Не к лицу, вроде, им седина,
Уж набилась оскомина – кисло,
Что их юность так скоро прошла!
Эти дети собой амбразуру
Закрывали, отца – мать любя,
Но не строили тем режиссуру —
Деньги, выгоду, славу, презря!
Вот теперь они где-то далече…
Они смотрят на нас свысока,
И теперь уже мы в том ответе:
Какой далее будет страна!?
Отметина
Пусть сердце изрыто снарядами,
Последний патрон – для виска!
К победе со страшно разбитыми
Путями тянулись войска.
Солдат был в бою. И уж затемно
Он в землю сырую упал…,
Но образ иконы и матери,
Ещё, быв в сознании, связал…
Ему показался родной порог…,
Но он не в землянке – в снегу.
Ему показалось – что сто дорог,
Уж точно открыты ему!
И грезилось так вперемешку…,
Упала звезда. Весь в поту,
Открыл он глаза – перелесок.
Пополз. Там село и пастух!
Боец, поднатужив, ещё пополз,
Скорее домой, без ноги….
Подали краюху ему в подпол,
Согрели, сменив бинты.
Уж годы прошли, но не лечится,
Рана та – сплошная беда!
Та шинель и вот эта отметина,
Да с годами белей седина…
Пусть столько уже миновало лет,
Но чудится, словно во сне: что
Он мальчик ещё, в поле танков рать и:
«О, Боже! Как выжить тут мне?!»
Берёзки и сосны склоняются,
У входа – могилы плита:
«Лежат тут солдаты, где мог и я…»
Но солнцем земля залита!
Не спится бойцу, уж который год,
Всё кажется, будто война!
Но тихо кругом, и мурлычет кот —
Душа и страна спасена!
Навсегда он расстался – навечно!
На войне так бывало не раз….
Он расстался тепло, по-соседски,
Точно выполнив данный приказ!
Был он молод, и не было звания,
А вокруг сплошь густые леса…
Он с трудом им давал обещание —
Что умрет вдруг, уйдет в небеса —
Вот тогда – то его помяните,
Если сил хватит ваших в пути,
И налейте вина, и скажите:
«Память вечную, друг, обрети!»
Он хотел бы стать, может, учитель,
Или врач, иль политик, спортсмен!
Только рифмой слова заучите —
«Уж не станет теперь он никем…»
_________________________________
