Ирина Смирнова – Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1 (СИ) (страница 45)

Тишина, оба покраснели…

— Мы помирились, госпожа.

— Да. Помирились.

— Хорошо. Сорок пять ударов каждому я сейчас выписать не в состоянии. Нет ни сил, ни опыта, ни желания. Если бы у вас на лице улики крупным синим пламенем не горели, можно было бы все замять, так как Сабина еще не приехала. А так… Будете один другого наказывать.

— То есть, госпожа, кто-то из нас, получив сорок пять ударов, должен найти в себе силы их вернуть другому?

— Да. И этот кто-то ты, Эйнри. Как бы Дэйн не старался взять вину на себя, зла я именно на тебя. Ты старше. Ты выше по иерархии. В конечном итоге это он в тебя влюблен, а не ты в него.

Парни переглянулись, Дэйниш покраснел, Эйн ехидно хмыкнул.

— Я просто шифруюсь лучше, госпожа. У меня ответственности больше.

Кулак с поднятым вверх средним пальцем на этот раз, незаметно для Айрин, показал Дэйн. А Эйнри постарался проглотить смех. На самом деле было не до веселья. После сорока пяти ударов (а Дэйн халявить не будет, оторвется по полной), прийти в себя настолько, чтобы суметь отвесить сорок пять ударов по этой желанной заднице… Заманчиво пройтись по нему флоггером. Вилайди кончил от пятнадцать плюс пятнадцать. С сорокапяткой можно разыграть пятнадцать плюс пятнадцать плюс снова пятнадцать. Тогда у одного из двоих спина останется условно целой. Весь вопрос в том, хватит ли у него сил так выложиться.

Дэйн подошел сзади, обнял, положив одну руку на грудь, вторую по краю штанов. Языком прошелся по больной скуле, потом облизал ухо… Гаденыш! «Я тебя сейчас свяжу и возьму сзади, ты же знаешь правило? После каждого пятнарика можно. Анфаллосом. Только у меня собственный есть, зачем суррогат использовать? За три подхода я кончу, веришь?!». Когда он успел таким гадом стать? Это ж подстава в духе самого Эйна. А нормальный Дэйниш сейчас должен переживать и думать, как бы так ему всыпать, чтобы любя и нежно. А он…

— Госпожа не даст тебе взять меня сзади, и не мечтай!

— С чего ты взял?

Гад… Не смей меня связывать!

— Эйнри, не сопротивляйся. Если Дэйн считает, что тебе лучше быть связанным, значит, расслабься и позволь ему тебя связать.

Расслабься… Гад! Не смей ножки опускать! Черт! Ну да, еще и валик подложи… Матерь Сущего! Как его при госпоже, так нельзя… А меня значит дыркой под все ветра — можно?!! Вау! Он взял флоггер?! Матерь Сущего, откуда этот невинный мальчик знает, что с ним делать? Отберите у обезьяны гранату!!! У! Ё! Вау!

Айрин тихо вышла, села под дверью. Задумалась. Пыталась понять, что чувствует. Поняла, что несмотря на сложность ситуации ей хорошо и весело. Парни сейчас развлекутся друг с другом по полной. Проявят креативность мышления и широту души.

Отловив одного из мелькающих мимо мальчишек, послала на кухню, добыть пару бутылок с сладким красным вином и три… Да, три красного сухого. И найти и рассказать ей, где Вилайди.

В комнате снова начались какие-то переругивания. Заглянула. Ага. Эйнри стоял, злющий, красный… А Дэйниш на коленях с его членом во рту. Один восстанавливается после наказания, гы! А второй подкупает палача… Хорошо, что Вил этого не видит.

Так, опять движуха пошла. Эйнри укладывает волчонка. Мли-ин, какой он красивый… Оба они… Надо им волосы подстричь. А то обросли оба, гривы ниже пояса. На задницы любоваться неудобно. А они у них краси-ивые!

Как ее заводит дыхание возбужденного волчонка! Как-то раз они вчетвером на одной кровати устроили почти групповуху, Эйн с Вилайди, а она с Дэйнишем. И когда эти вдвоем, почти дуэтом… Три коротких вдоха подряд, потом выдох, потом стон… Ну вот как их не мучить подольше? Чтоб метались по подушке и шептали: «Я больше не-мо-гу…». Вил вежливый, он «пожалуйста» добавляет. «Возьми меня, Верхний, пожалуйста! Я больше не-мо-гу!». А Дэй начинает прятать руки за спину, потом снова их доставать, тянуться к ней, а в глазах уже туман… Иногда она разрешает ему взять инициативу, лечь сверху, целовать. Но редко. Ей нравится играть в него самой. У нее уже есть два инициативных: один нормальный и один — редкий затейник и извращенец.

Ну вот, судя по звукам, пришла пора мальчиков выводить.

Эйнри как раз заканчивал смазывать спину Дэйниша. Тот сразу о наболевшем:

— У вас все нормально? Мы вас сильно расстроили, да?

— Сильно. Но я рада, что вы помирились. Вы ведь помирились?!

«Да» и «Да, госпожа» — одновременно, почти хором. Помирились. Но видон у мальчиков… У Сабины будет сердечный приступ, а Лейхио разорвет от ехидства на тысячи маленьких Лейев.

Кстати, странно, что они так долго не едут. Уже скоро ужин. Уехали они сразу после завтрака. О чем можно разговаривать так долго?

