Ирина Шевченко – Демоны её прошлого (СИ) (страница 61)

Милорд передернул плечами:

— Кого и когда это останавливало?

Подошел к студенту, невольно вжавшемуся при его приближении в спинку кресла, отколол с лацкана его пиджака значок местного клуба игроков в поло и с помощью булавки в два счета расстегнул браслеты.

— В первый раз арестовали? — полюбопытствовал мимоходом.

— Надеюсь, и в последний, — ошалело выговорил алхимик, растирая запястья.

— Значит, вам это умение ни к чему, — заключил Оливер. — Глупостей только не делайте… В данный момент, я имел в виду. А там — как получится.

Он вернулся к Россу и, присев, надел на того наручники.

Теперь ситуация под контролем. В каком-то смысле.

С помощью алхимика, не посмевшего отказаться и теперь, видимо, чувствовавшего себя соучастником предстоящего убийства, удалось усадить профессора в кресло, но далее Оливер рассчитывал пообщаться с демонологом наедине.

— Зря вы ввязались в это дело, мистер Тиролл. Еще и сделали это наиглупейшим образом. Но я надеюсь на остатки вашего благоразумия и на то, что случившееся в этом кабинете не выйдет за его пределы.

Парень отрешенно кивнул, глядя то на Росса, все еще пребывавшего в беспамятстве, то на ректора, то на дверь за его спиной. Казалось, сомневался, что его самого отсюда выпустят.

— Мы с вами еще не закончили. Поэтому… Пожалуй, подождите в зале для совещаний. И…

— Без глупостей, помню.

Воспитательные меры возымели-таки эффект.

— И еще, — вспомнил Оливер. — Вы сделали неверные выводы касательно отношений между уважаемым профессором и мисс Мэйнард. И касательно ее отъезда — тоже. Насколько я знаю, у нее тяжело болеет подруга, и мисс Мэйнард могла сгоряча заявить, что оставляет академию, но документов она не забирала, и, я думаю, когда проблемы разрешатся, вернется к учебе. Не стоит распространять непроверенные слухи.

— Ничего я не распространяю! — огрызнулся юнец. И тут же с подозрением сощурился. — Я не называл имя девушки.

— Не называли, — согласился Оливер. — Вы вообще не называли имен. Даже своего.

Он выглянул в приемную, намереваясь перепоручить алхимика Флину, но случай предоставил лучшее решение в лице отирающегося у стола секретаря сержанта Эррола.

— Шеф прислал, — бодро отрапортовал тот, увидев ректора. — Вы же просили списки выезжавших? И насчет подрывника сказал узнать.

Милорд Райхон взял протянутые ему бумаги и подтолкнул к оборотню виновника сегодняшнего переполоха.

— Норвуд, если вы не заняты, составьте компанию мистеру Тироллу, — указал на дверь в зал для совещаний. — Я освобожусь в течение часа, и мы решим, как поощрить молодого человека за его изобретение.

— Позвольте, милорд! А как же фонд? — Не замеченный сразу ведущий юрист академии, худощавый мужчина с вытянутым лошадиным лицом, вскочил с кресла в углу и выбежал в центр приемной, размахивая кожаной папкой. — Сколько можно откладывать согласование? У меня давно все готово, нужна только ваша подпись…

— Все готово? — уточнил Оливер таким же ласковым тоном, каким недавно «экзаменовал» горе-бомбиста. — И мои поправки вы учли?

Он не помнил сути этих поправок, но не сомневался, что вносил их, просматривая черновики документов. Когда дело касается денег, крючкотворы так и норовят всунуть десяток-другой условий и ограничений, словно платить будут они лично.

Юрист перестал размахивать папкой и прижал ее к груди. Кивнул, но как-то неуверенно.

— Точно учли? — вкрадчиво переспросил ректор. — И мне осталось лишь поставить подпись?

— Я, честно сказать, — законник отступил к выходу, — надеялся, что мы с вами все обсудим. Придем к консенсусу…

— Уверен, что придем, — благожелательно улыбнулся Райхон.

— Но если вы заняты, я сам еще раз просмотрю и зайду к вам в другой раз, — протараторил юрист и исчез.

Флин благоразумно закопался в бумажки, а Рысь уволок конструктора бомбы-вонючки в зал совещаний.

Проведенных в одиночестве минут не хватило Алану Россу, чтобы прийти в себя. Демонолог безвольно полулежал в кресле. Голова свесилась на грудь, и Оливеру пришлось потянуть профессора за волосы, дабы рассмотреть наливающееся краснотой пятно на его скуле и припухшие губы.

Плохо. Очень плохо, если преподаватели станут выходить от ректора в подобном виде. Но сожаление было не сильнее желания ударить Росса еще раз.

