Ирина Ростова – Сполохи (страница 60)

Однако, к моменту вечернего привала стало очевидно, что свой хвост они не потеряли.

Только вот хвост этот был весьма аккуратный, умный, хитрый, умеющий выжидать и подкарауливать. И очень, очень, очень хорошо приспособленный к преследованию даже в условиях Подземелий. И это Мист тревожило больше всего. Значило ли это, что у Серых было много союзников под землей?

— За нами все еще идут? — спросила Тилайна, когда они устраивались на короткий отдых в небольшой боковой пещере в ответвлении тоннеля и перекусывали сушеным мясом.

— Да, — мрачно ответила Мист, яростно жуя и запивая водой. — А этот выстроков сын, — она указала куском мяса на Воина, — совершенно спокоен!

— Значит, это не тот же человек, что заманивал нас сюда?

— Совершенно не факт. Просто он не нападает, и активной враждебности не проявляет, поэтому этот вот, — Мист прицельно пнула Воина в ногу. — Даже не шевелится.

— А если приказать ему найти этот преследователя?

— Чтобы потом гоняться по тоннелям за обоими?

— Тогда чего ты хочешь?

— Мира во всем мире, магию обратно, отсутствия серых и спокойную старость с книжками! — с готовностью перечислила Мист. — А ничего не светит из этого, ничего!

Тилайна сморщила свой ровный высокий лоб, явно перебирая туда и сюда перечисленные варианты.

— Мир во всем мире это вряд ли, — сказала она, наконец.

— Остальное тоже, — пробурчала Мист, укладываясь дремать. — Ах, да! Еще хочу выспаться, — добавила она, не открывая глаз. — Устала.

Она в самом деле чувствовала себя очень усталой — куда более, чем вчера, чем позавчера. Пожалуй, намного более усталой, чем на всем протяжении своих путешествий, и это было странно и неуместно. Но думать об этом тоже не было никаких сил, поэтому Мист накрыла глаза занемевшей, как чужой, правой рукой и моментально провалилась в сон.

Утром все было по-прежнему: в дороге Мист явно ощущала осторожное, тактичное преследование, скинуть его с хвоста не могла и злилась от этого. Она даже начала подозревать, что это никакая не слежка родом сверху или от содружества с Серыми, а просто далеко забредший разведчик-страж из Подречья, но потом ощущение присутствия и наблюдения раздвоилось, оказавшись впереди с сзади одновременно. Это был верный знак, что они подходят к городу.

Мист, следуя подземным правилам приличия при посещении чужого города, остановилась посреди коридора, касаясь пальцами противоположных стен и негромко сказала в темноту впереди.

— Светлых мыслей на темном пути. Мы идем в Подречье.

Некоторое время было тихо и пусто, потом Мист ощутила движение и приближение, и из-за поворота выступил подземец с арбалетом в руках. Одновременно Воин выдвинулся вперед, закрывая собой Мист и в тесноте прохода вместо мечей вооружаясь кинжалами.

— Опустите оружие, — предупредил подземец, и Мист, похлопав Воина по плечу, снова вышла вперед, показывая руки.

— Меня зовут Мист Ле Илант, я из Мостков, а это мои спутники. Мне нужны всего лишь сведения о местных подземельях и переходах, и я не собираюсь задерживаться надолго.

— Город бунтует, — коротко ответил страж. — Вам там делать нечего.

— Почему бунтует?

— Оверлорд Ксав рре Ронн давно вел дела с наземцами, продавая им дымный лишайник. Но в последнее время он начал пускать их в город, и они начали шнырять тут и там, пытаться обратить людей в свою веру. В Проклятого!

— Вот же самоубийцы, — выгнула бровь Мист.

— Их терпели несколько месяцев. Просили оверлорда прекратить такое нарушение устоев — но он и слушать ничего не хотел. Что ему обещали — то неведомо, но народ поднялся против него. И сейчас в Подречье посторонним делать нечего, своим бы разобраться.

— И кто выступил на стороне оверлорда?

— Минотавры, гарпии. Стража из людей разделилась — кто-то просто не может пойти против своей клятвы, кто-то одобряет общение с наземцами.

— Разведчики, я так понимаю, не одобряют.

— Не одобряют, — подтвердил подземец. — Поэтому тебя с твоими не пропущу в любом случае.

— Да мне, в общем, и не очень надо именно в город. Мне нужно, как раз наоборот, больше узнать о том, как пробраться в город наземцев.

— А что ты там потеряла, подруга? — разведчик, еще раз оглядев Мист, немного опустил арбалет, и теперь он смотрел не в грудь Мист, а в живот. Облегчением это не было, но волшебница уже давно как-то забыла бояться наставленного на нее оружия. Слишком часто это случалось.

— Я там потеряла свои вещи, которые уволокли Серые, — пожаловалась Мист. — Вообще-то, я работала в Университете, преподавателем. Туда пришли Серые, поймали меня, допрашивали. Я-то от них сбежала, а вот мои вещи у них остались. А там и записей много, и, знаешь ли, друг, если покопаться, то и про мои родные Мостки можно из писем родных информацию собрать. Поэтому я хочу все это изъять обратно, пока не всплыло.

