Ирина Сергеевна Молчанова – Зачем (страница 14)

– Что грустные нужны только друг другу.

– Подумаю об этом позже.

– Могу напомнить о себе позже.

– А я не отказывалась с тобой общаться. По телефону.

– Чем такая беседа отличается от встречи?

– Я не увижу грусти, только услышу. А услышанное быстро забывается, – она не пыталась осторожничать, чтобы не ранить собеседника.

– Что же, пробуй сделать то, что мне оказалось не по силам, – он ожидал того, что снова об кого-то поранится.

Глава 8

Искусственный интеллект, запущенный на территории сети Интернет, достаточно быстро и точно определял информационные запросы пользователей. Нередко такие, что не покинули пределов мозга. Не успев открыть страницу социальной сети, Николь выхватила пост, отвечавший недавним запросам, как мысленным, так и заданным в поисковом сервисе. Краткое описание проекта, для проработки которого требовались специалисты и энтузиасты, обещало воплотить её желание в жизнь. И Николь заявила о себе, как о человеке, способном перевести слова в программные коды, если это потребуется.

Пафосное название потенциального проекта ещё сильнее влекло Николь. Она тяготела к изысканности, а той недоставало в окружающем пространстве. Однажды отсутствие утонченности в деяниях человека заставило её уехать из родного города в соседний. Тот претендовал на статус мегаполиса, и отвечал ожиданиям. В мегаполисе человек обретал право жить так, как ему пожелается. И конечно, он пестовал изысканность: в зданиях, в людях, в идеях.

Словосочетание «Архитектура жизни» одним своим звучанием сулило погружение во что-то масштабное, глубокое и непременно обладавшее изысканными чертами. Пусть даже создаваемых субъективным воображением человека, откликнувшегося на красивое название.

Ссылка на пост была отправлена Евгении, чтобы и она испробовала недостающее ощущение. А Николь оставалось лишь рассчитывать на то, что человек, собиравший в сети единомышленников, не ограничит количество мест для таковых в своем проекте.

Глава 9

– А ведь это не случайность.

– Больше всего, что она.

– Разве случайность может выступать убедительным пояснением нашей встречи?

– Желаете видеть участие провидения в том, что два незнакомых человека пару раз встретились на территории большого города, не договариваясь об этом?

– Согласитесь, в таком желании присутствует нечто возвышенное.

– Примите, как факт, что события строятся банально, грубо и без заботы об их участниках.

– Вы снова пессимистично настроены.

– Реалистично.

– Неужели в вашей реальности присутствует лишь грусть?

– Моя реальность состоит из отсутствия иллюзии. А грустить по данному поводу или нет, я не задумывалась.

– Как же мне с вами интересно.

– Непривычно.

– Замечание верное.

Амелия предпочла ничего не отвечать. Она не могла ответить себе на вопрос: желала ли расстаться с этим человеком, чтобы более не встречаться или же стоило дать ему время, чтобы подобный вопрос не возникал.

Валерий ощущал себя нокаутированным словами. Происходящее ничуть не обижало. Уж точно ему был непривычен формат такого общения, а все новое требует большего внимания.

– И все-таки, что именно заставляет вас грустить? – он решил вернуться к тому фрагменту прежней беседы, который, по его мнению, мог установить между ними контакт.

– Разве я жаловалась на грусть?

– Слов порою и не нужно.

– И жаловаться можно без них. Я не грущу. Это совсем иное чувство.

– И какое же?

– Усталость.

Глава 10

По улице, успевшей освободиться от снега, заменив его на омрачавшую настроение слякоть, шли две молодые женщины, не обращавшие внимания на элементы большого пространства. Им и не хотелось отвлекаться на несущественное. Обсуждаемая тема теснила видимый мир с его изъянами и достоинствами.

– Мне неудобно возвращать тебя к пережитому.

– Это происходит вне нашего желания.

– Значит, согласна на продолжение беседы?

– Тебе это требуется.

