Ирина Шевченко – Осторожно, женское фэнтези (СИ) (страница 43)
— Есть что-нибудь? — спросил инспектора.
— Есть, — кивнул тот. И добавил угрюмо: — К сожалению.
Полиция сработала быстро. В общежитии, заселенном под завязку, в одной из комнат обнаружилась свободная койка. Живущий там парень сказал, что в начале года у него был сосед, но после съехал. Куда съехал и отчего в комнату никого не поселили, не смог объяснить ни он, ни комендант. И имени «съехавшего» студента отчего-то никто не помнил. В списках факультета тоже нашлись пробелы…
— А что с Сибил? — спросила я обеспокоенно. То, что Чарли был, я и так прекрасно знала, а вот о подруге тревожилась, и то, как Оливер посмотрел после моего вопроса на инспектора, мне не понравилось.
— Хорошо с ней все, — сказал Крейг скорее ректору, чем мне. — У себя, к завтрашним занятиям готовится. А не забыла она мистера Лоста, думаю, из-за своего дара. Прорицатели ведь и без всяких искажений видят разные варианты реальности. А мисс Сибил к тому же Лостом отдельно интересовалась, вот какие-то фрагменты и задержались в памяти.
— Вы в этом уверены? — Оливер сверлил старика напряженным взглядом.
— Да в чем тут будешь уверен? — вздохнул Крейг. — Но похоже на то. К тому же она не все и помнит, если с показаниями мисс Аштон сравнивать. Остаточная память.
Хотелось потребовать у них объяснений, но я понимала, что требовать что-либо не вправе, а потому просто попросила, надеясь, что меня не выставят тут же за дверь. Инспектор с ректором переглянулись… и не выставили.
— Нам мало что известно о механизме изменения реальности, — признался Оливер. — Я читал лишь о двух случаях, достоверность которых подтверждена свидетельствами очевидцев. Первый относится к эпохе Противостояния, второй, согласно хроникам, произошел еще раньше. Изменения спровоцировал некий ритуал, но подробности его неизвестны. Это не совсем людская магия.
— Эльфы? — предположила я.
Ректор покачал головой:
— Драконы. Они разработали ритуал, но проводили его люди. В первом случае — чтобы вернуть жизнь своему вождю. Во втором — чтобы изменить исход войны. Со временем эти истории перешли в категорию мифов, но изыскания по данному вопросу ведутся до сих пор. И, видимо, кто-то добился-таки успехов. Сложно сказать, что нас теперь ждет. Если верить древним источникам, старая реальность замещается новой, и никто, кроме тех, кто принимал участие в ритуале, не помнит изначальной версии. Но в нашем случае уже два исключения…
— Вы подозревали, что Сибил причастна к исчезновениям? — догадалась я.
— Не исключали, — смягчил формулировку Крейг. — Но во время беседы с мисс Сибил не выявлено эмоционального сбоя, возмущения силы или иных косвенных признаков, что она говорит неправду или что-то скрывает.
Странно было слышать вместо простоватого говора четкие фразы, пестрящие научными терминами. Видимо, происходящее не на шутку взволновало инспектора, раз уж он вышел из образа.
— Меня тоже проверите? — поинтересовалась я хмуро.
— К вам, мисс, этот способ проверки неприменим. В настоящее время вы несостоятельны как маг, ваше энергетическое поле аномально стабильно. Но думаю, вряд ли вы стали бы понимать шум, если бы имели какое-то отношение к искажениям.
Даже жаль, что он так легко поверил в мою невиновность, я бы с удовольствием поскандалила. А теперь оставалось лишь мысленно злиться на всех и вся, особенно на одного блондинистого божка, втравившего меня непонятно во что и до последнего мне вравшего!
— Когда я тебе врал? — возник рядом Мэйтин.
Всегда! Я ведь спрашивала об Элизабет, хотела узнать, где она. И что он мне ответил? Ничего. А сегодня Элси угрожает мне через медиума.
— Через какого медиума? — Бог коснулся моего лба и успокоенно вздохнул: — Пугаешь. Я подумал, реальность совсем того.
А она еще нет? Потому что я, кажется, уже.
— Тебе кажется, — улыбнулся он.
— Элизабет, — отвлек от разговора с богом ректор, — расскажите, пожалуйста, все, что помните о Чарли Лосте и о других пропавших. Боюсь, вы последний достоверный источник информации.
Инспектор достал блокнот. Оливер попросил секретаря принести еще чая и печенья. Рысь попытался слиться с мебелью, чтобы о нем не вспомнили и не выдворили из кабинета. А Мэйтин умостился на подоконнике.
