Ирина Смирнова – Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1 (СИ) (страница 18)

Зажимы Вил надевать не стал, но с помощью пальцев и холодной воды довел свои соски до сочно-красного цвета.

В процессе нанесения теней в комнату тихо вкрался Эйнри. Увидел Вилайди. Глубоко вдохнул. Выдохнул.

— По сравнению с вчерашним — просто и по домашнему… — Айрин тут же залепила ему по затылку ладонью. — Ай, госпожа! Да красивый он у меня, красивый! Сам себе завидую просто… Ну пойдем же уже хвастаться…

На мужской половине дома было шумно и пахло чем-то терпко-хмельным.

— Кальяны уже заправлены. Вечером в гареме всегда покуривают… А сегодня к тому же праздник, — пояснил Эйн. — Нам в гаремный зал, госпожа. Помните, как туда идти?

— Да, конечно. Но я предпочла бы идти за тобой.

— Госпожа! Мы тут не одни. Даже на мужской половине встречаются женщины, да и парням нельзя показывать плохой пример поведения. Все и так в курсе, что вы меня балуете.

До зала надо было идти по длинному коридору с большим количеством дверей. Это были комнаты спецов и особо выделяемых наложников. Только у Эйнри комната была на женской половине, рядом с Сабининой.

В зале было шумно и многолюдно. И правда, иногда встречались молодые женщины. Запах жимолости резко выделялся из всего хмельного букета ароматов. Рабы сидели на полу, на ковре, небольшими группами, а в центре каждой стояли кальяны. Один, два… Иногда даже три сразу. Айрин поискала глазами Сайни. Не нашла.

— Эйн, я не вижу здесь Сайни… Зато я вижу толпу обкуренных парней и с десяток девушек. Мне это не нравится.

— Что именно вам не нравится, госпожа? Это все ваши рабы и служанки. А, вот две ваши родственницы, но они настолько дальние, что почти равны со служанками. А вот это — молодая хозяйка повыше статусом. Интересно, что она здесь делает? Ладно, потом узнаю. А теперь сделайте лицо позаносчивее и заходите. Если бы не эта молодая хозяйка, можно было бы не так точно играть по правилам, но раз она тут…

Айрин постаралась сделать требуемое выражение лица и вошла в зал.

Шум сразу затих. Рабы упали на колени, служанки и две молодых хозяйки присели в реверансе. И только молодая женщина, присутствие которой так удивило брата, просто встала и склонила голову.

— Она приветствует вас как равная, госпожа, — еле слышно прошептал парень, — а это не правильно. Вы, конечно, не прямая наследница и даже не дочь Управительницы, но она вообще дочь двоюродной сестры прежней госпожи. Живущая в этом доме, не специалист, то есть полностью зависимая от вашего расположения. Поставьте ее на место, госпожа. Лучше язвительно, а не грубо. Хотя сама виновата.

— А я и не знала, что у прежней госпожи была дочь. Или вы тайная дочь Сабины? — Айрин презрительно осматривала зарвавшуюся женщину, а голос просто сочился ехидством, — Или вы не узнали меня, хозяйственная наша? Тогда вам следует покинуть этот зал, ароматы которого оказывают такое ослабляющее действие на вашу память.

— Извините, госпожа, я и правда вас не узнала. Просто не ожидала увидеть госпожу Дома на празднике для рабов, — женщина присела в реверансе.

— Почему бы мне не зайти и не посмотреть, как веселятся МОИ рабы? Тем более, тут скоро будет танцевать раб моего личного раба.

Женщина еще ниже склонила голову и промолчала.

— А теперь все можете встать.

Зал снова начал потихоньку оживать и наполняться тихим ровным гулом голосов. Айрин обернулась к Эйну, чтобы поручить ему найти Сайни. И тут же сама увидела его в проходе в зал.

Поймав взгляд девушки он быстрым шагом подошел к их группе и упал на колени, так, что б как бы нечаянно чуть коснуться губами пальцев своей госпожи.

— Я так счастлив снова видеть вас, моя госпожа!

— Я тоже рада тебя видеть, Сайни. Можешь принять вертикальное положение и расслабиться.

Как только Сайни встал, Айрин поцеловала его в щеку: «С днем рождения, братик!». Сайни замер, потом немного испуганно взглянул на Эйнри, убедился, что убивать не будут. Подмигнул в сторону Вилайди и восхищенно присвистнул.

— Пойду, придумаю что-нибудь насчет музыки…

— Пошли кого-нибудь за моей гитарой, — Эйнри задумчиво-смущенно посмотрел на брата.

— Ты будешь играть? Матерь Сущего, Эйн, ты уже пять лет нас не баловал! И я не верю, что это в честь моего дня рождения…

— Просто пошли кого-нибудь за гитарой и не напрягай мозг! — взгляды братьев пересеклись.

Вилайди вцепился в руку Айрин, и на его лице появилось виновато-испуганное выражение. Он явно переживал, что спровоцировал все это. Девушка нежно погладила его по запястью и прошептала: «Успокойся. Если бы он действительно не хотел играть, просто сказал бы „нет“ и все. А раз согласился, значит ту причину, из-за которой он забросил музыку, время уже вылечило. Ты просто дал ему повод начать играть снова.»