– Я уже упоминала о своем опыте. Так вот на тот момент, когда у меня произошла транзиторная ишемическая атака я забыла языки, слова, но подобие внутреннего диалога оставалось. Без слов. На каком-то ином уровне.

– При ТИА повреждается, и то кратковременно, маленький участок мозга. По этой причине сохраняется личность, понимание происходящего.

– Личность при более масштабном инсульте, бесспорно изменяется, но только в плане утраты знаний, а вот основной костяк, а это характер и привычки, остается. Я провела на стационаре в соответствующем отделении несколько дней и увидела истории, разнообразные по сложности. Видела и тех, кто лишился прежней ментальности. Их мозг утратил признаки личности, по крайней мере, если верить утверждениям огорченных близких. А верить вполне даже допустимо, ведь некоторые инсультные больные не могли не только внятно говорить, но и не узнавали родственников. Просто лежали и страдали от болей. А в свое время, проведенное в интернате, я запомнила детей с глубоким умственным отставанием. И пожилых людей с поражением мозга и детей, у которых он не был развит, объединяло то, что они выглядели, как запертые души в поломавшихся телах.

– Неубедительно. Всего лишь эмоции. Достаточно посмотреть на глаза людей, у которых пострадал головной мозг. Не глаза ли называют зеркалом души? Тогда почему после комы, инсультов, травм головного мозга взгляд становится совершенно другим? Потому, что глаза связаны с мозгом, а не душой. Не существует души. Просто не хочется верить в это, ведь тогда становится совершенно абсурдно, напрасно и непонятно зачем рождается человек. Он не успевает за столь короткий срок жизни совершить то, ради чего стоит родиться и умереть. – Николь удивлялась тому, с какой готовностью люди отрицали научные доводы и все только для того, чтобы успокоить свои страхи. Потчевать себя домыслами виделось непростительной жестокостью.

– А почему не воспринимать мозг, как материальную составляющую, которой управляет душа? Если мозг выходит из строя, то душа не может транслировать себя прежним способом, – Евгения понимала причину, по которой подруга демонстрировала столь ярое отрицание нематериальной составляющей человека. И ей хотелось заменить эту причину на повод сменить убеждение.

– Вот видишь, проявление человека, как личности, зависит от состояния мозга.

– Мозг важен, но он подчинен чему-то большему.

– И это важное называется телом. Как показывает тот же опыт с инсультами, мозг зависит от тела. Без возобновления двигательных функций затрудненно будет восстановление мозговой деятельности.

– Извини, коснусь твоего опыта. А разве твоя мама после перенесенного инсульта не вернула себе прежней личности? – Евгения не разделяла категоричность, защищавшую заблуждения.

– Отчасти. Характер остался тем же, а поведение изменилось. Частично утратились когнитивные способности и возможность уверенно ходить, и полностью собой прежней она не стала, – Николь не позволяла себе скрывать правду, особенно, в случаях, когда от той что-то зависело.

– Но в ней можно было узнать её прежнюю?

– Конечно.

– Мозг был сильно поврежден?

– При тяжелом обширном инсульте повреждение мозга существенное.

– Тебе это ни о чем не говорит?

– Просто мозг пластичен и утраченные функции частично взяли на себя здоровые области.

– А может это душа смогла справиться с таким состоянием?

– Прекрати.

– А что тогда?

– Тело. То самое, которое верящие в душу едва ли не ненавидят. А ненавидят по той причине, что оно смертно. Это обида, отчаяние и невозможность изменить некую данность.

– А кем эта данность предписана всему живому? – Евгения не рассчитывала на ответ, совпадающий с её позицией.

– Природой, – Николь умиляли попытки дискутирующих подвести оппонента к принятию противоположного мнения. Почему-то люди считали, что их версия относительно чего-угодно более верная. И она вела себя точно также.

– Природа не возникла сама по себе.

– Я понимаю к чему ты клонишь. Но никто не смог доказать существование некоей Высшей силы. И где она находится?

– За пределами человеческого мира.