Ирина Ростова – Сполохи (страница 38)

— Нечего пялиться, — сказал он. — Там дальше больше будет камней, тут все разобрали.

— То есть, разобрали?

— Да как твой лэр старые эльфьи дома, чтобы ту башню построить.

Мист несколько секунд непонимающе на него смотрела, а потом сообразила, вспомнив свою вариацию истории Жустовой башни для Коурона, рассказанную, вроде бы, совсем недавно. Но сейчас это казалось уже вечностью назад, настолько плотно были забиты событиями последние дни. Так вот почему Коурон, наверное, так легко ей поверил — потому что часть домов Гнилицких двориков была построена из камней старой дороги и старых построек Геннелита.

— А дальше почему не разобрали?

— Так тащить далеко, — бесхитростно ответил Лессе. — Что поближе все забрали, а там, дальше, осталось еще.

— А вы далеко доходили? Я поняла, что до акведука.

— Почти, в пределы видимости его, — подтвердил Лессе. — Кто-то, правда, и туда доходил, говорят. Слухи ходят.

— Но лично ты никого не знаешь, кто там был?

— Нет, не знаю. Да и всех следопытов знать ну никак.

— Тут очевидно была совсем другая жизнь в прошлом, — подтолкнула его мысль Мист. — Акведуки, каналы, поселения, но все исчезло. Кто раньше тут жил, только эльфы?

— Да вроде как и нет, — Лессе сдвинул на лоб шляпу и почесал в затылке. — Рассказывают, что жили и люди, и эльфы, и еще Эйн знает кто. Но когда святой Амайрил уничтожил проклятое колдовство, тут все порушилось, потому как только на магии богомерзкой и держалось, а не на честном труде.

— Очень жаль, — сморщила нос Мист, прикрывая глаза от палящего солнца.

— Чего жалеть? Если с магии жили, то, ясно же, одни еретики и колдуны, что из природы противоестественно соки тянули.

— А вот так, значит, очень естественно, — Мист махнула рукой на сухой ковыль вокруг, мелкое крошево пыли в воздухе и остатки какого-то придорожного строения, которое частично даже еще стояло. Видимо, его растаскивать было уже “далеко”, или чем другим неподтрафило.

— Так, значит, угодно Эйну, — пожал плечами Лессе, и Мист всерьез расхотела с ним разговаривать.

Молчание продлилось несколько часов, а к полудню общаться не хотелось по другой причине. Солнце пекло так, что передвижение быстро становилось настоящей проблемой, и на пустоши даже нечему было отбрасывать тень, чтобы спрятаться. Кажется, только Воин проблем не испытывал, потому что ему было все равно, а вот что Мист, что Лессе еле тащились. А потом пришло оно — все звуки исчезли, и мир словно стал плоским, утратив глубину и объем. Как нарисованная на листе картинка, полная прямых лучей света, или световой пейзаж Домена света. Но если Домен, казалось, имел душу и настроение, то наступившая сейчас звенящая тишина была полна недружелюбного ожидания.

Мист открыла рот, чтобы спросить, нормально ли это, но ни звука почему-то не вылетело изо рта, и шаг замер на середине. Нога оторвалась от земли, и центр тяжести сместился, но дальше Мист залипла, словно муха в меду. Это было странно и внезапно, и настолько неожиданно, что Мист даже больше удивилась, чем испугалась. Краем глаза она видела лицо замершего рядом Лессе, в глазах которого читался невероятный, первобытный ужас.

Что ж, это отвечало на невысказанный вопрос Мист — происходящее никак не вписывалось в нормальное по мнению разведчика, тоже. Воина Мист даже не видела — он всю дорогу держался по обыкновению чуть позади, чтобы не мозолить ей глаза и наблюдать за тылом.

Потом паралич сковал и легкие, но она даже успела ужаснуться или приготовиться к смерти, как воздух со свистом хлынул обратно.

— Кто смеет ступать здесь, на земле, забытой живыми? — спросил голос, исходящий словно из воздуха вокруг них. Говорил он на эолен, но Мист даже не сразу это поняла — настолько продвинулся ее эльфийский за последние пару лет.

Глава 9

Мист открыла рот, и слова все-таки пришли.

— А ты кто, обитающий среди земель, забытых живыми?

— Что это?! Что происходит?! — одновременно с ней выхрипел Лессе.

— Ты мне скажи, — свистящим шепотом ответила Мист.

— Я понятия не имею! То есть, некоторые рассказывали про полуденный ужас, но ничего такого, вот такого именно, — торопливо, глотая слова, ответил разведчик, до которого, кажется, дошло, что те, кто столкнулся с чем-то смертельным, могли об этом уже и не рассказать. Просто не вернулись, и все.

— Молчать, — сказал голос вокруг них, и оба сразу замерли, не имея возможности дышать и даже немного шевельнуться. Однако у Мист хватало присутствия духа, чтобы осознавать, что она все еще могла чувствовать и, значит, надо было нащупать нить, ведущую в Домены, и попытаться вывернуться.

— Говорите, — сказал голос, позволяя им дышать.

— Я ищу эль-Саэдирн, — сказала Мист на эолен, и на этот раз Лессе расслышал, что она говорит на чужом языке.

