Ирина Шевченко – Осторожно, женское фэнтези (СИ) (страница 26)
— Да так… Что по другим?
— Герман Складовик, — торжественно зачитала с листа Сибил. — Теоретик. Отличник. Красавчик. Девушки с его факультета до сих пор страдают. Вроде бы он состоял в каком-то спортивном клубе… или бойцовском… Его товарищи вскользь обмолвились, Рысь обещал проверить.
— Таких проблем, как у Чарли, у Германа не было? — уточнила я.
— Нет. Он вообще был счастливчиком, по словам приятелей.
— И здоровье, наверное, имел отменное?
— Да. Но перед самым исчезновением приболел. Во всяком случае, сказал так соседям по комнате. Они пытались расспросить, что с ним такое, но он рассердился и сказал, чтобы от него отстали. Они ушли в столовую…
— И Германа больше не видели, — поняла я.
— Точно, — подтвердила Сибил. — А почему тебя интересует их здоровье?
— Пытаюсь отыскать между ними что-то общее. Место, где они могли пересекаться. Лечебница подходит.
— А столовая — нет? — подозрительно посмотрела на меня Мэг. — Или библиотека? Темнишь, Элси. Скажи честно: ты узнала что-то в лечебнице? Или о лечебнице?
— Просто весь день там провела, вот и подумалось… Глупость.
— Хорошо, что глупость, — не отводя от меня взгляда, проговорила Мэг. — Потому что Рысь выяснил, что Виктор Нильсен как раз ходил в лечебницу, когда пропал. Пошел, — она подпустила в голос мрачных ноток, — а назад не вернулся.
Я встрепенулась:
— Кто-нибудь знает, зачем он туда ходил?
— Знают, — хмыкнула целительница. — Преподаватели, доктора, полиция. Но с ними говорить не так просто, как со студентами.
— Со студентами легко, — закивала Сибил. — Многие любят посплетничать, и парни не меньше девушек. Я столько всего попутно узнала. И от двух свиданий отказалась. На третье согласилась, но не пойду. Или сходить? Он милый, хоть и некромант.
— Как и Виктор, — напомнила я, отвлекая подругу от мечтаний. — Как бы разузнать, что он делал в лечебнице?
— Леди Райс спроси, — поддела Маргарита. — Но если боишься, что она не ответит, я могу поговорить с Анабель. Помнишь Анабель?
Я помнила. И чувствовала себя виноватой перед ней. То, что наш обман раскрыли, сейчас не главная ее проблема, но Грин, пусть и не сдал ее ректору, после наверняка отчитал бедняжку. А если он, так сказать, лично причастен… Нет, не верю. Милая добрая девушка и этот желчный тип? Но она говорила о нем с таким восторгом…
— Ее не было сегодня на работе, — сказала Мэг. — Загляну завтра.
— Ты была в лечебнице? — удивилась я. — А ко мне не зашла?
— У меня нет повода для визита к леди Пенелопе, — усмехнулась соседка. — А ты, как мне передали, от нее ни на шаг не отлучалась. Да, у меня есть еще знакомые там, но о Викторе они ничего не знают. Он был пациентом доктора Грина, а значит, только Анабель может помочь. Она при заведующем — что-то вроде личной помощницы.
Все же Грин.
Нужно заняться этим господином вплотную. Только как к нему подобраться?
— Включи фантазию.
Обернувшись на голос, я увидела Мэйтина, восседающего на столе в позе лотоса. Вечно он появляется внезапно и не тогда, когда действительно нужен. Пришел бы в пятницу, после того как… А еще лучше — до…
— Что ты уже учудила?
Извинившись перед подругами, я зашла в ванную. Открыла воду и ополоснула лицо. Рассказывать долго. Пусть память считывает.
Длань божья, теплая и шершавая, как у обыкновенного мальчишки, легла мне на лоб, и я зажмурилась, предвкушая, сколько «хорошего» сейчас услышу.
— Не ошибается тот, кто ничего не делает, — сказал Мэйтин, и я осмелилась открыть глаза. — Только, прежде чем что-то делать, не мешало бы обдумать все как следует, — добавил он с укором. — Но теперь, надеюсь, подобного не повторится.
Угу. Как в том анекдоте про мальчика, сбросившего дяденьке кирпич на голову: «Я больше не буду!» — «А больше уже и не надо».
— Откуда пессимизм? Я в тебя верю. А я не во многих людей верю, обычно наоборот.
Он подмигнул мне, и на сердце сделалось легко. В меня бог верит, разве может что-то не получиться? С учебой почти наладилось, за расследование мы с друзьями взялись. И с Оливером решится. Конечно, натворила я дел, и он считает меня то ли влюбленной дурой, то ли эгоистичной дрянью, но это же классический сюжет, когда герой со временем меняет мнение о героине…
— Опять за свое? — поморщился Мэйтин. — Не книга это, не книга. Но мнение меняй, у истории должен быть счастливый финал по всем пунктам.
