Ирина Северная – Безупречный элемент (СИ) (страница 129)

Фреда кивнула, соглашаясь.

— Вагнер говорил, что все семеро — трое Аспикиенсов и четверо Магистров — связаны особенным образом. Но неужели они не чувствовали того, что творили Аспикиенсы все это время? Они же ощущают любое проявление магии крови. Они планировали сместить Доминис, силой удерживали одного из Регентов.

— Мы не знаем, как у них там все это происходит, и какая магия была задействована, — пожал плечами Леонар. Он пристально следил за подрагивающими руками девушки, которыми она, осторожно прикасаясь, бессознательно гладила плечи и грудь Вагнера. — Смотрящие давно затеяли все это, и им, наверное, известен способ держать свои революционные планы вне ведения Магистров. Ко всему прочему Аспикиенсы продемонстрировали удивительную осведомленность и о наших планах.

Фреда совсем притихла, сгорбилась над телом Рейнхарда.

— Кстати, вполне возможно, что Магистры и сюда доберутся. Давай уже что-то делать, — раздраженно буркнул Лео, злясь на то, что видит Фреду такой подавленной.

— Что-то? — она выпрямилась, полуобернулась, но на вампира не смотрела. — А как мы будем делать «что-то», если с Вагнером неизвестно что, а Тайлера с нами нет?! Нужен четвертый…

— Есть я, — подала голос Метте.

— Нет! — дружно отрезали брат и сестра. Они переглянулись, и Фреда продолжила, — нет, мы не будем больше никого впутывать, хватит уже и того, что… что я наворотила. И потом, Айна кое-что сказала мне. После ее откровений я вообще никого не имею право вовлекать во все это.

— Ты вообще, о чем сейчас думаешь?! — голос Лео понизился до гулкого баса. — Уясни, наконец, никто у тебя не спрашивает позволения быть куда-то втянутыми. Каждый из нас в состоянии принимать решения за себя и твоего высочайшего одобрения на это не требуется.

Пророкотав, Лео добавил чуть тише:

— Хотя, насчет Метте я согласен — её в это впутывать нельзя. И основания к тому имеются веские, я тоже говорил с Айной и Матиасом. А тебе, — он направил длинный указательный палец на Фреду, — пора перестать терзаться сомнениями и надо довести дело до конца. Всем здесь присутствующим, включая, прежде всего, Вагнера, хотелось бы именно этого.

— До какого же конца я могу довести дело! До конца света?! — взвилась Фреда, вскакивая на ноги. — Мы должны вчетвером встать по углам квадрата. Я, ты, Эйвин. И Вагнер. Но с ним как быть?

Лео сжал челюсти, сразу стал выглядеть старше и злее.

— Надо быстро найти решение, — заявил он.

— Гениальный план. Есть конкретные соображения? Нет? Вот то-то…

Она запустила руку в волосы, пропуская пряди между пальцами. На лице ее отразилась усталость.

— Эйвин, в моем кармане… — вдруг вспомнила Фреда и шагнула к брату.

Юноша, вопросительно вскинув брови, порылся в кармане ее куртки и извлек металлический треугольник.

— Я его выронил и даже не помнил этого, — с явным облегчением проговорил он. — Ты нашла. Умница! — он чмокнул сестру в щеку.

Фреда кивнула в ответ, а сама в это время смотрела только на Вагнера.

— Надо попробовать дать ему крови, — сказала она.

— Уже пробовал, — мрачно отозвался Лео. — Пока ты была в отключке, я пытался напоить его своей кровью.

— Пытался, и?

— И не получилось. Что бы там Смотрящие с ним не сделали, он, словно закоченел — веки нельзя поднять, рот не открывается. Думаю, не ошибусь, если предположу, что из всех доступных вампиру чувств, Вагнеру сейчас недоступно ни одно — не слышит, не видит, не осязает, не может питаться.

«…пустая, бессмысленная оболочка…»

Фреда упрямо насупилась, снова опустилась перед Рейном на колени. Осторожно прикоснувшись к его рту, слегка надавила, пытаясь разжать холодные губы и у нее, конечно же, ничего не вышло. В полном молчании, Фреда провела ладошкой по ледяной щеке вампира и убрала руку. Она посмотрела на мерцающий рисунок лабиринта, занимающий почти все пространство комнаты.

— Что же я могу сделать?… — проговорила она, давясь накатившим отчаянием, как желчью. И, обхватив Рейна за плечи, приподняла его, прижимая твердое, неподатливое тело к себе.

— Это не конец, милая… — прошелестел над ухом знакомый ласковый голос. — Теперь я кое-что понимаю в этом…

Фреда подняла голову. Перед ней стояла Мэдисон Саттон, почти реальная, но лишь в чуть более бледных красках, чем те, что присущи жизни. Синие глаза смотрели сочувственно и ласково. Мэдди наклонилась, протянула руку и… коснулась щеки дочери. Рука была невесомой, но от прикосновения веяло теплом.

— Мама… — в полный голос произнесла Фреда.

Лео нахмурился. Эйвин подался к сестре, протягивая руку, но Метте удержала его.