— Эй! Ты что, его понимаешь? И говоришь на его языке?!

— Тсс, — цыкнула Мист.

— Я ищу его тоже, — внезапно ответил голос, как будто бы даже смягчаясь. И добавил почти доверительно. — Я его потерял.

— Ты ведьма?! — почти закричал Лессе. — Он говорит с тобой! Говорит!..

— Молчи, — сказал голос и Лессе замер, не в силах выговорить слово. — Что-то лопочет, как все ваэрле. Только ты знаешь речь.

— Так получилось, — отозвалась Мист, все еще не понимая, с какой такой редкостной выстроковой пепелью ее столкнула судьба. — А ты кто такой?

Воздух вокруг немного помолчал, заставляя гадать, не остановился ли весь мир окончательно и целиком, но потом, все-таки, заговорил:

— Я ард-Элмор эр-Дэйдрэ Лоэнринн, — сказал он, и голос его словно покачнулся на ветру. — Я потерял дорогу. Я шел к эль-Саэдирну, чтобы спастись от ваэрле, но потерял путь. И что-то случилось. Что случилось со мной?

— Понятия не имею, — честно ответила Мист. — Но вообще-то, почтенный эр-Дейдре, тебя, как будто бы, не существует.

— Но я есть, — ответил он, и в его тоне прозвучал отзвук шторма. — Ты разве не видишь меня?

— Нет. Не вижу. Ты в Домене света? Ты призвал Дилингу, и что-то пошло не так? Что с тобой случилось?

— Я не помню, — повторил голос, и Мист внезапно почувствовала, что паралич начинает отступать — одновременно с тем, как мир вокруг начал снова обретать глубину и звук. — Как мне всп…

Слова призрака оборвались на половине и невидимая хватка отпустила путников полностью.

— Ты! Ты говорила с ним! На его языке, — Лессе тут же развернулся к своей спутнице, извлекая и наставляя на нее свой ручной арбалет, но Воин был быстрей. Был он или нет пойман таинственным голосом, тоже, но сейчас он явно был свободен и моментально встал между своей хозяйкой и опасностью, загораживая ее полностью. — Ведьма! Ты говорила с ним, и он отпустил тебя!

— И чем это плохо? Отпустил тебя, отпустил меня, — Мист коснулась пальцами плеча Воина и выглянула из-за него, хмурясь, с сомнением изучая своего проводника.

— О чем ты с ним разговаривала? Нет, не отвечай! Я не могу знать, что ты скажешь правду! Ты разговариваешь с призраками, лечишь больных, справляешься со зверями, которых не могут одолеть и пять нормальных мужиков, ты точно ведьма!

— И вот ты только что сообразил мне все это выкатить? — возмутилась Мист. — До того тебя ничто не смущало?

— До того ты не разговаривала с демонами у меня на глазах!

— Да это и не демон. Это какой-то несчастный жрец Деи Дилинги, который шел в эль-Саэдирн, заплутал по дороге, попал в какую-то передрягу. Как обычный, знаешь, человек. Только вот еще Дилингу о чем-то попросил, наверное.

— Ты говоришь имена демонов! — с ужасом сказал Лессе, и арбалет в его руках дрогнул. — Я должен убить тебя, избавить мир от такой скверны!

Мист нахмурилась еще сильней.

— Так за чем дело-то стало? Попробуй.

Она не ожидала, что Лессе в самом деле выстрелит, но его страх и пережитое бессилие, наверное, напугали его куда больше, чем она предполагала. Конечно, сама она пару лет назад столкнувшись с такими обстоятельствами, тоже делала глупости — но с высоты опыта почему-то и от других ожидала большей разумности.

Поэтому она очень удивилась, когда Лессе, все-таки выстрелил — но испугаться даже и не успела, потому что Воин отбил болт широким полукруглым движением меча и рванул в выпаде вперед, вышибая оружие из рук разведчика и моментально сбивая противника с ног. Еще несколько секунд, пока Мист собиралась с мыслями для связного комментария, потребовались ему, чтобы основательно скрутить противника и презентовать его для допроса.

— Попробовал, — умно сказала Мист, наконец, глядя, как Лессе, отплевываясь, только еще больше пыли собирает в рот с камней старой дороги.

— Ведьма, — снова ругнулся он, пытаясь вывернуться из железной хватки Воина.

— И ты, как, всерьез надеялся справиться с нами, с учетом того, что мы одолели зверя, которого ты со своими подельниками завалить не смог? — почти с отчаянием спросила она. — Это же глупо, нет?

Лессе с ненавистью смотрел на нее, и его била крупная дрожь. Вероятно, у него просто была истерика от страха.

Мист вздохнула и опустилась на колени в пыль рядом с ним.

— Слушай, — сказала она. — Давай ты вернешься? Мы с Воином дальше сами, а ты назад. Я вижу, что тебя слишком все это тут поразило, чтобы продолжать.

Не говоря уже о том, что всяких странностей могло быть впереди еще больше, потому что забытые, странные вещи имели тенденцию оживать поблизости от Мист. Вероятно, и этот разговорчивый эр-Дейдре тоже особо не болтал, пока тут не прошла она.