Ирина Северная – Безупречный элемент (СИ) (страница 100)

Рейнхард поцеловал Фреду особенно нежным и глубоким поцелуем, на секунду прижал ее голову к своей груди и опустился на колени. Она оперлась руками о его плечи, и смотрела, как он развязывает и снимает с нее ботинки, стягивает теплые носки. Он делал это так неторопливо и аккуратно, будто даже эти простые действия доставляли ему особое удовольствие, которое он хотел бы продлить и прочувствовать, прежде чем идти дальше.

Рейн не поднимал головы, не смотрел на нее, просто дотрагивался, даря обещания, направляя ее желания своими прикосновениями.

Он скользнул ладонями вверх по длинным ногам, погладил бедра. Пальцы мелькнули, расстегивая джинсы, поникли за пояс, потянули вниз.

Грациозно переступая обнаженными ногами, Фреда была спокойна и уверена. Она добилась того, чего хотела — доверия.

— Если ты не хочешь брать меня с собой, тогда я заберу тебя, — сказала она отчетливо, глядя на темную макушку Рейна, все еще стоящего перед ней на коленях с опущенной головой.

Он замер, поднял к ней лицо, посмотрел так, будто видел впервые и был ослеплен и ошеломлен.

— Теперь я знаю точно, — проговорила она, глядя в его глаза, — все это случилось для того, чтобы не ты, а именно я нашла тебя и взяла с собой.

Вампир качнулся вперед и уперся головой ей в ноги, проводя руками по бедрам, чувствуя ее близость и единственное желание — не отпускать.

И не дать ей отпустить себя.

— Любимая, ты сама не знаешь, что говоришь… — хрипло пробормотал он.

И поцеловал ее ногу, провел по коже языком, подбираясь ближе к развилке бедер. Нежно, но настойчиво протиснул руки между ее коленей, понуждая расставить ноги шире. Взглянув в лицо Фреды полным невысказанных чувств взглядом, припал ртом к ее лону.

Фреда вскрикнула, зарываясь пальцами в волосы Рейна и устремляя взгляд в потолок, на котором плясали тени от пламени свечей. Она унеслась за пределы всего тленного, полностью отдаваясь тому, что было единственно истинным и правильным.

…Перед закатом Фреда пошевелилась, с трудом разлепила веки. Вагнер обхватывал её рукой, прижимая к себе, и едва он почувствовал ее движение, как притиснул еще крепче, не давая отодвинуться даже немного. Они лежали на кровати в совершенно темной спальне домика, соединившись так, что повторяли изгибы тел друг друга. Голова девушки устроилась на предплечье Рейна, лицом он зарылся в ее волосы.

Он приподнялся, приблизился, склоняясь к ней. Она поняла, что он разглядывает ее. Рейн прекрасно видел Фреду в полнейшей темноте, в то время как она почти не различала его в едва проникавшем из гостиной отблеске свечей.

Фреда потянулась к Вагнеру, и он приник к ее губам, обнимая крепко, приподнимая и притягивая к себе ближе. Долгий поцелуй, бесконечная ласка, нежные, но требовательные касания рук, скользящих по телам.

Он разъединил их губы, осторожно уложил Фреду удобней, поворачивая на бок и снова прижимаясь к ее спине. Рукой скользнул по её бедру, согнул ей ногу в колене, приподнял, отводя чуть в сторону и вверх. Прикоснулся к ее лону, провел между складочек. Пальцы проникливнутрь в шелковистую влагу, ритмично задвигались. Прижав руку к низу живота Фреды, Рейн притиснул любимую к себе, соединяясь с ней и забываясь в ее протяжном стоне, сладком вздохе и ощущая толькопрогибающееся от наслаждения абсолютной наполненностью теплое тело.

И он снова почувствовал себя живым…

***

— Мне нужно позвонить, — прошептала она, спустя время. — Обо мне могут беспокоиться. Где моя куртка? В ней телефон…

— Кто беспокоится о тебе? — хрипло проговорил Рейн, напрягаясь.

Фреда улыбнулась.

— Моя семья. Оказалось, у меня есть семья, — ответила она, погладив его по руке, которая обнимала ее. — Я расскажу, но сначала мне нужно позвонить.

Он нехотя выпустил ее. Фреда встала, прошла в гостиную, подняла куртку, брошенную на пол, из кармана достала смартфон.

Сначала она хотела отправить смс, но подумала и решила позвонить.

Лео ответил после первого же звонка. Голос ровный, но с заметной ноткой нетерпения.

— Лео, это я. Со мной все в полном порядке, — торопливо проговорила она. — Забери меня так скоро, как только сможешь. Да, и прихвати с собой, пожалуйста… э-мм… какую-нибудь мужскую одежду — джинсы, куртку, ботинки. Все примерно твоего размера.

Глава 13. Ждать и догонять — нет хуже

Ждать и догонять — нет хуже

Мне бы только

Не продрогнуть на ветру

У последней двери.

Ненадолго —

Все из памяти сотру,

И ему поверю.