— В моем положении есть свои преимущества, — сказала Мэдисон. — Находясь за пределами этого мира и все же имея в него доступ, многое видится с иной стороны, под иным углом. Веришь мне, родная? Отвечай честно, не лукавь, не выдавай желаемое за действительное.

— Верю, — твердо проговорила Фреда. — Верю, потому что знаю, что все происходит не просто так. И это не сон, а реальность.

— Эй, Фреда! — окликнул ее Лео. — Ты меня сильно смущаешь, человечек. Говорить с воздухом в наши ближайшие планы не входило.

«Говорить с воздухом» — зацепилось где-то в сознании.

И мелькнуло следом:

«Сила ее остается цельной, когда она превращается в землю».

А потом:

«…меняй под себя ту реальность, в которой ты уже существуешь. Меняй ее для тех, кто тебе дорог и необходим, как воздух.

Как вода.

Как земля.

Как огонь.

И помни — ты не одна…»

Воздух. Земля. Огонь и вода.

Четыре элемента.

Фреда бережно опустила Рейна на пол, поднялась на ноги. Её глаза заметались по сторонам, лихорадочно оглядывая комнату. Руки сами собой стянули с шеи Custos, а пальцы ловко извлекли амулет из металлической сеточки, удерживающей его. Она повертела «чашу» в руке, разглядывая так и этак, словно ища подсказки. Амулет больше не был раскаленным, не посылал никаких сигналов, он выглядел как всегда — чуть выпуклым кругляшом неизвестного назначения.

— Если ты веришь мне, то послушай, что я скажу, — обратилась к дочери призрачная Мэдисон. — Доверься себе. Сейчас всё, а особенно то, что кроется в твоем подсознании и управляет инстинктами, все может стать очень важным. Прислушайся к себе, используй свои силы, свои чувства. Это риск, но другого шанса не будет. И если решишься сделать шаг дальше, даже вопреки первоначальному плану, то делай этот шаг сейчас. Вот только…

Мэдди замолчала и посмотрела на Эйвина. Взгляд ее синих глаз стал печальным.

— Для Эйвина переход через лабиринт невозможен, — очень тихо сказала призрачная женщина. — Он не должен быть с вами. Его место здесь. Может быть, рядом с этой женщиной, — Мэдисон кивнула в сторону Метте, длинные волосы колыхнулись медленно, тягуче, как в воде, — может быть без нее. Но он не должен входить в лабиринт.

— Но как же? Почему? — удивленно проговорила Фреда, не обращая внимания на застывших в полнейшем изумлении Лео, брата и Метте. — С самого начала мы планировали, что он один их четверых.

— Это было неверно. Он твой близнец, его сущность сходна с твоей, вас объединяет общая кровь. Лабиринт увидит в вас одно целое. Один элемент, — пояснила Мэдди. — Но и без него не обойтись. Он часть всего. Часть эгрегора.

Фреда задумалась, сжала в руке свой амулет, обвела взглядом всех присутствующих, задержалась на Вагнере.

— Тогда, я знаю, что делать, — твердо сказала она. — Спасибо, мама. Думаю, это тот самый недостающий кусочек в пазле, без которого не складывалась вся картина целиком.

— Фредерика? — вкрадчивый голос Лео раздался над самым ее ухом. Вампир склонился к девушке и заглянул ей в лицо.

— Не смотри на меня, как ласковый санитар в психбольнице, — сказала ему Фреда. — Я пока еще не помешалась. Здесь Мэдисон и она видит тебя.

Лео вскинул быстрый взгляд вглубь комнаты, туда, где как раз и стояла Мэдди. Ничего не увидев, он озадаченно поморщился и снова уставился на Фреду.

Эйвин и Метте стояли, словно их приморозило к месту, не зная, как реагировать на происходящее. Они вдруг выпали из действия, став просто зрителями, не способными повлиять на развитие сюжета.

— Мэдди здесь и видит меня, — как автомат повторил Лео. — Но почему я не вижу ее? — с несвойственной ему бесхитростностью спросил вдруг он. Голос его заметно дрогнул.

— А хотел бы увидеть?

— Шутки шутить изволите? — процедил Лео сквозь зубы. Льдисто синие глаза вампира потемнели.

— Не надо, Фреда. Не так это должно быть, — Мэдисон плавно переместилась ближе к вампиру.

Призрачная женщина опустила руки на его могучие плечи. Она не зависла в воздухе, как маленький Каспер, а, твердо опираясь на пол, привстала на цыпочки и коснулась губами подбородка Лео. Даже вытянувшись на носочках, Мэдди едва доставала до лица Лео. Тот вздрогнул всем телом, почувствовав прикосновение, и инстинктивно склонился ниже. И тут же получил одобрительный легкий поцелуй в губы.

Глаза вампира расширились, он напряженно выпрямился и на мгновение застыл, как соляной столб. Не отдавая себе отчета, кончиками пальцев коснулся своих губ, а потом вскинул руки, словно пытался обнять пустоту перед собой.

— Мэдди?… — прошептал он.

— Лео, ты верил ей? — спросила Фреда. — Веришь сейчас?