Ирина Шестакова – Вика. Путь в никуда (страница 10)

–Привет, Влад – широкая протянутая ладонь для рукопожатия обозлила Влада.

–И пока – отрезал он, проигнорировав протянутую руку. Его покоробило такое отношение к нему какой-то секретарши. Да кто она такая? Возомнила о себе! Это он родной сын Тульского, и ему всё достанется. Всё то, что отец нажил, а не Денису. Зря Ниночка нос свой воротит. Как бы не просчитаться.

Вылетев из фирмы, Влад поискал глазами машину, нажав на кнопку сигналки. Раз отец "ласточкой" назвал, то, стало быть, это какой-нибудь эксклюзивный раритет тех лет. С виду, может, и не комильфо, зато легенда. Отец же импорт гнал тогда, мог и себе что-нибудь урвать в личное пользование.

В предвкушении, что сейчас на крутой и редкой тачке поедет, Влад прошёлся по парковочной площадке.

–Владислав Тимофеевич? Вы? – вежливый охранник чуть ли не отрапортовал Владу – машинку свою ищете? А я её по приказу Тимофея Сергеевича уже за ворота отогнал. Пойдёмте, покажу.

–Ну, спасибо. Пошли – вальяжной походкой, поправляя под подмышкой кипу документов, Влад направился на выход.

–Вот, пожалуйста – охранник подвёл парня прямо к дверям старенького "Москвича" – хороших дорог вам. Мы всё проверили, в автосервисе у вашего отца самые лучшие механики. Машинка ещё лет сто проездит. Мотор ревёт как бешеный просто!

–Не понял … – Влад растерянно смотрел в улыбающееся лицо с носом картошкой – это моя машина?

–Ну, да. Ещё с вечера Тимофей Сергеевич приказал выгнать её и всю проверить. Малыш последние лет десять в гараже простоял. Сам Тимофей Сергеевич на более современные модели перешёл.

Влад сжал от злости зубы. Москвич? Серьёзно? Вот эта колымага, выкрашенная в ярко-жёлтый цвет? Цвет детской неожиданности. Отец снова в душу ему плюнул, подчеркнув, что бОльшего он не достоин, и сам факт того, что Влад его родной, кровный сын, ничего не меняет. Денис как всегда на коне.

–Благодарю за беспокойство – процедил Влад, рывком открывая дверцу. Он небрежно бросил документы на переднее пассажирское сиденье и заведя мотор, до упора выжал сцепление. Ладно, папочка. И эту обиду Влад проглотит. Но всему когда-нибудь приходит свой конец, и терпение сполна вознаграждается.

Ярко-жёлтый "Москвич" рванул с места, оставив после себя облако пыли.

***

Вика работала на рынке. Торговля шла бойко, покупателям нравилась её непосредственность и весёлое настроение. Даже если подходил кто-то злой и хмурый и ему не нравился внешний вид товара, Вика делала так, что всё равно человек делал покупку, да ещё уходил от неё улыбающийся и довольный.

–Как у тебя так получается? – подошла к ней дородная женщина с соседней палатки. Её пережжённые химией волосы торчали в разные стороны, пухлые щёки вечно были красными и лоснящимися, а глаза, подведённые голубым карандашом с ресницами, густо накрашенными синей тушью, смотрели колко и зло. Звали эту не очень приятную особу, Валентина.

–Что получается? – невозмутимо переспросила Вика, поправляя ценники. Сама их рисовала. На работе она отвлекалась от мелких проблем, внезапно свалившихся на них с Кристиной. После похорон её деда, нагрянул отец Кристины. Прилетел из Нью-Йорка на пару дней вместе со своей женой, которая что-то лопотала на ломаном английском, и Вика поняла, что никакая она не американка, а обычная русская баба.

–Почему у тебя рыбу покупают, а у меня нет? Цена одна, рыба тоже. В чём разница?

–А ты попробуй улыбаться всем, Валь – посоветовала Вика, еле сдерживая смех. Валентина тут же достала маленькое зеркальце и, ощерив рот, изобразила подобие радушной улыбки. Лучше бы она этого не делала. Вика губы кусала, чтобы не рассмеяться во весь голос. Так уморительно Валентина свои оладушки-губы пыталась раздвинуть в приветливой улыбке.

–Вай, красотки какие. Прямо не знаю, кого из вас выбрать – раздался добродушный голос Хасана. Он подъехал сегодня пораньше – давай, Вика, точку закрывай и домой дуй. У меня дома сегодня праздник, тёща приезжает. Жена со вчерашнего дня рвёт жилы и мечет икру. У неё-то мамо, а у меня – ТЁЩА. Господи Боже мой, если я останусь жив после такого нашествия, я тебе, Вика, зарплату прибавлю.

–Ловлю на слове – тут же подхватила Вика – мне деньги нужны, а то, что платишь ты в день, на проезд, да на один раз покушать. И это без учёта того, что на съём мне тратиться не нужно, спасибо подруге, приютила.

–Вай, вай … Вот сорока. Трещит и трещит без умолку – взмахнул руками Хасан.

Обиженно поджав губы, Валентина удалилась к себе. Вика стала для неё серьёзным конкурентом. Ведь как раньше хорошо было. Что Хасан один мог? Ничего. Торговал себе в убыток. А тут эта соплячка появилась, как слово какое знает, что к ней все идут. Ведьма. Глаза чёрные, сама вся чёрная. На цыганку смахивает. Надо бы её отсюда вытурить, чтоб торговлю не портила. С Хасаном они ещё более-менее уживались, а с этой молодой не ужиться Валентине никак.