— Странное дело, — в который раз сказал инспектор, когда я закончила говорить.
— Странное, — согласился Оливер. — Меня не оставляет чувство, что мы что-то упускаем.
— Я, кажется, знаю что, — подал голос Норвуд.
— Что? — порывисто обернулся к нему ректор.
Рысь почесал затылок и выдал несмело:
— Похоже, до Чарли еще кое-кто пропал. Библиотекарь. Тот, что сделал в формулярах записи, которые теперь изменились. Исчезновение имени Лоста еще можно связать с ним самим, но ведь поменялся почерк во всех карточках. И разве это нормально, что целую секцию обслуживает всего один человек?
В кабинете воцарилась гробовая тишина, и никто кроме меня не слышал аплодисментов с подоконника.
— Нравится мне этот парень! Ух, как нравится!
Он и раньше хвалил Норвуда, и я не удивлюсь, если выяснится, что своим присутствием тут Рысь обязан божественному вмешательству. Ладно, я — ценный свидетель, но оборотня ведь можно было и не посвящать в дела.
На фоне этих размышлений я чуть было не упустила норовившую проскочить мимо мысль, но успела-таки за нее ухватиться. Библиотекарь пропал? Но разве я не должна этого помнить? Автор я или как?
— Ты автор, — подтвердил Мэйтин. — Автор незаконченной историйки, охватывающей определенный период жизни Элизабет Аштон. Но что, если на момент начала книги она, как и все в академии, уже что-нибудь или кого-нибудь забыла?
Если Элси что-то забыла, я этого изначально не знала, потому что помнила только то, что писала, и то, что случилось, когда я уже была здесь. Но если забыли Чарли, получается, что меняется уже написанное?
— И это главная проблема, — сказал бог.
— Простите, — приложив руку к виску, словно у меня началась мигрень, я поднялась с кресла. — Можно мне отлучиться ненадолго?
В уборной я, словно в шпионском фильме, заглянула в кабинки и оценила, насколько плотно закрывается дверь, прикидывая, можно ли тут говорить вслух.
— Можно, — заверил бог.
— Рассказывай, — выдохнула я. — Что там о главной проблеме?
— Реальность меняется. И меняется не только реальность Элизабет, но и реальность Марины.
— Как это? — вот теперь я совсем-совсем занервничала.
— Меняется то, что было написано. Значит, ты или написала другую книгу, или вообще ничего не писала.
— И что теперь? Если я не написала, не будет Трайса?
— Трайс уже есть. Причинно-следственные связи — сложная штука, не всегда поймешь, где причина, а где следствие. Мир появился, потому что ты о нем написала, или ты о нем написала, потому что он был…
Что-то новенькое. Хотя неспроста же тут все не совсем так или совсем не так, как я себе представляла?
— Это сложно, — повторил Мэйтин. — И в данный момент несущественно. Просто подумай: если бы ты ничего не написала, как это отразилось бы на твоей жизни? Или что должно было случиться в той твоей жизни, чтобы ты не стала писать книгу?
Я сжала виски: похоже, и правда мигрень.
— Может, я не захотела? Или не смогла?
Или уже некому было придумать историю красавицы Элизабет Аштон…
А может быть, мне это было уже не нужно? Ведь не обязательно реальность меняется к худшему?
— Хочешь проверить? — серьезно спросил Мэйтин.
— Не знаю. Ты бог, скажи, как правильно.
— Игры с реальностью опасны, — сказал бог. — Даже если кажется, что вмешательство преследует благие цели. Меняя судьбу одного человека, можно изменить судьбу мира, и результат тут непредсказуем.
Я с сожалением вздохнула, признавая его правоту.
— Кто-то изменил свою судьбу? — озвучила я новую догадку.
— Да. Те, в кабинете, только что пришли к тому же выводу. Видимо, кто-то нашел описание ритуала и…
— Ты знаешь кто? — вцепилась я в футболку бога. Иероглифы на ней зашевелились потревоженными змеями, и я испуганно разжала пальцы.
— Нет, — ответил Мэйтин. — Реальность искажена, и все вероятности не отследить даже богам. Но если бы и знал… Я уже говорил, что не могу помогать тебе во всем. Иначе рискую сам нарушить естественный ход событий, и последствия будут непредсказуемыми.
— А когда ты меня сюда перетащил, ничего не нарушил? — высказала я сердито.
— Ничего. И что касается Элси и того медиума… Нет, это вообще всего касается: проверяй информацию.
Сказал и исчез. Но я к этому уже привыкла.