Ирина Поповичева – Инферно (страница 8)

— Мне пора идти, — сказала Тиффани, неловко улыбнувшись. — Спасибо вам большое за этот разговор. Надеюсь, что у вас тоже все будет хорошо.

— Спасибо, — улыбнулся мужчина, склонив голову в подобие поклона. — Возможно мы встретимся однажды здесь вновь, и вы уже не будете покупать алкоголь от горя.

— Надеюсь.

Тиффани улыбнулась на прощание. А затем пошла через дорогу обратно к магазину, так проще всего дойти, да и будет видно, что под ногами благодаря фонарям… Она не успела сделать и десяти шагов, когда голову прострелила резкая боль. Перед глазами потемнело.

Глава 3

Папа поймал мяч, который кинула ему Тиффани.

— Хороший бросок!

Она улыбнулась.

Отец учил ее играть в бейсбол. Не сказать, что Тиффани вообще увлекалась спортом, но иногда она смотрела с отцом соревнования. Да и для поступления ей нужна была физическая подготовка. Поэтому, когда папа предложил сыграть на поляне перед домом, Тиффани согласилась. Уже прошло полчаса, как они начали. Это был первый такой удачный бросок. Она встала в нужную стойку, правильно кинула мяч и все это, как говорил папа, с присущей ей грацией.

Из дома выглянула Ева, младшая сестра. Ей было десять, и, как и Тиффани, она не любила активные игры. Светлые волосы были заплетены в косы, а голубые глаза с интересом наблюдали за игрой отца и сестры. Она была похожа на родителей, в отличие от Тиффани.

— Папа! Тиффани! — позвала Ева. — Идите домой. Давайте сыграем во что-то вместе.

— Скоро придем, Ева. Еще пара бросков, — отозвался отец. — Кидай.

— Не лезь к ней, — услышала Тиффани тихий голос матери. Она оглянулась, но женщина даже не удостоила ее взглядом.

— Тиффани... — позвал ее отец, заметив взгляд дочери. — Подавай.

Бросок был плохой: мяч даже не долетел до папы.

— Не расстраивайся. Она любит тебя, просто не может это показать.

Тиффани знала, что отец говорил о матери. А еще знала, что это ложь. Сладкая, но вместе с тем и горькая. С появлением Евы мать ее возненавидела. Она не разговаривала с Тиффани, запрещала Еве играть с ней, будто Тиффани была заразной, а когда надо было взаимодействовать с первой дочерью, то пыталась всячески этого избежать. Будь мать чуть менее сдержанной, то она бы била ее.

Снова неудачная подача. Мяч улетел на дорогу.

— Я подниму! — крикнул папа. Он взял мячик в руку, выпрямился и подкинул его в воздух.

Сквозь тишину по ушам резанул громкий и резкий шум несущейся на большой скорости машины. Тиффани закричала, побежала на встречу к отцу. Он заметил, что прямо на него с бешеной скоростью едет авто, попытался уйти от столкновения, но машина вильнула в эту же сторону. После удара отец отлетел в сторону, с силой ударился об асфальт, а видевшая это Тиффани остановилась от шока. Ноги не хотели идти. Она стояла и хватала ртом воздух.

Машина уехала так же быстро, как и появилась.

Кровь лилась изо рта отца и пузырилась, заливая асфальт. Тиффани осторожно подняла его голову, положила себе на колени. Она не замечала, как горячие слезы стекают по ее щекам и ударяются о лицо отца. Он открывал и закрывал рот, из которого доносилось противное бульканье. В глазах его застыл ужас перед неминуемым концом.

— Ти... Тиффани... Я тебя люблю, доче... нька...

Слова превратились в хрип. У Тиффани зазвенело в ушах. Она подняла глаза, надеясь найти помощь, кто-то ведь должен был слышать ее крик, но люди стояли у домов, наблюдая за ними издалека, и ничего не делая.

— Чего же вы смотрите?! Сделайте хоть что-то!

Кто-то достал телефон из кармана, что-то судорожно стал набирать. Из соседнего дома выбежал начальник отца. Шеф полицейского участка в центре Эмбервуда. Он попытался оттащить Тиффани от мертвого тела, но она вцепилась в него, согнулась пополам, и едва не рычала. Она не хотела отпускать отца, не хотела верить, что того больше нет.

Похороны прошли как в тумане, слишком быстро. К ней кто-то подходил, выражал сочувствие, но Тиффани не слышала. Ее глаза опухшие от слез плохо видели. Ночами она едва ли могла спать, потому что каждый раз закрывая глаза, видела мертвого отца.

В тот день мать уехала на скорой вместе с мужем. Она забрала с собой и Еву, а Тиффани оставила дома. Она смотрела на нее острым взглядом красных глаз и без слов проклинала ее.

Впервые мать заговорила с Тиффани на похоронах. Она подошла к дочери, когда зал опустел.

— Это ты виновата, — прошипела она. Виноват был водитель, которого так и не нашли. Но мать страдала от смерти мужа, и искала виноватых в других, и совершенно забывала, что их дети тоже горевали. — Если бы вы не пошли играть на эту чертову поляну в этот чертов бейсбол, то он был бы жив. Мой милый Майкл был бы жив. Если бы мы сдали тебя назад в детский дом, как я просила, то все было бы в порядке.

