Ирина Романова – Волчица. Хозяйка диких земель (страница 6)
А сына… Сына, взяв за шкирку, как обычного щенка, встряхнули со всех сил.
Его визг буквально ударил меня по ушам, да так, что я на какое-то мгновение потеряла сознание, а затем появилась она – моя темная половинка…
Глава 5
«Все, баста, волчатки, сейчас будет порка…»
Прошептала я, теряя сознание на доли мгновения, и возвращаясь – уже кем?..
Сейчас я была вровень с Альфой, смотрела ему в глаза, и милой землянки здесь не было. А была расчетливая и сильная сука – Альфа, у которой забрали и обидели щенка…
Мужчина не был готов к моему появлению, но по какой-то глупости решил продолжить командовать. Я мгновенно уловила приказ волкам к обороту, и к убийству моего сына…
Все произошло в доли секунды, и я просто перекусываю хребет Альфе, уже зверю, и начинаю рвать близлежащих волков, разбрасывая их, как щенков. Храбрецов оказалось немного, большая часть сейчас лежали на снегу и показывали мне шею, а люди просто встали на одно колено и опустили голову. Тот воин, что держал моего сына, сейчас аккуратно положил его на снег рядом с Мейе…
Но наказание должно быть для всех одинаковым…: одно движение моего тела, и мужчина рухнул на снег обезглавленным.
Мейе выпрямился, поднимая скулящего сына, кутая его в плащ. Посмотрел на меня, мысленно признавая мою власть над ним.
Я оглядела всех собравшихся, и ударила по ним своей альфа-силой, заставляя биться в судоргах боли.
«Вы – собачьи отродья, а не волки. Слишком много себе стали позволять без последнего Альфы, он – единственный, кто был носителем капли крови богов среди вас. Я – дар ему, пришедшая с гор, чтобы божественная кровь не оставляла этот мир. Как только наш род прервется, вы больше не родите ни одного щенка. Этот мир будет принадлежать людям… Мой отец, Осеокут*, отвернется от вас!».
Оглядела их, ослабляя свою силу.
«Серые ублюдки, посмевшие убить моего мужа – Амере, должны заплатить кровью. Вы здесь собрались в надежде урвать кусок власти? Так вот вам власть, собирайтесь в поход! Всех серых волков, посмевших напасть на меня и сына – убить!»
Дала возможность всем подняться с земли.
«Все Беты и Омеги, желающие быть в моем личном распоряжении, могут остаться. Но – дав клятву на крови…», – ощерилась в оскале.
Потом подошла к Мейе, он протянул мне сына. Аккуратно перехватила его за шкирку и, не спеша, трусцой, пошла к видневшемуся замку. Я точно знаю – он нас ждет, меня и наследника Альфы, перворожденного, и первого из рода Осеокутов в этом мире.
Подошла ко рву, перекрывающему проход в замок, посмотрела на белую громадину. Он гулко вздрогнул, заскрипел ржавыми цепями, и начал опускать мост.
Я оглянулась: за моей спиной стояло три десятка воинов, и Мейе, он не сводил с меня взгляда, боясь пропустить что-то важное. Мысленно сказала ему не приносить клятву верности, ведь он уже дал ее моему сыну…
Все мужчины, поняв, что я остановилась в ожидании, положили свои вещи на землю и, достав из ножен кинжалы, начали зачитывать слова древней клятвы на крови. Затем, на последнем слове, полоснули себя по ладони и стряхнули кровь в снег.
«Клятва принята!», – произнесла я.
Мост позади меня опустился, и я, снова повернувшись, пошла по нему.
«В замке только бабы не хватало! Все зло – от них, придется терпеть, пока щенок не вырастет! – странный голос в моей голове занудничал. – Еще и толпу тащит с собой, корми их всех!», – внезапно догадалась, что это говорит замок… так вот о чем говорили волки – о том, что он живой!
Интересно, а он знает, что я его слышу?..
Едва я прошла сквозь ворота, снова скрипнули цепи. Этот гад решил поднять мост, не дожидаясь, когда зайдут волки…
В два прыжка оказалась на середине моста, он дернулся и застыл. Мужчины торопливо пересекали его, скрываясь под стеной замка. И как только последний из них покинул мост, я пошла за ними, не торопясь, провоцируя замок на эмоции.
«Смотри, какая догадливая, – буркнул он, – с ней явно будут проблемы, сейчас начнет командовать… А я сделаю вид, что не слышу! Пусть вон, волки ей служат! Я еще бы женщине не служил!», – сказал и затих, я прошла под стеной, мост, скрипнув, поднялся, закрывая вход в замок.
Двери мне уже открыли мужчины, и я прошла по холлу до лестницы, ведущий на верхние этажи. Было настолько пусто… словно замок ограбили, при этом вынесли все, кроме светильников на стенах. Посмотрела по сторонам, не понимая, что происходит, и поспешила наверх, мне надо срочно кормить сына.
Потом разберусь со всем остальным…
Добравшись до второго этажа, я потрусила к первой же двери, она распахнулась передо мной без каких либо усилий. Эта комната отличалась от пустоты за спиной, это видимо было когда-то гостиной, из мебели здесь были стол, кресло, стоящее напротив камина, и возле кресла лежала шкура огромного животного.