–Держи. Молодец, раз от раза всё лучше у тебя получается – бормотал Хасан, пододвигая Вике её заработок за день – а с Валентиной дружбу не води. Хитрая она. В глаза улыбается, голос добренький делает, а сама та ещё ст.рва. Я с ней сколько раз лбами сталкивался. Она всех моих продавщиц изжила, какие тут были. Тебя я терять не хочу.

–Не потеряешь – заверила Вика. Подмигнув Хасанчику, она натянула бейсболку до самых глаз. Через весь рынок она уже не пробиралась к выходу. Нашла лазейку со стороны мусорных контейнеров. Там дощечку просто отодвинуть в сторону, и окажешься на небольшом пятачке за гаражами девятиэтажки. Вика была худенькой, в эту лазейку проскальзывала запросто.

Обычно на пятачке всегда пусто было в это время. Может, вечером кто и собирался, судя по окуркам и пустым бутылкам. Но сегодня Вике не повезло. Мимо проскочить в любом случае не удалось бы. Просто она пожалела, что через весь рынок не пошла, а, как всегда, захотела срезать путь…

Глава 12

Ирина Олеговна тащила тяжеленные сумки домой. Некого ей, кроме сыночка своего, больше кормить. Сдулся Юрий Петрович. Мамочку свою послушал и решил покорно домой вернуться.

–Да и катись ты колбаской по Малой Спасской – зло пробормотала Ирина Олеговна. Сумки оттягивали руки, тяжело ей было. Шутка ли. Крупами закупилась, мясом. Овощи, фрукты. Всё ведь нужно. Одних сосисок килограмм взяла. От зарплаты одно воспоминание осталось. Вся надежда на Влада. Неужели папашка родной аванс сыну не выпишет?

Гордо вскинув подбородок, а заодно и грудь, Ира шла через свой любимый сквер. На лавочку бы присесть, да потом не встанет. Ноги уже гудели. На работе пока с книжками полдня провозилась. Новое поступление было. Всё по-порядку разложить, в картотеку занести. Скорее бы уж отпуск, что ли. Раз Влад теперь работает, Ира размечталась на море поехать.

Без личной жизни она осталась. Одной-то скучно будет. Мозг выносить некому. Сыну особо не вынесешь. Здоровенный лоб. Ему слово, он тебе пять. Нет, надо новую жертву найти. Да и какое море, когда зубы в плачевном состоянии. Кто ж на неё такую клюнет?

–Мадмуазель, позвольте вам помочь? – вдруг раздался довольно приятный мужской голос. Из рук Ирины Олеговны испарились две тяжеленные сумки с продуктами.

–А ну верни! – топнула Ира ногой, остановившись и уперев руки в довольно аппетитные бока.

–Не могу. Такая красавица тяжеленные сумки таскать более не будет. Ирина Олеговна, я в вас давно влюблён. Простите мне мою дерзость, но я так понимаю, место вашей второй половинки освободилось?

–Да кто ты, ч#рт возьми! – довольно грубо произнесла Ира, убрав руки с боков и грозно сложив их на груди.

–Я, сосед напротив. Благословенные окна вашей уютной кухоньки выходят прямо на мои, и я имею счастье наблюдать вас каждый вечер, моя пери!

Ира напрягла мозги, мучительно соображая, о каких окнах речь? Тем более напротив.

–Ладно, неси мои сумки. А то у меня уже руки отваливаются – махнула она рукой. Раз предлагают помощь, то к чему себе цену набивать? Дают – бери, бьют – беги. Вот и вся философия. Ей тяжело, и строить из себя ломовую лошадь она не собирается.

–Ох, как я счастлив! Вы себе даже представить не можете! – с придыханием произнёс упитанный мужичонка с лысеющей макушкой. Везёт же Ире на таких. Нет чтобы какой-нибудь красавец. Стройный, подтянутый и при хорошей должности. А то ведь опять какой-нибудь слесарь. И точно. Слесарь. А если точнее, слесарь-сантехник. По воде.

–Вы, милок, до подъезда меня проводите, а дальше не надо. Я вас на чай приглашать не собираюсь – прямолинейно заявила Ира.

Мужичонка покраснел. То ли от тяжёлой ноши, то ли от жары.

–Да нет-нет, что вы. Я и этим безмерно счастлив. Вот ваши сумочки, пожалуйста. Был рад, очень рад … Надеюсь ещё с вами повстречаться где-нибудь. Меня, кстати, Антон Силантьевич Смирнов зовут. Будем знакомы теперь.

Антон Силантьевич благополучно проводил Иру до подъезда, и вернув её сумки ей в руки, взволнованно достал из кармашка рубашки платок и промокнул им свой взмокший лоб.

–Будем знакомы – усмехнулась Ира, открывая тяжеленную дверь своего подъезда, даже не удостоив влюблённого в неё Антона Силантьевича прощальным многообещающим взглядом. Надо же, Антошки ей ещё не хватало. Юрий Петрович канул в небытие со своей маменькой, зато не преминул объявиться Антоха!

Настроение у Иры приподнялось, и она на радостях решила сыну сварганить вкусный сытный ужин, да сдобрить его хорошей порцией своего любимого белого вина. Заодно поинтересоваться у Владика, не скоро ли он себе жильё подыщет? Уж и папашка ему купил бы, не нищий ведь. Для сына-то, тем более родного, чего жалеть? Как есть скупердяй.