Не ревность, нет. Мальчишка мог болтать что угодно. Если Нелл сказала ему, что встречается с кем-то из преподавателей — зачем только ей делать это? — ничего удивительного, что Тиролл соотнес эти слова с регулярным мельканием поблизости Алана и сделал ошибочные выводы, до которых Оливеру не было никакого дела. Но алхимик сказал, что Росс изводил ее «сценами», а недавно ударил. Поднял на нее руку, и теперь эту руку хотелось сломать. Сунуть в открытый ящик стола и захлопнуть его с силой и несколько раз, дробя кости. Или самому медленно и методично выламывать по пальцу…

Боги, о чем он думает?

Тряхнул головой, но кровожадные мечты уже пустили длинные корни, оплетшие мозг и склизкими змеями спустившиеся по позвоночнику, провоцируя зуд и нервную дрожь, унять которую могла лишь боль. Желательно чужая, и Оливер ударил.

Кулаком по столу.

Фарфоровый телефон испуганно подпрыгнул, а в кресле слабо шевельнулся демонолог. Можно было похлопать его по щекам, помогая вернуться в сознание, но Оливер опасался, что переусердствует с похлопываниями, и эффект получится совершенно противоположный. Сцепив зубы, он подошел к столику у окна, налил из стоявшего там графина воды в стакан, выпил, наполнил стакан еще раз и, вернувшись к Россу, выплеснул воду ему в лицо.

Демонолог застонал. Вскинул голову. Длинные светлые волосы растрепались и налипли на мокрую кожу, закрывая глаза. Росс потянулся руками к лицу и застыл, сквозь паутину волос таращась на скованные короткой цепочкой наручники на своих запястьях.

— На всякий случай, — объяснил ему Оливер.

— Какой? — прохрипел Росс. Кое-как убрал назад влажные пряди и ощупал челюсть. — Что вообще…

Встретился взглядом с пододвинувшим второе кресло и усевшимся напротив ректором и умолк на полуслове.

Оливер подумал, что напрасно так старательно запирает темный дар: почаще давал бы себе свободу, глядишь, и проблем с подчиненными меньше стало бы. Не перечили бы, работали бы лучше… если бы не сбегали из академии после первого же столкновения с ее «раскрепостившимся» главой.

— Где она? — спросил он, чуть подавшись вперед.

Росс невольно отпрянул.

— Кто? — пробормотал непонимающе.

— Нелл.

Демонолог моргнул. Ощупал еще раз челюсть, но все же отважился на ложь:

— Не представляю, о ком вы.

— Нелл, — требовательно повторил Оливер. — Элеонор Мэйнард. Или, если угодно, Хелена Вандер-Рут.

— Понятия не имею, кто это.

— Ваша бывшая невеста, — масленым голосом подсказал милорд Райхон. Масло было горючее, ламповое: выплеснуть на собеседника и чиркнуть спичкой. — Неужели не помните?

— Моя… — Демонолог облизал губы, языком задержавшись на лопнувшей и слабо кровоточащей припухлости. — Моя Хелена мертва. Поэтому повторяю: я понятия не имею, о ком вы говорите.

И спичка вспыхнула.

Оливер не задумывался, что выпускает на волю, напитав тьмой и яростью. Главное, это что-то вобрало в себя раздиравшую его боль, и теперь эта боль, усиленная магией, достанется Россу. Сомнет, сплющит, заставит корчиться с воплями и умолять о пощаде.

Черное пламя метнулось к демонологу, но за миг до того, как оно должно было коснуться приговоренной к сожжению жертвы, Оливер опомнился. Развеять уже сформировавшееся заклинание он не успел бы, перенаправить его было не на кого. Осталось лишь вобрать его в себя, надеясь, что собственный огонь обожжет не слишком сильно.

Но было… неприятно…

Росс смотрел, расширив глаза то ли от ужаса, то ли от удивления. Вплавленные в наручники артефакты не давали ему использовать магию, но не мешали ее видеть.

— В следующий раз не сдержусь, — пообещал Оливер. В горле пересохло, и голос звучал зловеще.

— И не нужно, — неожиданно твердо проговорил Росс. — Я вас не боюсь. Даже с этим.

Он приподнял скованные руки, и Оливер поморщился:

— А без этого что? — поинтересовался раздраженно. — Ударили бы? Или отваги хватает только девушек бить?

— Что? — опешил демонолог. — Каких девушек?

— Девушку. Ту самую, которую вы не знаете.

Росс побледнел. Потом покраснел. Потом, словно никак не мог определиться с цветом лица, побледнел снова и тут же покрылся крупными красными пятнами. След от удара на скуле теперь почти не бросался в глаза.

— Это она сказала? — Демонолог вскочил, сжав кулаки. Цепь наручников натянулась и, наверное, будь она просто стальной, уже лопнула бы. — Сказала, что я ее ударил?