Не книга, но финал должен быть.
— Промежуточный, — уточнил бог. — Потому что история никогда не заканчивается. Она может только начинаться. Бесконечное множество раз. Потом поймешь. Сейчас тебя подружки ждут.
А сам снова исчезнет?
— У тебя своя миссия, у меня своя, — напомнил Мэйтин. — Не всегда есть время заглянуть, не обижайся.
Я и не обижаюсь. Боюсь. Вдруг снова что-то не то сделаю? А посоветоваться не с кем.
— Как это не с кем? А друзья? Всего им не расскажешь, но в целом, гляжу, вы поладили. Они свою Элси в беде не оставят.
Элси.
От мысли, которая еще в первый день должна была прийти мне в голову, но лишь сейчас нашла туда дорогу, похолодело внутри…
— Сейчас это неважно, — покачал головой Мэйтин. — Возвращайся к подругам. Расспроси Сибил о Камилле, это интересно. Подумай, что общего у всех исчезновений.
Он что-то знал. Знал, но не говорил.
— Всего я не знаю, — сказал бог. — А то, что знаю, ты услышишь и от других. Потому что есть, скажем так, нормы божественного вмешательства. Не хочу исчерпать лимит прежде времени.
Он исчез, а я задержалась в ванной. Всматривалась в отражение в зеркале, в глаза, которые и отъявленный романтик не назвал бы сейчас сапфировыми — до того они потускнели, — касалась бледных щек и потрескавшихся от холода губ…
Но Мэйтин сказал, что это неважно, и я решила ему поверить.
— Сибил, что ты узнала о мисс Сол-Дариен?
— Откуда ты знаешь, что именно я о ней разузнавала? — провидица смотрела на меня с удивлением и профессиональным интересом.
Не говорить же, что от знакомого бога?
— Догадалась. Ты сказала, что какой-то некромант пригласил тебя на свидание, а кафедра мистических существ, где Камилла читала лекции в последний день, в одном здании с отделением некромантии.
— Ух ты, я о таком и не подумала бы! — восхитилась подруга, не слышавшая о дедуктивном методе Шерлока Холмса. — Только я туда не ходила, сегодня же выходной. А с некромантом случайно встретилась, так забавно получилось…
— Камилла, — напомнила я.
— А, да, Камилла. Ты ошиблась, Элси. Она пропала не вчера, а позавчера.
У Сибил была знакомая на теормаге, она и рассказала, что произошло, начиная с того, что какой-то шутник запер мисс Сол-Дариен в подвале. На счастье, мисс Милс понадобилась голова василиска, и Камилле не пришлось сидеть в хранилище до понедельника. Как только ее освободили, пришел ректор. О чем они говорили, студенты не слышали, но знакомая Сибил уверяла, что Камилла была расстроена после его ухода. Неужели он все-таки поверил записке? И ни обеда, ни ужина не состоялось, домой мисс Сол-Дариен возвращалась одна. По дороге она встретила двух студенток, которым нужна была помощь с контрольной, и пригласила к себе. Дома предложила гостьям чай и пошла на кухню. Когда прошла уже четверть часа, а она так и не вернулась, девушки решили ее поискать, но дом оказался пуст. Затем по стенам расползлись кровавые буквы. Студентки в ужасе сбежали и лишь на следующее утро решились рассказать обо всем куратору, а тот уже обратился в полицию.
Сибил записала имена тех девушек, но приятельница, от которой она все это узнала, сказала, что они были так напуганы, что тут же уехали и в академию вряд ли вернутся.
— Чарли, Герман, Виктор, Мартин, Камилла, — я загнула все пальцы на руке и посмотрела на получившийся кулак. — Разные факультеты, разный возраст, разное социальное положение, интересы и проблемы. Но что-то общее у них должно быть. Что?
Подруги синхронно пожали плечами.
— Может… — Сибил потерла переносицу, словно хотела разгладить появившуюся между бровей складочку. — Может, все состояли в каком-нибудь тайном обществе? Герман точно в каком-то состоял.
— И Камилла? — со скепсисом уточнила Мэг. — К тому же с тех пор, как их официально разрешили, эти общества уже не популярны. Детские игры!
Провидица надула губки. Тут и без дедукции понятно, что сама она числится в десятке подобных условно тайных организаций.
— Проверим, — пообещала я, чтобы ее успокоить. — Что еще? Что объединяет все случаи? Время? Нет. Фазы луны?
— Нет, — откликнулась Сибил.
Но что-то должно быть! Одна группа крови? Какая-нибудь редкая, четвертая отрицательная с повышенным содержанием мидихлорианов?
— Ничего общего, — покачала головой Мэг. — Разве что… Перед исчезновением все были чем-то расстроены. Правда, насчет Виктора не уверена, но в лечебницу по радостному поводу только дамы в положении ходят.