Ирина Скидневская – Ведьмин корень (страница 27)
Звонил Яр.
– У нас новое похищение, Тигр.
– Ох… – отдуваясь, сказал Тигрец. Голова у него трещала. – Что горит?
– Холодная слобода. Где Антей? Нужна собака!
– Он пошёл один, Яр. Куража взял с собой…
– Я не понял! Куда пошёл?
– Мне кажется, он знает, где похитители, и решил сам с ними разобраться.
– Один? Почему?!
– У парня больная совесть. Будем ждать, положившись на народную мудрость…
– Какую ещё мудрость? Что один в поле не воин? – со злостью спросил Яр.
– Что храбрецам везёт…
– Ты куда смотрел?! Ты понимаешь, что он погибнет?!
– Я его не отпускал, Яр! Малёк меня перехитрил…
Тигрец смиренно выслушал всё, что сказал и пообещал ему Яр на тот случай, если всё кончится плохо. Самым безобидным из обещаний было – оторвать башку и всё, что можно оторвать в принципе.
Позвонила Нита. Тигрец ответил, умирая от глупой надежды, что Антей дома:
– Слушаю.
– Я тревожусь, – быстро проговорила она, забыв поздороваться. – Где мой сын? Я уезжала, вернулась раньше времени, а его нет…
– Антей на задании, Нита…
– Он с вами? – У неё отлегло от сердца. – А то оставил записку на столе… Я с ума схожу… Видно, что писал второпях…
– Что там?
–
Тигрец представил, как эти криво написанные слова прыгали у неё перед глазами, и она снова и снова перечитывала их, не понимая смысла, отказываясь понимать.
– Ждите, – сказал Тигрец и отключил телефон.
2
Кураж вёл его, петляя по полям. Стойкость пахучего вещества в маркере должна была сохраниться в течение месяца, и производитель не обманул: через три недели после той ночи, когда они с Бабаром преследовали ведьму, Кураж легко взял старый след.
Давно не паханная земля расползалась оврагами, колючие заросли сорняков создавали непроходимые препятствия, но ведьме было мало, она делала крюк через болота, чтобы окончательно сбить преследователей со следа. Сейчас, при свете дня, Антей видел, что пробивавшаяся повсюду молодая трава истоптана, примята на тропе – ведьма не оставила своё мерзкое занятие, не перестала ходить в овраг. И будет ходить, если её не остановят…
Антей не понимал, как она запоминала дорогу, особенно на болотах с их безликим пейзажем, где каждый неосторожный шаг мог стать роковым. Существуют, конечно, навигаторы, но у неё он, наверное, свой, встроенный – звериный нюх, звериный глаз, звериный слух… Если я не вернусь, прости меня.
Он не знал, что его ждёт. Но, что бы ни случилось, всё лучше, чем бояться и бездействовать. Три долгих недели он страдал, стыдясь своего позорного бегства от Ведьминого оврага, боялся за жизнь матери и Куража, мечтал найти выход и не находил. Каждую ночь ему снилась сторонящаяся его худая фигура с тростью.
В лавке он купил книжку, где описывались разные случаи и приводились советы, как защититься от ведьм.
Например, один парень сделал всё небрежно: не убрал с земли камни и прямо по ним – палкой! – очертил круг, потом кашлял, а до ведьмы могут долетать звуки из магического круга, так что сидеть нужно тихо; а когда ведьма услышала кашель, она просунула руку в круг и схватила парня за волосы, он ударил её ножом и попал в сердце, но у ведьмы оно мёртвое, так что его, считай, и нет; жалко, что у парня с собой не было ведра воды, ведьмы от холодной воды на время цепенеют; ну, вот, ведьма не умерла, а стала частью того парня, и люди пугались, видя его страшную тень в виде старухи с крючковатым носом и развевающимися на ветру лохмами; даже глаза, что горели жёлтым огнём, отражались на этой тени; люди изгнали парня из селения, убить побоялись, ведь тень могла приклеиться к кому-то из них; ведьмин хвост тоже перешёл к нему; люди хотели плюнуть на хвост, чтобы покончить с ведьмой, но парень прятал его где-то в лесу. Вот, всё такое пишут. То ли верить, то ли нет.
Спасением стала брошенная в почтовый ящик листовка с рассказом о Браве. Антей прочёл её и с той минуты словно увидел свет в глубокой тьме вокруг.
Брав был младше его на восемь лет, но не побоялся вступить в поединок с ведьмой, один на один в железном лесу. Если Брав сумел, почему он, Антей, не сможет? Рядом – любимый пёс, помолодевший благодаря господину Горну. И Бабара нет, теперь он никого не запугает, не заразит своей трусостью. Надо помочь, надо хотя бы попробовать… Он был готов на всё, лишь бы искупить вину за брошенного ребёнка.
В голове мгновенно созрел план.
– Мне придётся уехать, сынок. Вызывают на работу, – очень кстати объявила мать. – Всего на три дня. Ты без меня справишься?
Луна была круглее головки сыра, самое время для ведьм. Для их жестоких ритуалов под прикрытием ночи.
– Я же не маленький.