Слова потонули в тишине, обволакивающей Тиффани со всех сторон. Она осталась совсем одна.

Тиффани пришла в себя с дикой головной болью. Она коснулась затылка, где пульсировало, и на пальцах осталась кровь. Девушка попыталась встать, но не получилось. Стараясь резко не крутить головой, Тиффани осмотрелась: каменные стены, блестящие от большой влажности, оказались знакомы; в трещинах пола засохла чужая кровь; мох постепенно нарастал на стены; вдалеке росла очередная ива. Кое-где внутрь падал лунный свет, но в основном коридоры подсвечивали тусклые желтые лампы. С потолка капала вода. Значит на улице опять пошел дождь.

Чуть дальше на стене кто-то нарисовал граффити «Инферно». То самое.

Стало холодно, будто кто-то открыл дверь и по полу прошел сквозняк. Тиффани закуталась в олимпийку, подтянула к себе голые ноги: обувь маньяк снял, как и на других своих жертвах. Тиффани не надеялась найти телефон, наверняка он его выкинул, но все равно пошарила в карманах. Пусто. Даже старый чек выкинул.

Разве маньяк не должен был с ней говорить? Объяснить ей правила. Вдруг она никогда не видела его «шоу». Тиффани решила не терять время зря, вспоминала какие ловушки были в его видео. У нее было преимущество. Мужчина не знал, что Тиффани служит в полиции. Он не знал, что она ищет его вместе с Мэттью.

Вспомнив о Мэттью в Тиффани затеплилась надежда. Вдруг он обратит внимание на ее исчезновение? Может не сразу, но будет искать ее. Даже если к тому моменту Тиффани умрет, она исполнит свой долг, поможет Мэттью найти «Создателя миров». Но внутри все запротестовало. Даже если жизнь, еще несколько часов назад, казалась Тиффани бессмысленной, это не значило, что она хотела умереть. Но Мэттью наверняка было все равно на нее. Он просто решит, что у Тиффани изменились планы. Поедет осматривать тела один, потом домой спать.

Сколько вообще прошло времени? Несколько часов или дней? Может ее уже ищут? А может всем все равно на бедную Тиффани... Но Ренди бы точно забил тревогу!

Почему Тиффани сразу не сообразила, что изливать душу незнакомцу, тем более ночью, плохая идея? Он задавал такие странные вопросы: неужели нет подруг, которые приедут поддержать? А Тиффани выдала ему все. Ни родителей, ни друзей, ни парня. Молодец. Сама сдала себя в лапы убийце.

— Наконец-то ты пришла в себя, — голос раздался из динамиков. Слова отразились от стен. Легкий скрежет искажал его, но Тиффани прекрасно помнила мужчину у магазина. Точно он. Действует один? — Я устал ждать.

— Кто ты? — спросила Тиффани.

— Называй меня «Создатель миров». Слышала обо мне?

— Нет, — соврала она.

— Ничего. Ты станешь моей новой звездой. Миллионы людей увидят тебя. Скажут, что ты хорошая актриса. Ты ведь хорошая актриса?

Тиффани ничего не ответила.

— Ты была разговорчивее. Почему не улыбаешься? Тебя снимают камеры.

Но Тиффани не шевелилась.

— Ладно, — хмыкнул мужчина. Конечно он был не доволен, что Тиффани храбрится. Ему нужна была напуганная овечка. — Тебе нужно пройти лабиринт. Найдешь выход, я отпущу тебя живой. Но смотри внимательнее. Везде могут быть ловушки.

В любом случае Тиффани ждала смерть, она знала. Просто маньяк играл с ее сознанием, давил на желание жить, давая надежду на свободу. Лжец.

— Как же я рад, что ты пришла в тот магазин. Я хотел передохнуть после последней игры, но ты такая невинная и одинокая. Я просто не смог устоять перед соблазном.

— Псих, — процедила сквозь зубы Тиффани. Мужчина засмеялся.

— Все мы ненормальные. А теперь, — его голос обрел жесткость, — вставай. Пришло время играть.

Мэттью покрутился на стуле. Телефон он держал в руке не выпуская последние полчаса. Он знал, где живет Тиффани, и посчитал, что тридцати минут на дорогу ей хватит, но прошел уже час, а девушка так и не появилась. Он позвонил раз, затем второй. Написал несколько сообщений. Ничего. Она же не могла так крепко уснуть, что не слышала, как он позвонил ей уже десять раз?

Он мог бы забить, поехать в тот лес один... Его ждали. Тоня позвонила и прокляла его, но он сказал, что ждет Тиффани, и та магическим образом успокоилась. Что-то не давало ему покоя, и Мэттью продолжал ждать. Может дело было в том, что она плакала, когда он позвонил ей? Он боялся, что она сделала что-то с собой? Даже если так, это ведь не его вина.

Он прокрутил в голове их разговор несколько раз. Хриплый голос девушки, ее короткие и тихие ответы, шум ветра на фоне. Она сказала, что ходила в магазин последи ночи. Но почему говорила тихо, если была на улице? Кто-то рядом? Она не хотела говорить при нем?