Первым чуть не получил сердечный приступ Вилайди, когда увидел лицо, а потом и спину своего Верхнего. На Дэйниша он посмотрел так, что тот чуть не воспламенился.

— Малек, это я первым начал, не злись!

— Мне осваивать методы Сайни? Чуть что — кулаком в живот? Если я лишний, так и скажи!

— Малек, еще одну сцену я сегодня просто не выдержу. Вот поверь мне, ты не лишний, я тебя люблю, у нас с тобой все хорошо и этот парень быть с нами третьим отказался. Так что я только твой.

— А ему ты будешь вставлять раз в месяц, а если он не даст, то бить морду?!

— Слышь, Вил, расслабься, я на твоего парня, как на постоянного не претендую, — Дэйниш совсем не хотел быть причиной ссоры идеальной парочки.

— Да, вы только снова будете себя вести как кокетливые кролики с недоебитом. Друг друга провоцировать и отпрыгивать в сторону. Так себя с теми, на кого плевать, не ведут!

— О! У вас тут сцена ревности? У-ух ты!!! — ввалившийся холодный и снежный Лейхио с изумлением разглядывал лица двух своих соперников. Потом заценил их спины, снова ухтыжнул и присвистнул.

— Я думал, у нас для вас новости. Да наши новости просто ничто по сравнению с вашими.

— Расскажи сначала ты, Лей.

— Как скажете, моя госпожа! А меня покормят в этом доме? И где опять шляется мой парень? Я устал, замерз, промок, проголодался… Хочу любви и ласки, — Лейхио, упав на колени, подполз к ногам Айрин, прижался к ним. — Тепло! Ужин уже съели, троглодиты?

— Нет, его как раз вот-вот принесут. Там на столе стоит корзина с вином, хочешь? Надо будет научить поваров делать глинтвейн. А пока просто вставь в кружку с вином кипятильник, вон там, слева от корзины.

— Горячее вино? Забавно! Ну, как и ожидалось, никто никаких бумаг не подписал. Завтра они выставляют на торги соседний с нами участок земли. У нас, само собой, приоритет выкупа, как у соседей. Так что после ужина ищите хозяйку и валите готовить бумаги и деньги. Красавчики!

— Я с вами! — Вилайди злобно зыркнул на Дэйниша и вцепился в рукав рубашки Эйнри. Тот обнял мальчишку и поцеловал его в макушку.

— Малек, не нервничай! Мы будем с хозяйкой Сабиной. Все будет хорошо. Вечером мы вернемся к вам, и я тебе покажу, как соскучился по тебе за день. А ты должен проследить, чтобы госпожа хорошо спала, пока нас нет.

Парни, быстро поужинав, вылетели искать Сабину. Снова просто друзья.

— Ну и что тут произошло? Положение не поделили? — уже серьезно спросил Лейхио.

Вилайди тут же покраснел и фыркнул презрительно.

— Да забей, рыжик! У них мужские игры, это спорт, а не любовь. Можешь попробовать сказать Эйну, что тебя не устраивает его слишком тесное общение с Дэйнишем, и они начнут работать отдельно. Эйнри будет, конечно, очень плохо, но ради тебя…

— Почему, Лей? Чего ему не хватает? Что есть у Дэйниша, чего нет у меня?!

— Слушай, рыжик! Я много раз утешал парней, которых брали и меняли на других. А тебе просто раз в месяц маленькие рожки ставят. Забей, а? Они соперники, парень. У них это как в стае, альфа помечает, что он главный, Верхний. И то, что Дэйн от этого кайф ловит, это хорошо. Или ты бы предпочел, чтобы твой Эйн его насиловал?

— Верхний не стал бы его насиловать!

— Да ты что?! Я бы не был так уверен.

Мальчишка сильно задумался. А Лейхио начал рассказывать подробно о том, что творится дома у соседей.

По всему выходило, что письмо во дворец писать все-таки придется. Сейчас они выкупят кусок соседской земли, и, возможно, потом подарят его Кэйт обратно, например, на рождение дочери. Но если ее мамочка продолжит посещать игровые клубы, то распродажа земли продолжится. А скупать все соседское поместье им и невыгодно, и денег свободных не хватит. Так что у Эйлиорины надо искать тормоза. Чем Сабина с Лейхио и Кэйтайрионой и занимались сегодня целый день. Не нашли. Поэтому завтра Кэйт приедет к ним, писать вместе с Сабиной письмо во дворец. И заодно полюбуется на лицо Эйнри. И спину тоже. А рядом будет мелькать такой же раскрасивый Дэйниш. И злобный Вилайди.

Сразу будет понятно, что у нее в гареме мирная, дружественная атмосфера.

Черная дыра им всем навстречу!! Что же все так сложно-то?!

— Ма-ать сущего, что же так темно-то?!

— Тихо ты, госпожу разбудишь! Она потом расстроится и ругаться будет… Тикусйо! Губу же больно, зараза! Не лезь ко мне, маньяк! Вилайди разбудишь… Тля, ты сегодня уже был в моей заднице…

— Так это суррогатом, а сейчас все исключительно мое…

— Ты мне там все до мяса разделал, гад! И теперь туда пальцы еще… Тварь!

— Ну давай же, давай… Подыши мне в ухо, как ты умеешь… Давай! У тебя же уже стоит, я чувствую!

— Тикусйо! Ты га-ад! Больно же! Губу хоть не трожь! Не-ет…