Ирина Щеглова – Большая книга ужасов — 69 (страница 58)

Ее догнал Стас, побежал рядом, она скорее догадалась, что это полицейский, но не взглянула, ни разу не обернулась в поисках Андрея.

Главное – не отстать! Псы показывают дорогу, она была уверена.

Пустырь показался бесконечным, они все бежали и бежали. Ника смотрела на собак и ничего, кроме них, не видела.

Вдруг свора резко остановилась, псы закружились на месте, подпрыгивая и взвизгивая.

Ника увидела разрушенный забор – покореженные металлические штыри и покосившаяся арка на месте ворот. За воротами громоздились руины…

«Д…кий ад» – сообщали заржавевшие буквы на арке. Нику ужаснули и эти буквы, и арка, и покореженный металл.

– Дикий ад? – шепотом произнесла она.

– Детский сад, – поправил ее Стас. – Видишь, тут буквы упали, вон, валяются. – Он толкнул носком ботинка то ли «с» то ли «е».

– Действительно, – с облегчением выдохнула Ника. – Надо осмотреть эти развалины, вдруг Сергей Викторович здесь. Или Митя… Конечно, искать хоть какую-то логику или закономерность глупо, но…

– Да какая тут логика, – перебил ее Стас, – бредятина сплошная! Вот что, ты подожди здесь, а я осмотрюсь, а то мало ли… И собаки чего-то боятся.

Свора сгрудилась у ног Ники, псы поскуливали, словно удерживали ее. Ника покачала головой:

– Так нечестно, мы должны идти вместе. – И вдруг, словно опомнившись, огляделась: – А где Андрей?

Стас негромко чертыхнулся.

– Отстал, наверно, он же в одном ботинке. Короче, жди его здесь, только никуда ни на шаг, поняла? – И полицейский шагнул в арку.

Ника с тоской посмотрела ему в спину, потрепала вожака стаи по загривку.

– Песик, найди Андрея, пожалуйста, – попросила она, как будто собака могла понять ее просьбу. Пес приподнял ухо, оскалился и вдруг, запрокинув узкую морду, громко и протяжно завыл.

Глава 21

Полицейский в лабиринте

Стас шагал в развалинах, спотыкаясь о куски разбитого бетона и обходя кучи слежавшегося мусора. Он уже понял, что здесь когда-то было типовое двухэтажное здание, тот самый пресловутый детский сад, каких много настроили в прошлом веке по всей стране.

От здания мало что осталось, кое-где торчали куски стен, провалившиеся перекрытия, смерзшиеся куски штукатурки, и вдруг прямо перед ним появилась лестница, обычная такая, если бы она была в здании, но здание разрушилось, а лестница осталась висеть в пустоте. Стас хотел было пройти мимо, но его внимание привлекло яркое пятно, на нижней ступени лестницы что-то лежало, и это что-то резко контрастировало с окружающим.

Стас нагнулся и поднял вязаную варежку с узором из желтых ниток.

– Хм, похоже мы на верном пути, – пробормотал он.

Наверху, прямо у него над головой, раздался хлопок, Стас машинально пригнулся, прыгнул в сторону и быстро глянул вверх.

Там была дверь, обычная деревянная дверь, только висела она в воздухе у самой лестницы. Стас мог бы поклясться – мгновение назад этой двери там не было, но теперь она появилась и выглядела абсолютно реальной.

– Что за… – пробормотал Стас и, сунув варежку в карман, осторожно начал подниматься по чудом сохранившейся бетонной лестнице. Не доходя трех ступеней до двери, Стас вспомнил о Нике и обернулся, стараясь разглядеть девочку за аркой, но ни арки, ни Ники не увидел – под ним, насколько мог охватить взгляд, расстилались мертвые развалины.

– Снова шуточки, – рассердился Стас и хотел было спуститься, чтоб проверить, не показалось ли ему. Но не успел. Дверь снова хлопнула, как будто от сквозняка. Стас поднял голову, посмотрел удивленно и преодолел последние три ступени.

Когда он прикоснулся к двери, она легко распахнулась, и Стас чуть не свалился от неожиданности. За дверью была комната, самая настоящая комната, или, скорее, офисное помещение с тремя массивными столами, за которыми сидели и сосредоточенно работали женщины в полицейской форме с полковничьими погонами!

Стас замер на пороге, вытянувшись в струнку.

– Имя, звание! – резким голосом произнесла одна из женщин, не поднимая головы от кипы бумаг.

Стас представился: сработала привычка выполнять приказ старшего по званию.

– Вопросы? – все так же бесстрастно произнесла женщина.

Опешивший Стас открыл было рот, чтоб начать рассказывать о засевшей в асфальте машине, взорвавшемся пистолете, заблудившихся детях, потерявшемся Митьке, адских псах, но вместо всего этого выпалил:

– Чья варежка на лестнице?

Ответа не последовало. Одна из женщин выхватила из стопки лист бумаги, черкнула на нем пару строк, передала второй, та завизировала, отдала третьей, у той в руке была здоровенная круглая печать из тусклого металла, этой печатью она и тиснула напоследок.