Двери за моей спиной закрылись сами, я положила малыша на шкуру.
Как вернуть свое тело?..
Закрыла глаза, вдох – выдох, и вот я уже стою в человеческом образе. Волчонок тут же обернулся в ребенка, и сразу закатился в требовательном плаче. Я стянула с себя платье через голову, скинула обувь, и, взяв сына на руки, села в кресло, положила его на колени.
На груди рубашка имела разрез, достаточно было потянуть за ленты, что были завязаны на горле, и тут же оголилось плечо. Ткань, которой я перетянула грудь, была размотана, и подложена под сына.
– Ну, сын, маленький Амере, давай начнем? – подняла его, приложила к груди. Пришлось ему помогать, он никак не мог найти источник пищи, сердился и терял терпение. Но вот желаемое было получено, и он жадно присосался, давясь, но не отпуская грудь.
– Ну вот, мы дома. Теперь бы разобраться со всем, что здесь есть… – произнесла вслух. – В комнате холодно, камин бы разжечь… и чаю горячего…
Но чуда не случилось, замок остался глухим и слепым к моей просьбе.
Это плохо, мало того, что мне придётся взять на себя непонятные обязанности Альфы, а еще и вредный замок в наследство достался.
Ах, да, еще я забыла про войну с серыми. Но, мне кажется, просто послать белых воевать не получится…, и у меня есть Беты, вот пусть и разруливают проблему.
Еще… Еще, я впервые убивала, нет, я не жалела о наказании, но не поторопилась ли я? Что-то странное промелькнуло в памяти Альфы, когда его хребет хрустел на моих клыках… но я об этом подумаю завтра…
Сын, наевшись, уснул, не оборачиваясь в волчонка. Я запеленала его в кусок ткани, уложила в кресло, с которого поднялась. Надев платье обратно, и снова натянув сапоги, вздохнула. Мне нужна своя комната, колыбель, и ванная… Одежда, еда, и много чего еще…
А с замком надо как-то разбираться…
Взяла сына, мне надо вернуться к воинам, есть подозрение, что они дальше холла не ушли.
***
Спустилась по каменной лестнице, снова удивляясь пустоте в замке.
Мужчины нашлись стоящими так же, в холле.
– Почему вы не ищите себе комнаты? – спросила у них.
– Замок не пускает, весь первый этаж – закрыт. Вход есть только на второй, но не одна дверь не открывается… – пояснил Мейе.
– Подержи, пожалуйста, – протянула сына ему, – я назвала его Амере, в честь отца. К сожалению, я точно знаю – он мертв, – мужчина аккуратно взял младенца в руку, укладывая удобнее, и придерживая второй.
Сын сыто икнул, и пустил молочные пузыри, у Мейе во взгляде мелькнуло одобрение. Переживает?..
Он аккуратно обтер уголком ткани губки малыша, и укутал в плащ. В замке было холодно.
Я огляделась, обнаруживая рисунок на каменном полу. Он был почти стерт, и едва виден и понятен. Но я, напрягая зрение, чтобы его разглядеть, внезапно перешла на магическое. Перед моим взором расцвело полноценное полотно. Волки – с три десятка, светила в середине над замком – это было круг в круге, кольца с рунами, их я насчитала семь.
Чем дольше я вчитывалась, тем ярче загорались для меня руны и знаки. В памяти всплывали их значения, потихоньку выстраивая текст – послание потомкам. Интересно, это мне дочь бога подсказывает? Или я сама это знаю…
«Я по-прежнему живу в чертогах отца – бога Осеокута. Так как моя пара мертва, мне больше нет места в этом мире. Поэтому я буду приходить только в крайних случаях, и только в волчицу. Твое тело – только твое, и ипостась волчицы – Альфы – тоже. Теперь это – твоя жизнь, и память будет подсказывать тебе, если ты будешь нуждаться в таких подсказках. Старайся меня не призывать, иначе у меня будет соблазн остаться здесь навсегда… рядом с сыном. Предвосхищая твой вопрос, почему ты здесь, я не могу на него ответить. Но ты вспомнишь, обязательно, – потом небольшая пауза. – Подари мальчику материнскую любовь, ту, что я не смогу дать…».
Ее голос в голове выбил из меня дух. Мне кажется, я даже перестала дышать, а когда очнулась, то вдохнула так глубоко, что закашлялась. Мужчины смотрели на меня с каким-то странным восхищением…
Видели, как приходила богиня? Это как-то проявилось внешне?
– Поднимитесь на второй этаж, освободите мне холл… – попросила я их. Дождалась, когда они соберут вещи и вступят на этаж.
Руны мне сказали, что для того, чтобы замок слушал хозяина – хозяйку, надо активировать вот эту пиктограмму под ногами. Подошла в середину, встала на нее, и, вытащив кинжал из ножен, снова напрягла зрение. Присев на корточки, порезала себе палец, и начала обрисовывать руны: как только я это делала, каждая загоралась. И так я сделала шесть раз, и выпрямилась, закрыла глаза и позвала.