Ирина Смирнова – Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1 (СИ) (страница 101)

Надо побыстрее закончить завтрак, а потом удовлетворить возбуждение, вызванное смелой фантазией разыгравшегося воображения.

Кэйт вздохнула… Айрин не так давно рассказывала ей о Мийлийяше, и о том, как она подозрительно сильно привязалась к этому мальчишке. Вот, кажется, что-то похожее произошло и с ней по отношению к Эйну. Как с этим жить? По меньшей мере, просто стыдно даже признаться кому-то в такой слабости. Совершенно недостойно Старшей… И все же…

— Эйнри-и… — тихо простонала Кэйт.

Айк, сидевший на полу, в ожидании, когда госпожа позавтракает, и можно будет снова полностью завладеть ее вниманием, все утро пристально наблюдал за тенью эмоций, скользивших по лицу госпожи, по которой безумно соскучился, пока она болела и запрещала ему появляться в ее комнате. И вырвавшееся «Эйнри-и…» больно резануло по самолюбию парня.

Мало ему Шайна, чудесным образом после многолетнего «забвения» на мужской половине дома, совершившего такой стремительный взлет, что теперь проводит не просто несколько часов в неделю, а почти каждую ночь в спальне госпожи. Да уж, никто не мог и представить себе, что им заинтересуется сама Старшая госпожа, а главное когда — во время проведения «чистки рядов» неугодных рабов!

Эта сволочь так и не рассказал, чем они занимаются по ночам столько времени. Одна радость от этого — по утрам теперь Кэйт непривычно нежная. Пожалуй, раньше Айк не получал столько ласки от нее, как в последнее время.

И все было бы ничего, но морально очень напрягал такой странный расклад. Из единственного любимчика оказаться вдруг дневным рабом, при наличии еще и ночного. Хотя все вокруг были уверены, что с момента переезда ее мужа обратно в свой Дом, Айк прочно обоснуется в комнате госпожи.

Но ночи теперь приходится проводить одному. Нэйклийанэ, зараза, как он его ни ублажал, все равно под разными предлогами возвращается спать в свою комнату. Если только не чуял своей аппетитной задницей, что в какую-то конкретную ночь ему лучше принять приглашение «привычного» Верхнего.

Айк не мог понять, почему Нэй так привязан к Шайну. Вот у него самого никого не было — Госпожа занимала слишком много места в сердце Айкейнури. И, разве что только Рыжик и вызывал приятное ощущение какой-то теплоты и желания побыть рядом, когда тоскливо, но ответной реакции от него не было…

После завтрака Кэйтайриона пообещала, что отправится с ним на прогулку позже. А сейчас выразила желание пойти на мужскую половину, объявив, что Айкейнури пока может быть свободен, а ей хочется поиграть с недавно купленными игрушками.

Айк злобно скрипнул зубами, но что тут скажешь?

Покупать новых рабов девушка ездила еще до болезни, вдвоем с братом. В тот день они купили троих.

Один из парней, недавно перешагнувший невидимую черту, после которой его уже и мальком вроде бы и не назвать, но и до звания потенциального Верхнего явно не дотягивает, был примечателен тем, что имел темно-русый цвет волос. И глаза у него скорее были серыми, чем серо-зелеными, и лишь чуть-чуть, при определенном освещении отдавали привычной зеленью.

А вот два других — типичные дети Венги — оба ярких блондина были хорошо прокачаны, как и положено гаремным рабам.

Единственное, почему Эйлий пытался отговорить сестру от покупки, слишком уж низкая была цена для таких породистых звериков. Да и судя по их виду, оба были теми еще строптивыми занозами, потому что иначе вряд ли бы их тогда решились продать.

Продавец, правда, уверял, что он торгует только хорошо обученными и покорными рабами.

Просто в одном Доме возникли финансовые затруднения, и Старшая госпожа велела избавиться от нескольких. И выставила на продажу сразу пятерых, в надежде поправить дела. Эйлий на это заявление скептически хмыкнул — мол, тогда не продавала бы их по дешевке.

А второй раб вроде как оказался не у дел, в связи с замужеством его бывшей госпожи, сделавшей мужу свадебный подарок, избавившись от парочки постоянных фаворитов.

Кэйтайриона прониклась сочувствием к парню. Представила себе, что Эйнри, в качестве свадебного подарка, попросил ее продать Айкейнури… Ха! Попросить бы он мог, конечно… И ведь вся беда в том, что, как бы Кэйт не переживала и не была привязана к Айку, но Эйну отказать не смогла бы. Хотя, конечно, если рассуждать здраво — это было несколько неправильно для воспитанника Джордана, получившего честь войти в чужой дом не в качестве раба, а в качестве законного мужа. Вряд ли кто осмелился бы сунуться к жене с подобной просьбой… Разве что Эйнри и смог бы. Для него будто бы были прописаны собственные правила, которым он и следовал… Впрочем, именно этим зеленоглазое наваждение и покоряло сердечко Кэйтайрионы.