В это время Сайни дружески хлопнул брата по спине: «Я просто очень рад, что тебя наконец отпустило…» И, вежливо склонив голову перед госпожой, ушел искать посыльного за гитарой.

Айрин видела, как откровенно изучают смотрящего в пол Вилайди. Чувствовала заинтересованные взгляды на себе. Хотя с ней глазами старались не встречаться даже женщины. Девушке казалось, что в такой обстановке Эйн должен быть одним сплошным комком нервов и ревности. А он, наоборот, стоял спокойно-расслабленно, улыбаясь и кивая тем, с кем пересекался взглядом.

— Двигаемся вон к той компании, где сидит мужчина лет сорока. Видите, госпожа?

— Вижу. А почему именно туда?

— Там сидят друзья Сайни. И он, когда придет, подсядет именно к ним. Значит, там вам будет лучше всего видно, как будет танцевать малек.

— Госпожа! — вся компания рабов упала на колени.

— Можете встать. Мы решили присоединиться к вам на время. Я не буду долго напрягать вас своим присутствием, не волнуйтесь.

— Госпожа!! Что вы такое говорите, госпожа! Для всех нас ваше присутствие — большая честь. А то, что вы решили сесть рядом с нами — честь вдвойне!

В основном в компании были молодые люди в возрасте около тридцати лет. «Пограничный возраст для наложников» — отметила для себя девушка, и самым тихим шепотом спросила у Эйнри:

— А сколько лет Сайни?

— Двадцать семь, госпожа… Еще три года осталось…

— До чего? Что с ним будет потом?

— Вы можете послезавтра прийти посмотреть на процедуру Прощания, госпожа, — улыбнулся девушке один из мужчин.

— Послезавтра? А с кем будут прощаться?

— Со мной, госпожа…

— И вы об этом так спокойно говорите?!!

Мужчина изумленно посмотрел на девушку, потом перевел вопросительный взгляд на Эйнри..

— Госпожа, он обычный наложник, у него нет детей и он не стал любимчиком ни для одной из женщин дома. Его ценность сейчас равна нулю, и он сам знает об этом.

— Но он по-прежнему красивый, спокойный, явно не глупый… Почему именно в тридцать?!

— Спасибо, госпожа! Особенно за «явно не глупого», — мужчина и с ним вся компания весело рассмеялись. — Если бы я был действительно умным, то стал бы спецом, как Кхериян. Он сейчас, в сорок два, стоит больше, чем стоил я сразу после выпуска. Нет, госпожа. Эйн абсолютно прав, моя ценность сейчас равна нулю и я только обуза для Дома. Еще месяц назад я мысленно приготовился к Прощанию. Но мне будет очень приятно, если в последние минуты рядом со мной посидит моя молодая госпожа.

— Все же это так неправильно…

— А вы посмотрите на это с точки зрения хозяйки дома, госпожа, — улыбнулся девушке Сайни, уже какое-то время сидевший рядом с ее собеседником. — Надо постоянно тратить деньги, чтобы прокормить и одеть наложника, которого никто не использует и который не проявил никаких талантов в других областях.

— А ты будто проявил… Блудливый котенок! — мужчина так по-хозяйски обнял Сайни, что в их отношениях сразу все стало понятно. — И вообще нам обещали танец. А, судя по гитаре в руках твоего брата, нас сегодня ждет не только радость для глаз, но и услада для ушей.

Сайни, Эйнри и Вилайди переглянулись. Вил подтверждающе кивнул и пошел в центр зала. Эйн пошел следом за ним. Обняв мальчишку за талию, откинул чуть назад, погладил ладонью по лицу, поиграл с сосками, поцеловал за ухом, что-то прошептал… Расстегнул ему ширинку, незаметно достав из кармана заготовленную веревку, потом, приподняв парнишку за талию вынул его из спущенных штанов на ковер. Отшвырнул их ногой в сторону Сайни и его компании. Прижался к мальчишке бедрами и потерся об него, потом, почти не разрывая слияние, плотно затянул веревку на уже вовсю стоящем члене Вила.

Отошел в сторону и дал всем полюбоваться на мальчика. А полюбоваться было на что. Приглушенный свет ламп падал на юношу, усиливая отблески рыжего в волосах. Смазанное маслом тело блестело, подчеркивая гладкость и нежность кожи. Руки, с едва намеченным рельефом мышц, плечи, достаточно широкие для его комплекции. Намек на талию, узкие бедра, плоский живот, красивый рисунок ягодиц, стройные длинные ноги, с более четким мышечным рельефом. Зал затих.

Выдержав минутную паузу Эйнри взял из рук брата гитару… Сначала мелодия была тихая и нежная, прелюдия. Вилайди начал свой танец, плавно извиваясь бедрами и поднятыми вверх руками, потом как бы обнял себя руками, от шеи медленно вниз: плечи, грудь, талия, бедра… снова вернулся к груди, выгнулся, провел ладонями по соскам, встал на мостик, ловким движением снова выпрямился, руки снова вверх — и вот опять все тело плавно извивается, как у змеи…