Ирина Смирнова – А было ли убийство? 331 год (страница 28)

А потом еще какое-то время Рейст просто лежал и наслаждался. Засыпать не получалось, но в голове было пусто, глаза не открывались и тело было тяжелым и неподъемным. А вот сон не приходил…

Чужое щекочущее дыхание напоминало, что рядом спит красивая женщина, его госпожа… И теперь между ними нет давящего чувства вины из-за пропажи мальчишки. За ошибочно принятое решение его простили, а теперь сам пацан нашелся.

Груз, который несколько дней мешал воспарить, упал на землю. И Рейст, несмотря на безумную физическую и моральную усталость, наконец-то позволил себе выдохнуть и осознать — он теперь не бесхозный. Он вместе с той, о которой мечтал, он… Он участвует в расследовании и приносит пользу! С ним советуются, его выслушивают… А главное, его обнимают во сне… Она тянется к нему, когда спит… Она…

Осторожно перевернувшись, чтобы не разбудить госпожу, Рейст какое-то время полюбовался спящей женщиной, рискнув убрать волосы с ее лица. Потом рвано выдохнул, снова осторожно развернулся, закрыл глаза… и моментально уснул.

* * *

Утром Рейст опять проснулся позже Дайрины, но воспринял это философски. Чтобы подобное не стало нормой, надо было заводить будильник. А раз он спит в одной комнате и на одной кровати с госпожой, то звон будильника может разбудить и ее. Поэтому надо будет просто придумать какой-то всех устраивающий вариант, раз они теперь… ну браслета ему пока на руку не надели, но про детей-то намеки уже пошли, значит…

Тля, вот ведь!.. Неделю назад мечтал о том, как бы оказаться в постели с капитаном, потом о том, чтобы она стала хотя бы временной его госпожой… А теперь браслет ему, видите ли, подавай!

Переобщался с Ойли, не иначе!

Над ненасытностью своих желаний Рейст размышлял уже в процессе заваривания тайшу и попытками на скорую руку сделать горячие бутерброды. Еще можно попытаться успеть быстро приготовить овсяную кашу — молоко есть, овсяные хлопья тоже нашлись, правда, немного, но госпоже как раз хватит. И вообще пора снова на закупки… а то дома вновь чистенько, но пустенько.

— Мы сегодня едем знакомиться с моими родителями, так что на работу ты не пойдешь, — появившаяся из душа Дайрина одобрительно оглядела накрытый стол. — Я сама извинюсь за тебя, не волнуйся.

Хорошо сказать, не волнуйся. Нет, про работу Рейст забыл почти мгновенно — разберутся там без него, не проблема. Может, сегодня как раз замена появится. А вот родители…

— А это обязательно? Я же всего лишь наложник, — внезапно отсутствие браслета стало приятным плюсом, который можно использовать как прикрытие.

— Рейстэйланэ Хайртмэйнджой, вот уж не думала, что ты — трус и шантажист! — Дайрина выпрямилась, уперев руки в бока, отчего халат на ней распахнулся.

И опускать виновато взгляд мужчине оказалось довольно трудно, потому что хотелось любоваться на упругую грудь, тонкую талию, стройные ноги…

— …а почему шантажист? — опасливо уточнил Рейст.

— Почему трус, тебе и так понятно, без объяснений? — усмехнулась Дайрина. — Потому что я собиралась попросить отца заказать тебе браслет, похожий на тот, что носит мой дед и он. Соблюсти семейную традицию. Но если ты желаешь познакомиться с моей семьей только после посещения нотариуса, значит, днем мы его посетим…

— Нет, что вы, госпожа! — Рейсту стало ужасно стыдно, а когда в ответ на его отчаянное мотание головой Дайрина скептически изогнула бровь и ехидно хмыкнула, внезапно захотелось провалиться сквозь землю.

— Обычно все мужчины просто бредят браслетом, а тут предлагаю пойти со мной к нотариусу, а он отказывается! — пожаловалась Дайрина вошедшему на кухню Ойли.

Мальчишка в ужасе уставился на Рейста, лицо которого по цвету могло соперничать с младшим из трех солнц — такое же красное и такое же горячее.

— Я не отказываюсь, я…

— Жду официального предложения? — рассмеялась Дайрина и погладила Рейста по пылающей щеке. — Собери всю свою храбрость. Мой отец не похож на злого дракона — он вполне мирный и тихий, тем более он уже давно ждет того, кто будет использовать его подарок по назначению.

— Ка-а-акой подарок? — немного испуганно уточнил мужчина.

Дайрина, ехидно ухмыльнувшись, кивнула в сторону скороварки:

— Вот этот. Думаю, вам будет, о чем поговорить. К тому же я буду рядом и спасу тебя, если что.

Глава 27

Во время завтрака Дайрина раздумывала над тем, куда на весь день пристроить Ойли. По закону его вроде бы можно было уже вернуть госпоже Кайврайдос, но интуиция просто верещала, что делать этого не стоит. А «можно» не означало «нужно», так что лучше воздержаться.

Оставлять одного у себя дома не хотелось. Да и опасно — опять уйдет за какой-нибудь «принцессой» и ищи его снова. Даже под присмотром Рейста не оставишь — мало ли, не доглядит?