Бумага мгновенно прилетела прямо в руки Стаса. Там среди витиеватых подписей и оттиска печати было одно слово – «наживка».

Глава 22

Имена

– Ты будешь Нуар, – нарекла вожака Ника, – а ты – Грэй, – она прикоснулась ладонью к голове одной из собак. Вы – Жук и Волчок, – два пса бросились под руку, закружились на месте. Вожак рыкнул, отстали. – Ты – Седой, – объявила она самому старому, как ей показалось, псу. А ты… – Ника внимательно посмотрела на шестую собаку. – Девочка, что ли? – удивилась она. Та слабо вильнула хвостом. – Хорошо, тогда ты будешь Серенада.

Собаки легли у ее ног и слушали, навострив уши.

– Андрей отстал, – сказала Ника. – Не понимаю, как это могло произойти, да это и не важно сейчас. Важно его найти, мы должны быть вместе, понимаете? А еще нам надо найти Митю, обязательно! Вы можете мне помочь?

Вожак медленно поднялся, повел носом, следом вскочили Жук и Волчок.

– Вы правда поняли? Найдете? – всполошилась Ника. Ей было очень страшно, она устала, болела разбитая при беге нога. Она только теперь почувствовала боль и страх одиночества. Андрей потерялся, Стас ушел на разведку и тоже пропал. Ника почти отчаялась, ей неоткуда было ждать помощи, она говорила с собаками, чтоб хоть как-то успокоить себя, без надежды на понимание… И вдруг они послушались!

Три пса рванули прочь и понеслись по пустоши. Ника долго смотрела им вслед. Три оставшиеся собаки боязливо жались к ее ногам, ждали чего-то.

– Мне надо туда, – Ника кивнула на покореженную арку. – Нет, вы должны остаться тут, всем вместе нельзя. – Ника не знала, почему нельзя всем вместе, откуда-то всплыло воспоминание, кто-то же должен остаться и дождаться остальных… А у нее никого не было, кроме собак. – Вы ведь друзья, правда? – спросила Ника и согласно кивнула. – Конечно, друзья. Я вижу, вы боитесь идти туда, поэтому прошу побыть здесь, пока не вернется Андрей, или хотя бы ваши сородичи, – тихо добавила она. – Кто-то должен вернуться…

Одна из собак ткнулась носом ей в ладони.

– Серенада? – удивилась Ника. – Ты хочешь пойти со мной? – Собака склонила голову. Седой и Грэй подошли к самой арке и легли с двух сторон. Ника только головой покачала. Надо было оставить что-то из вещей, чтобы Андрей понял, где она. Шарф и ремень она отдала ему… Ника сунула руки в карманы, достала перчатки и развесила их вместе с вязаной шапкой на ржавых штырях, оставшихся от забора.

– Стерегите! – приказала псам и шагнула за арку, Серенада потрусила следом.

Глава 23

В неизвестности

Андрей барахтался в киселе, изо всех сил работая руками и ногами, но безрезультатно. Он не мог вырваться, не мог двинуться вперед, он просто висел, как кукла, подвешенная на тонких нитях.

От беспомощности он чуть не плакал. Бесплодные попытки освободиться привели его в отчаяние, он орал во все горло, задыхался, ругался, но все его действия только забирали силы. Наконец он выдохся и просто повис, расслабив мышцы.

– Андрей… – прозвучало едва слышно.

От неожиданности он вздрогнул, напряг зрение, но перед глазами простиралась унылая равнина. За мутной пеленой что-то… Почудилось?

– Андрей! – голос прозвучал настойчивее и громче.

– Кто здесь?! – крикнул мальчишка в вязкую пустоту.

– Тш-ш-ш, не кричи, – попросил голос, – это всего лишь я…

– Краевед? – удивился Андрей. – Вы где?

– Дай мне руку, – попросил голос.

– Я не могу двинуться, – пожаловался Андрей.

– Просто захоти дать мне руку, – терпеливо повторил Сергей Викторович.

– Я вас не вижу…

– Захоти!

Андрей зажмурился, пытаясь представить себе краеведа, некий смутный образ возник перед его мысленным взором – унылая фигура в бесформенной одежде. Но, как это ни странно, он протягивал к Андрею обе руки, манил, звал, торопил. И Андрей мысленно потянулся к нему. Представил, как поднимает руку, как протягивает ее, как дотрагивается до руки краеведа, и в то же мгновение ощутил, как его ладонь крепко сжали чьи-то пальцы.

Телу вдруг вернулся его обычный вес, и Андрей очутился на земле, ощутимо приложившись пятой точкой.

Краевед шлепнулся рядом.

– Вы откуда тут взялись? – Андрей встал, потирая ушибленное место, помог подняться старику.

– Что значит «откуда»? – обиделся тот. – Я все время шел за вами. К сожалению, я не могу бегать так же быстро, как в молодости, но зная, куда вы направились, найти тебя не составило большого труда.

Андрей недоверчиво рассматривал краеведа и никак не мог понять, что его смущает в поведении старика. С самого начала краевед вроде был за них, он помогал, предупреждал об опасности, удирал вместе с ними от черноты.