтапно. Поэтому ей важны были как раз хорошие, спокойные, добрососедские взаимоотношения. Так что, двадцать четыре визита можно было считать успешными.

Откровенных сторонников у девушки нашлось всего лишь пятеро. Среди них, как ни странно, оказалась Клаусийлия Альцейкан.

— Дорогая, мне, конечно, нежно нравится развлекаться со своими рабами, и я не смогу воспринимать их как разумных существ, уж извини. Но для инопланетников мы должны создать видимость приличий. Все же, на других планетах власть принадлежит мужчинам, и они любят разговаривать с себе подобными. Для этого в каждом доме надо держать пару-тройку зверьков, похожих на твоих любимцев. Да, в принципе, хватит и одного, посообразительней. И, конечно, он должен иметь право вылета с планеты. Мне кажется, оптимально будет провести закон, позволяющий вывозить с собой своих мужей. Во-первых, их не бывает очень много, во-вторых, их все же может быть больше одного. То есть, я смогу держать у себя мужем такое вот распущенное создание, как твой брат, например, и еще одного, нормально воспитанного раба.

Айрин пребыла в шоке от такой речи. Когнитивный диссонанс от происходящего полностью выносил мозг. Она, в большом гостином зале, сидя в кресле, с Эйнри и Лейхио у ее ног, выслушивает революционно-новаторское предложение от госпожи Клаусийлии, у ног которой сидит затравленный блондинчик, вздрагивающий от каждого ее прикосновения.

На обратном пути Эйнри и Лейхио просто не могли найти слов, чтобы внятно передать обуревающие их эмоции. «Тля» и «Ух ты!» не являлись информационно несущими. Так же как и «Тикусйо!», которое выдал Дэйн, после того как друзья, перебивая друг друга и пытаясь хоть как-то сохранить на лице невозмутимость, а не напоминать экзальтированных барышень, пересказали ему в лицах и дословно весь диалог.

Вилайди сохранял на лице нордическое выражение все то время, пока говорили об его и Дэйниша бывшей госпоже. Потом демонстративно фыркнул и удалился. Дошел до своей с Эйном комнаты, упал в кровать и расплакался. Благодаря этой женщине у него никогда не будет детей, он никогда не сможет никуда выезжать со своей госпожой, он сидит в этом доме… Он…

— Малек, прости, я не подумал, что это так тебя расстроит!

Эйнри тихо подсел рядом и просто поглаживал своего всхлипывающего котенка по спине.

Конечно, можно было начать распинаться, что все кругом космическая пыль, кроме кусучих зудящих насекомых, но, если уж быть честным, принудительную стерилизацию космической пылью назвать было очень сложно.

— Ты думаешь, я детей не хочу?! — почти успокоившись, перевернувшись на спину и безучастно смотря в потолок, спросил Вил.

— Ну сейчас, думаю, детей тут хватает, — попробовал отшутится Эйн. Посмотрел на лицо своего малька, грустно вздохнул и прилег рядом.

— Да понимаю я все. Прости. Был кретин, не подумал. Ты, кстати, обратил внимание, как на тебя госпожа последнее время смотрит?

— Обратил, — тихо прошептал Вилайди и испуганно посмотрел на Верхнего: — Хочешь напомнить, что если случись что?..

— Да нет, малек, я как раз хотел бы… В общем, если вдруг что — я не против.

Вилайди снова перевернулся на живот, чтобы лучше видеть лицо своего любимого. Долго смотрел ему в глаза и о чем-то размышлял.

— Ты из жалости?.. чтобы я все-таки с женщиной попробовал по-нормальному, да?! А никому, кроме госпожи, я…

— Дурень ты малек, и не лечишься! Оглядись внимательно, за тобой молодые служанки и хозяйки стайками вьются. Я просто буду ревновать дико, если ты с кем-то кроме госпожи… А госпожа все равно тебя возьмет, если захочет. Я уже устал переживать из-за нее… Да и смысла никакого нет. Вон Дэйн весь с Мийлийяшем извелся, а толку?! Да и сам я не образец добродетели, чего уж там. Так что, если что, разрешение от меня ты получил. Карать не буду, — и Эйн, усмехнувшись, ласково погладил своего любимого мальчика по щеке. — Смотри-ка, ты стал совсем большой. У тебя уже растут волосы.

— Да? Где? — Вилайди испуганно провел рукой по лицу.

Эйнри развеселился так, что чуть не свалился с кровати.

— Да везде уже, малек! Просто везде! Придется устраивать всенародное празднование по повышению тебя из мальковского звания!

Вилайди сначала решил обидеться, потом передумал и тоже рассмеялся. И тут же погрустнел.

— Верхний, у нас будет одна двухметровая проблема…

— Мда… — Эйн представил реакцию Дэйниша и ему тоже слегка взгрустнулось, — Дэйн тебя поймает и кастрирует, тупым ножиком. Или просто оторвет… Тля! Ладно, надо переждать, пока его от Мийлийяша отпустит, а то я прямо за вас двоих волноваться начинаю.

— То есть, вот так сразу и за двоих?! — с обиженно-ревнивой ноткой в голосе переспросил Вил.

— Конечно. Ты же у меня тоже мальчик не слабенький, — Эйнри не выдержал, и все же полез целоваться. Ну и не только целоваться…

Дом Маргойлин пропустил празднование первого снега по не очень приятной, но вполне банальной причине. Кэйтайриона простудилась, бегая в легком платьице по двору. А гряйзен славится не только дождями, лужами и грязью под ногами, но еще и холодными ветрами. Так что, вместо первого посещения Дворца в роли Старшей госпожи Девятого Дома, Кэйт пила лечебные настои, сделанные по личному рецепту тетушки Ойливы. Но сухой надрывный кашель никак не желал успокаиваться, мешая спать, есть, жить…

И вот, проснувшись утром, за два дня до запланированной подругой вечеринки, девушка поняла, что абсолютно здорова. Радостно попрыгала на кровати — кашель не появился.

Конечно же, первым делом сообщила подруге, что готова принять ее приглашение и уточнила максимальное число сопровождающих. А также выяснила один немаловажный для себя момент — с кем из них двоих будет на этой вечеринке Эйнри.

По затянувшейся паузе, во время которой девушка даже затаила дыхание от волнения, стало понятно — Айрин срочно ищет повод для отказа. Кэйтайриона ее прекрасно понимала. Эйнри — это же Эйнри! Но, в конце концов, ведь он ее муж!!!

Она уже приготовилась, наступив на горло собственной гордости, попросить соперницу уступить, потому что требовать предоставить себе личного раба чужой госпожи было несколько невежливо, да и бессмысленно. Но тут Айрин, тяжело вздохнув, согласилась. Правда, дальнейший разговор прошел более напряженно, и искренней радости от сообщения об излечении подруги в голосе собеседницы поубавилось.

«Ну и ничего страшного, — фыркнула про себя Кэйт. — Подумаешь! Она-то пойдет сейчас и утешит бедного страдальца…».