И ведь вроде уже пыталась привыкнуть и смириться с тем, что Айрин никогда не отпустит брата, да и он сам, паршивец, старался поменьше контактировать. Будто его вполне устраивают эти странные свидания раз в неделю, когда даже не всегда удается потискать, так, как хотелось бы… А все равно она продолжала его любить, вопреки всякой логике, уже почти привыкнув к этой ноющей боли, засевшей занозой в сердце, мешающей сосредоточиться на тех, кто постоянно обитает рядом с ней в ее Доме, и для кого она является единственной, неповторимой…

Раба, продаваемого в угоду мужу, звали Рэйнийляш. Основным достоинством парня, по уверению продавца, было умение танцевать.

Кэйт пожала плечами, пытаясь еще немного поторговаться — любой раб в той или иной мере обучен этому искусству. На самом деле она уже прониклась каким-то предвкушением азарта — стоило лишь заметить эту до боли знакомую манеру взгляда — от бедра, мимо груди, до лица и потом сразу снова в пол. Но в то же время — в глубине зрачков раба помимо вызова, таились отчаяние и страх. Видимо, мальчик был знаком и с ласками, и с драконовскими методами воспитания — наверное, провоцируя, пытался понять — что его ожидает, если купят?

Девушка усмехнулась — такие штучки в его исполнении не прокатят — она не впадет в ступор, загораясь немедленным желанием отыметь его прямо на площади, и не разгневается на бесспорную наглость. Просто она знакома с хорошим противоядием, в лице собственного мужа. К подобным выходкам Эйнри она до сих пор не могла привыкнуть, а вот на других научилась реагировать спокойно. На лице зверика появилась явная заинтересованность и затаенная надежда — неужели ему повезет?

Продавец уверял, что бывшая госпожа Рэйя была помешана на танцах, и поэтому ее фавориту были наняты лучшие учителя для дополнительных занятий хореографией и постановочными номерами, развивая его индивидуальные способности и желание импровизировать, опираясь на каноны, и, мол, ученик уже дано превзошел своих именитых наставников.

В общем, пришлось купить расхваленную игрушку по запрашиваемой цене, хотя, Эйлий и ворчал всю обратную дорогу, что так не бывает, чтобы столь уникального индивидуума продавали почти задаром — у этого раба должен быть какой-то подвох.

Буйбрийаш, оказавшийся одним из пяти неудачников, намеченных госпожой его Дома на продажу, привлек Кэйт тем, что на его теле красовались яркие татуировки, и в нижней губе была продета серьга. Зачем ей лишний геморрой в своем гареме, она затруднялась бы сказать, но, наверное, все же подсознательно зудело, что именно вот этот — приобретается ею в качества «компенсации» женщинам дома за невозможность прикасаться к Айку и Шайну. Тем более, она рассчитывала в скором времени перевести и Рыжика на обособленный режим. И почему бы не взять? Раз по дешевке. Кстати, если кому-то из женщин понадобится новый генетический материал — очень подходит. В прилагаемой к бумагам родословной было сразу видно, что близкородственных связей с Домом Маргойлин парень никак иметь не может.

Парней сначала определили «в отстойник» в дальнем крыле дома, недалеко от кабинета домашнего лекаря. Там, как обычно, сразу провели краткое обследование, накормили, сообщили особенности правил поведения в Доме Маргойлин и к вечеру запустили в гарем.

Двоих уже испробовали, как положено, устроив маленький такой междусобойчик из сильных Верхних во главе с Гейном, снимавшим «сливки». Для этого, как обычно, выбрали небольшое помещение, называемое Кьйосом прозаично — «КПП». У него порой возникали какие-то совершенно непонятные ассоциации для гаремного раба. Наверное, все из-за того, что его родная старшая сестра выбрала карьеру военной и до сих пор поддерживала с ним связь. Поэтому парень и козырял при каждом удобном случае подобными словечками из ее лексикона.

Кто был наставником и идейным вдохновителем Гейна — тайна, покрытая мраком, но оба парня имели значительное преимущество и владели несколькими хитрыми приемами рукопашного боя. Скорее всего, это и было причиной, почему Айк занимал лишь третью позицию в гаремной иерархии — амбиций-то у него было вполне достаточно для лидерства, но вот практики не хватало.

У Буйбрийаша был очевидный потенциал лидера. И ему явно не понравилась прописка в новом гареме, но что тут возразишь? Парень попытался было отстаивать свои права на получасовой перерыв после каждой пары (один пристраивался сзади, а у второго следовало просто отсосать), но получил по печени, и дальше уже наслаждался процессом молча.

Немного смахивающий на малька Нийккийнэ, на глазах которого происходила несанкционированная Церемония Посвящения и принятия «в новую семью», был согласен на все. Видимо ему и у себя жилось несладко — лишь бы не били. Его решили сегодня не слишком мучить, составив Никки расписание на ближайшую неделю, чтобы сумел адаптироватьcя. Да и удовольствие поиметь такого милашку стоило небольшого ожидания.