— А ты ведь врешь, — безошибочно определил подземец.

— Вру, — согласилась Мист. — Чтобы, если вдруг что, то никто не знал доподлинно, кто именно напакостил.

— А велика ли пакость? — арбалет опустился еще пониже.

— Прискорбное событие, — елейным тоном сказала Мист. — Главные артефакты веры будут оскорблены.

— Это тебе в подземелья под Собором, что ли, надо? Реликварий там у них, вроде.

— Вроде бы и туда, — кивнула Мист, устало прислоняясь плечом к стене. — Как-то можно туда попасть из Подземелий?

— Есть стена, которая примыкает к подземной части Дома Видящих. И дырка в канализацию. А оттуда, говорят, есть прямой ход в соборные подземелья.

— Подойдет, — сказала Мист с сомнением. Вряд ли подземные помещения такого рода были пустями и тихими.

— Я расскажу тебе, как найти дорогу, — кивнул подземец. — Но ты и твои спутники уйдете немедленно.

— Мы уйдем немедленно, — согласилась Мист. — А у вас линия стражи только тут начинается?

— Да. А в чем твоя беда?

— Ни в чем, — помотала головой девушка. — Просто интересно. У вас город от спуска далеко, все не как у нас устроено, вот и спрашиваю.

И нет, говорить о том, что за ними хвост и вовсе не следовало. Да, Мист уверенно определяла преследующего как подземца, но в нынешней ситуации стражу было бы легко обвинить их в том, что они подвергли опасности тайну города и атаковать. Конечно, с учетом всех факторов, ситуация эта была более опасной для самого разведчика, но Мист не хотела лишних проблем. В общем-то… больше всего она хотела, чтобы ее оставили в покое, но этого пока не предвиделось.

— Конечно, у нас все по-другому! Только дураки бьют проход наверх так близко к своему городу, как в Мостках.

— Только дураки живут так близко от крупных городов наземцев, — отпарировала Мист.

— Вот, нашлась знаток мест, научит нас, как правильно обустроить Подземелья!

— Научу. Но если расскажешь, как добраться до святейшего дерьмостока, то не стану.

Разведчик выбрал меньшее зло: достав карту, выведенную на дубленой коже строка для пущей сохранности и крепости, он показал нужные тоннели, и повторил для Мист всю дорогу несколько раз, пока не убедился, что она может воспроизвести ее, сверяясь со своими заметками.

— Не заблудитесь, — напутствовал он их, и Мист не очень понимала, что это: пожелание или вопрос.

— Интересно, почему оверлорд пустил сюда наземцев? — проворчала волшебница некоторое время спустя. Вопрос был риторический, но Тилайна, конечно, тут же влезла со своим мнением.

— Может быть, его заставили? Я же правильно понимаю, что вы не жалуете тех, кто живет на поверхности?

— Нельзя сказать, что именно не жалуем, — вздохнула Мист. — Просто не хотим, чтобы наземцы принесли свой бардак и к нам. У нас хорошо, спокойно. Можно сказать, тысячелетия спокойного развития без войн и катаклизмов! Мы далеко опережаем наземцев по многим направлениям, но если они придут наводить свои порядки, это все может закончится. У нас считается, что наземцы приносят с собой рознь и беспокойство. Кроме тех, конечно, кто стремится в самом деле понять и принять этот мир. Мой друг Торрен был таким.

Тилайна, услышав это имя, моментально проглотила следующий вопрос, зная уже по опыту совместно пройденных дорог, что любое упоминание Торрена приводит к тому, что Мист просто не отвечает больше некоторое время. Пока ее опять не попустит.

Они шли очень долго, но Мист вела уверенно. Карты, описания примет и собственное чувство направления, чутье подземного жителя позволяло ей неплохо находить дорогу. О предстоящем пути через жилые или почти жилые подвалы Атенаума она не очень думала, потому что пока было совершенно не понятно, что и как, а вот продолжающееся преследование ее раздражало. Она даже пару раз останавливалась, оборачиваясь назад и выжидая чего-то, пыталась возвращаться, подкарауливать, петлять, но все было напрасно. Противник был, как минимум, настолько же опытен в подземном петлянии, как она сама.

Уже подходя к месту ближения наземских ходов и подземных тоннелей, Мист снова остановилась, развернувшись назад, и крикнула:

— Вылезай уже, и дерись, если хочешь драться!

Но ответом ей была спокойная, вежливая тишина.

— Я знаю, что ты идешь за нами! В Подземелье не спрячешься в толпе. Кто ты такой?

Слова упали в вековечную тьму и канули в ней, словно пожранные. Ни ответа, ни движения.

— Но если он не напал, может быть, он не хочет зла? Просто Дея прислала посланника, облеченного плотью, но следующего ее замыслу, — предположила Тилайна, пытаясь успокоить Мист на свой лад.