(«Что ты знаешь?», Мельница)

Сейчас

Время тянулось со скоростью больной старой черепахи, увязшей в смоле.

Фреда чувствовала взгляды Лео и Эйвина, пристально и неотступно следившие за ней, но никак не реагировала на эти внешние раздражители, оставаясь погруженной в свое ожидание.

Спасибо, хоть вопросов пока больше не задавали. Но в данном случае молчание говорило больше, чем слова. Суровый, пронизывающий, холодный, как ледышка, взгляд Лео. И глаза Эйвина — темные, как глубокие озера, настороженные, внимательные, следящие из-под нахмуренных бровей.

Везде, повсюду следуют за ней, наблюдают, пытаются оценить степень её нагруженности. Или просто раздражены ее беспокойством. Ей совсем не до этого, она сейчас не здесь, не с ними.

Начался новый отсчет, и все должно хотя бы для начала пойти в нужном направлении. Для уверенности в правильности сделанного выбора, для разгона всей ситуации. Ну, пожалуйста!

Фредаа передвигалась по дому от окна к окну, выходила на крыльцо, стояла, глядя в темноту. /К.н.и.г.о.л.ю.б./нет/ Всматривалась в молчаливо застывшие черные камни, в проблески света, скользящие по поверхности холодного моря внизу у подножия скал. Слушала тишину, старалась унять тоску, все яростней вгрызавшуюся в сердце, и ждала.

Прошло больше двух часов с тех пор, как Лео принес ее обратно в дом на горе, а Вагнер до сих пор не появился.

Эти часы сделали ее больной и несчастной. Внутри души образовалась ледяная пустыня, где теперь гулял ветер тревожного ожидания и метались колючие осколки страха.

Без Вагнера она стала пустой. Перестав ощущать его рядом, лишившись возможности слышать, видеть, прикасаться к нему, Фреда едва не подвывала, как раненая волчица.

Время ползло, что-то приближая, а что-то отдаляя, нанося раны, но заставляя надеяться.

Несколькими часами ранее

— Вампир совсем близко, — сказал Рейн, указав кивком на дверь. — К дому он не сможет подойти, защита не позволит.

— Тогда я должна выйти, — заявила Фреда и решительно направилась к двери, по пути натягивая куртку.

Вагнер перехватил ее за руку.

— Постой, позвони ему для начала, убедись, что это действительно он. Когда ты откроешь дверь, чары будут нарушены.

— Знаю. Я помню, что ты говорил, — ответила она. В её глазах, голосе, жестах не было страха, одна лишь решимость.

Фреда набрала номер Лео. От его ответного громогласного «Да!» динамик смартфона загудел.

— Что за хреновина, Фреда! — прорычал Борегар. — Я не могу подойти к дому.

— Теперь уже можешь, — ответила спокойно.

Когда она выходила из дома, отпечаток ладони на дверном полотне стал блекнуть и, наконец, исчез, осыпавшись на пол хлопьями белого пепла.

Фреда вышла на крыльцо и сразу увидела высокую фигуру Лео, нарисовавшуюся у самого края каменистого спуска к берегу. Он широкими шагами отмерял расстояние туда и обратно, мечась вдоль невидимого барьера.

Увидев девушку, вампир сгустком тьмы переместился к дому и через миг поднимался по ступенькам крыльца. Решительно и бесцеремонно оттеснив Фреду, он первым вошел в дом и остановился, перекрывая дверной проем и зыркая по сторонам. Протискиваясь мимо него, Фреда готова была поклясться, что он нюхает воздух в доме, и при этом уголок его рта с тихим рычанием приподнимается, как у сторожевого пса, обнажая кончик клыка. Глаза холодные и колючие, как осколки льда.

Рейн предусмотрительно накинул на себя плед, в котором держался и выглядел с тем же достоинством, что и римский патриций в торжественном алом плаще. Он молча, встретил появление Леонара и сейчас даже в этом нелепом клетчатом пледе являл собой совершенный образец невозмутимости. Фреда отчетливо видела в нем того самого Регента — хранителя Цитадели, предельно сдержанного и абсолютно непроницаемого.

Она не хотела думать о том, что варилось в голове Лео, но гадать о мыслях, посетивших Борегара, и не пришлось — все отразилось на его лице мгновенно, словно плотину прорвало.

Два блондинистых, длинноволосых метра сначала, словно антенна или передатчик, неподвижно возвышались в комнате, сканируя пространство и присутствующих, улавливая малейшие нюансы. Затем всем внушительным корпусом развернулись к Фреде, передав одним лишь адресованным ей взглядом весь богатый спектр эмоций.

На какую-то долю мига она почувствовала себя букашкой, которую накололи булавкой, но очень быстро справилась с отвратным ощущением и позволила себе наполниться пофигистским безразличием с легкой примесью любопытства на тему «ну, посмотрим, что из этого получится».

***

Раньше Фреда успела рассказать Вагнеру историю встреч с Лео, начиная с самой первой, когда он помог ей в заброшенной усадьбе. Рейн внимательно выслушал, не выказав удивления, не задав вопросов, только заметил:

— Что-то я тогда уловил.