Поэтому Дайрина приняла единственно верное, по ее мнению, решение: захватила эту парочку с собой, а в участке выделила Ойли «отдельный номер» со всеми удобствами.

— Извини, но других вариантов у меня сейчас нет, — пояснила она мальчишке.

Но тот не расстроился — ему позволили выбрать себе пару книг из стоящих на полках у Дайрины дома, а спустя пару часов зашел незнакомый парень и всучил ему старенький планшет, на котором книг оказалось очень много и часть из них Ойли не читал. Обед и ужин ему принесли. Гойчик, и тот был рядом.

И пусть было немного обидно, потому что его заперли, как какого-то несмышленыша, но в целом жаловаться было не на что. К тому же он ведь действительно поступил не очень обдуманно, сбежав с совершенно незнакомой девушкой и не предупредив никого.

Так что Ойли провел весь день в одиночной камере, поглядывая на ярко сверкающие полосы ламп под потолком, накрыв ноги стареньким шерстяным покрывалом и занимаясь любимым делом — чтением.

Рейст день провел более продуктивно.

Правда, с утра он не очень продуктивно нервничал по поводу встречи с родителями Дайрины — это был очень сложный момент, психологически сложный. Да, жить они будут в разных домах, но все равно очень важно произвести приятное, положительное впечатление на отца своей госпожи. Иначе тот потом постоянно будет ее против тебя настраивать.

Опять же, если не понравишься матери, то стать мужем можно уже не мечтать. Не пойдет же госпожа против мнения семьи?..

И вообще, изменения в жизни покатились таким огромным снежным валом, что Рейст просто не успевал перестраиваться и воспринимать происходящее здраво и спокойно.

Какое-то время он сидел и просчитывал свои собственные плюсы и минусы, готовя речь для отца госпожи. Болтать за жизнь с матерью ему, естественно, никто не позволит, но если удастся понравиться отцу…

Тля, страшно, до озноба. Такое ощущение, что он вот этим снежным комом катиться с горы на всех скоростях… Когда на работу устраивался, меньше волновался.

— А ничего, что мне двадцать девять? — поставив перед Дайриной очередной стакан с тайшу, Рейст выжидательно уставился на свою госпожу.

— Меня это не смущает, — капитан оторвалась от изучения бумаг, в которых перечислялась сложная система родственных взаимосвязей Эойлиз Найрэйдж на Венге.

Ульэйжен сидел и изучал такую же папку связей с Диспонтом, не совсем законно добытую через каналы ДИСа.

Рейст вздохнул и тоже уткнулся в распечатанные отчеты. Он изучал все, что удалось найти гвардейцам об операции матери Эойлиз, — больницы, врачи, диагнозы…

— Смотрите, последнее место пребывания — больница номер три при Космопорте. В списке наблюдающих врачей есть гинеколог. Акушер-гинеколог, — мужчина вопросительно посмотрел на Дайрину.

— Интересно… А самое замечательное, что я запросила сведения о родственнице Эойлиз, той, с хутора. Матери Зойльды. И знаете что? — капитан по очереди взглянула на двух своих напарников. — Двадцать лет назад она работала в родильном отделении этой же больницы. Странное совпадение, вы не находите?

Ульэйжен, отодвинув в сторону папку с распечатками, потянулся и тоже добавил немного интересной информации:

— Вся прибыль от продаж картин Эльзы Нариджевой переводится на счет ее матери. Лейхио вчера весь вечер изучал движение финансов на Диспонте. Так вот, у художницы отдельного именного счета нет, потому что по закону она должна открыть его сама, посетив одно из отделений банка. А на неименном счете может храниться ограниченная сумма.

— То есть всеми деньгами заведует мать Эойлиз? — уточнила Дайрина, чувствуя, что они зацепились за разгадку. Осталось только подсечь и вытащить…

— Возможно, у Эойлиз есть сестра…

— Если гэйвэйрэйтэ Эойлиз не единственная дочь…

— А если у нее есть сестра, офицер?..

Выдав почти хором каждый свою фразу, все трое засмеялись, привлекая к себе заинтересованные взгляды остальных гвардейцев из участка.

— Что ж, Ульэйжен, ты едешь в Космопорт, выяснять дела давно минувших дней. Если есть еще кто-то из работавших в то время — обязательно побеседуй. Нам нужны не просто догадки, а факты. Только с ними я смогу вытрясти из этой хуторской родственницы хоть что-то существенное, — парень кивнул и встал из-за стола. — Кстати, Зойльда ничего нового не рассказала? — Дайрина, нахмурившись, уставилась куда-то вдаль, подсчитывая что-то. — Ей ведь девятнадцать-двадцать где-то, если я не ошибаюсь?

— Да, офицер, двадцать, — Ульэйжен тоже нахмурился. — Вы же не думаете, что…

— Пока нет фактов, я могу только строить версии или фантазировать, как Ойли, — усмехнулась женщина. — Мы пытаемся разгадать загадку жизни семьи Найрэйдж, но нам-то надо понять, что с ними произошло — с отцом и матерью Ойли. И, главное…