И всё получилось: мать уехала, Антей сумел оказаться у гранитных камней, не притащив за собой ораву детей из предместий; ничего не заподозрив, Тигрец с Пряжем выпили снотворное. Вот бы и дальше так везло!
…Он шёл быстро, не чувствуя холода и усталости. Примерно через час потянуло гарью. Антей замедлил шаг и, остановившись, обернулся. Позади, в оставленных ими предместьях, происходило что-то из ряда вон выходящее. Как при сильном пожаре, к небу поднимался густой чёрный дым, не один столб, не два, множество. Ветер разносил его по окрестностям и гнал на болота целую тучу… разноцветных воздушных шаров с развевающимися вокруг них тёмными лентами.
Кураж зарычал: что-то ещё, чужеродное, мелькало в вышине. Антей пригляделся. Мелкая птица, с невероятной быстротой рассекая воздух, нападала на шары и протыкала их клювом. Раздавались хлопки, ленты от лопнувших шаров носились в небе, извиваясь, как чёрные змеи. Одна из них упала к ногам Антея. В глаза бросилась надпись, сделанная на ленте жёлтым маркером:
У него невольно ёкнуло сердце, но запятая… Здесь была запятая, и она свидетельствовала о незаконченности мысли. Антей поднял ленту и расправил загнувшийся край.
Так лучше… Он перевёл дух. Благословенна будь, грамматика.
Но странная птица вызывала тревогу.
– Быстрее, Кураж, – шёпотом приказал Антей.
Они бросились бежать по открытому и бесконечному пространству. Антей поглядывал вверх – птица неотступно следовала за ними, заодно продолжая атаковать шары, словно своих злейших врагов. Как назло, усиливавшийся ветер дул как раз в сторону Ведьминого оврага.
– Стой, – вдруг приказал Антей, наконец сообразив, что без оружия они беззащитны перед птицей, которая могла оказаться той самой… из истории про Брава. Злейкой. Не хотелось верить в такой неприятный сюрприз, но птица не выпускала их из поля зрения, преследовала, и это не могло быть простым совпадением.
В лавках с гадательными принадлежностями Антей за три недели много чего купил, но особенно ему запомнился первый визит, в лавочку, в которую он больше никогда не заходил. Взглянув на Антея, пожилая гадалка чего-то испугалась, молча подала венок из ягод рябины, иголку, наполовину сломанное лезвие косы и кусок рваной рыбацкой сети, взамен забрав из его ладони четыре монеты. Антей хотел спросить, как ему применить обереги, но она замахала на него руками, выпроваживая из лавки. Иглу Антей воткнул в ошейник Куражу, венок повесил над кроватью матери, остальное взял с собой, собираясь к оврагу.
Сейчас он решил прикрепить к своей прочной палке обломок косы – собрать копьё с длинным и таким острым когтем, что для чехла пришлось порезать ещё годный валенок, найденный в сарае. Втайне от матери Антей немало потрудился над специальным креплением для этого острого наконечника, высверлил отверстия, чтобы собрать копьё по дороге в овраг, оторвавшись от Тигреца. Он не мог разгуливать с готовым оружием, Тигрец обязательно что-нибудь заподозрил бы.
Дома Антей собирал своё самодельное копьё за минуту, сейчас же у него не оказалось и нескольких секунд. Заметив, что они остановились, птица сделала над ними круг, волшебным образом преображаясь, и уже через мгновение пикировала вниз, сложив за спиной огромные крылья. Антей успел только изготовиться, крепко держа палку обеими руками и загораживая собой Куража.
Глупо погибнуть, так ничего и не сделав. Прости, Кураж… Но он решил дорого отдать их жизни.
Внезапно их накрыла широкая тень – что-то массивное падало с неба. Злейка шарахнулась в сторону, раскинув трескучие крылья, но не избежала столкновения с большой связкой воздушных шаров. Лопаясь, шары облепляли острые края крыльев, и клюв, и лапы с длинными когтями. Чем сильнее злейка билась и сопротивлялась, тем глубже вязла в месиве из резины и чёрных лент, привязанных к шарам, – пока не рухнула шагах в двадцати от Антея.
Кураж яростно лаял и рвался с поводка.
– Тихо! Сидеть, Кураж!
Пёс затих и только поскуливал, наблюдая вместе с хозяином, как отчаянно трепыхается злейка. Антей надеялся, что болото затянет её, но этого не произошло; более того, железная птица не сдавалась, её острые перья перерезали путы, и довольно скоро она сумела высвободить крыло.
До знакомства с историей Брава Антей понятия не имел, кто такая злейка, а теперь понимал, что если она сумеет вырваться из плена, им с Куражом не выжить. Им и так повезло, что в городе выпустили целую тучу шаров…
К счастью, сильный ветер толкал и волочил связку шаров по болоту; они лопались с громкими хлопками, и на птичьи крылья налипали новые резиновые ошмётки. Антей не мог сойти с тропы, чтобы подобраться к ней, вокруг была трясина, вода в ней пузырилась зловонными газами; всё, что они могли – это бежать в одном направлении со злейкой, ведь ветер всё ещё был попутным.