Ирина Пиняева – Инструкция для секретарши (страница 4)
– Серьезно? – мужчина уже меня отпустил, но мои слова возымели свое действие.
– Конечно, – поправила ремешок сумки, который совсем не вовремя принялся сползать с плеча. – Мы же даже не пробовали договариваться. Может, мне понравятся твои условия.
У меня получилась кривенькая улыбка, не такая, как хотелось, но тоже не плохо. Мужчина окинул меня оценивающим взглядом – усмехнулся, и, развернувшись, плюхнулся на постель, благо, она стояла прямо за ним.
– Ну давай, покажи, – он самодовольно, по-мужски, усмехнулся, – предмет договора.
Осторожно сбросила сумку с плащом у двери, на пол, с неудовольствием заметив, как дрожат руки. Повернулась к Стасу уже с широкой улыбкой на лице. Мужчиной он был крупным и сейчас занимал практический всё пространство кровати, опираясь на руки и широко раздвинув ноги.
– Давай-давай, – подбодрил он, и я сделала шаг.
– Могу я попить, – быстро, не дожидаясь его позволения, направилась в сторону бара, уже по мере приближения замечая бутылочку простой воды на самой нижней полке, там же стояла бутылка шампанского, кажется, Piper-Heidsieck Brut – прекрасный выбор.
– Ты от меня не отвертишься!
Не ожидала, что он так быстро может передвигаться – раз, и уже обхватил меня со спины. Дернулась, но он вновь держал крепко, лишь отшатнулась в сторону кресла, ухватиться за него тоже не смогла, лишь прочертила ногтями по обивке.
– Я сама! Отпусти! – вскрикнула от грубости.
– Конечно, сама, но я помогу, – он потянул меня в сторону, я же согнулась и смогла дотянуться до деревянной коробки с сигаретами. Стас это заметил и дернул меня на себя, короб упал, сигареты рассыпались по полу.
Черт! Попробовала выкрутиться, но тут рука, словно сама по себе, подхватила пепельницу. Она была стеклянной и тяжелой.
– Пусти! – вновь пискнула.
Стас дернул меня на себя, а я замахнулась. Он как-то удивленно посмотрел и, не устояв на ногах, свалился на пол, держась за голову. Я видела, как сквозь его пальцы проступают алые ручейки крови.
– Ну, допрыгалась! – он резко и зло поднялся на ноги и накинулся на меня.
Я закричала ещё громче. Дверь в комнату открылась и мимо меня пробежал Аркадий Анатольевич.
Босс набросился на Стаса с кулаками, кажется, тот не ожидал такого поворота и принялся отступать. Вот он мой шанс! Подхватив вещи, выбежала в общую комнату и закричала:
– Помогите! Там Стас! Его бьют!
Как я и думала: до меня никому не было дела. А Аркадий! Поделом. Пусть его самого имеют во всех позах.
Пришла в себя, когда уже гнала по трассе на машине босса в сторону соседней области, на предельной для этого крокодила скорости.
Глава 4
Марина Глушкова
Вдох-выдох!
Постепенно отпускаем педаль газа.
Всё получилось, машину чуть побросало из стороны в сторону, хорошо, что движение было неплотным.
О чем я вообще думала? Я же поклялась, что больше никогда не сяду за руль. Никогда!
Снизила скорость до максимально разрешенной, перестроилась в крайнюю правую полосу движения и попыталась сосредоточиться. Грудь еще содрогалась от рыданий, в носу хлюпало. Не верилось, но я вырвалась из ловушки, в которую попала по собственной наивности и глупости. Но кто же знал, что мужик в сауну ходит с другими мужиками, а не с бабами. Не смешная шутка получилась.
Прощай, дорогой Аркадий Анатольевич!
Прощай модельный пиджак, запонки с бриллиантами, прощай, мечта о богатом начальнике!
И, по-видимому, прощай, работа!
Я вновь хлюпнула носом и, чтобы перебить свои мысли хоть чем-нибудь, включила радио. Там как раз играла композиция Максим «Птицы», которую я очень хорошо знала и с удовольствием начала подпевать во весь голос.
К сожалению, я отношусь к тем людям, которые имеют слух, обожают слушать музыку и, естественно, любят петь, – вот только слушать их невозможно. Это как слушать оперу, исполненную по нотам, но ослицей. Бросила взгляд на пассажирское сиденье, на котором удобно устроилась моя сумочка и плащ.
Эмоции были такими, что не знала: мне плакать или смеяться. Надо же было убежать от насильников, не забыть прихватить плащ и сумочку, к тому же угнать машину потенциального любовника!
Да какую! Буду считать, что Аркаша мне задолжал.
Жаль, только «кушает» эта железяка много. Проехала всего-ничего, а уже надо сворачивать на заправку.
Алексей Строков
Голова гудела, словно трансформаторная будка. Попробовал поменять позу и ничего не получилось. Руки, ноги были зафиксированы, а во рту – кляп.
Машину трясло, видимо, мы куда-то двигались. Все-таки Аркадий оказался настоящим трусом и ударил исподтишка, знал бы, какая жадная крыса у нас здесь завелась, натравил бы сразу службу безопасности.
– … полная луна укажет мне путь…, – раздавались вопли с переднего сидения.
Кажется, теперь я понял, отчего очнулся, каждый звук, словно иголкой, колол в виски…
– … когда заживё-ё-ооот больное крыло-о-о, ты вновь улетишь… дале-е-еко-о-о…
Хотелось рявкнуть: «Да, мать твою, заткнись ты уже!», только мешали кляп и сложившиеся обстоятельства.
Приложив немалые усилия, перевернулся на спину и присел. Места было много, вытянуться в полный рост, конечно, не получилось бы при всем желании, но сесть с согнутыми ногами, чтобы при этом меня не было видно с передних сидений, – вполне.
От кляпа избавился быстро, но исполнять свое главное желание – заткнуть одну певицу – не спешил. Осторожно выглянул и поразился: за рулем сидела смутно знакомая белобрысая лохматая голова, кудрявые волосы торчали в разные стороны, словно этот человек сушил их прямо в машине, на скорости, высунув голову из окна, – и больше никого. А сейчас, при тусклом утреннем свете, если приложить немного фантазии, можно представить, что это одуванчик.
… Их было пять. Тех, кто так «по-приятельски» встретили меня на парковке возле обещанной бани. Никаких тебе переговоров, длинных объяснений и прочей бандитской философии, меня даже не пытались подкупить – стукнули по голове, оглушив, а затем я очнулся связанным в багажнике, судя по всему, какого-то джипа.
Машина начала сбрасывать скорость, я притаился, стараясь не издать ни звука. Музыка была выключена.
Женщина заглушила двигатель, чем-то пошуршала и покинула салон. Мы остановились на стандартной заправке, таких полно в этом регионе страны.
Через наглухо затемненные окна, получилось хорошо разглядеть лохматую девицу. Кажется, она была то ли помощницей, то ли любовницей, то ли все вместе… В общем, точно была сообщницей Котова. Вот теперь все встало на свои места. Девица постоянно терла припухший нос и воспалённые глаза, пару раз даже пощипала щеки для румянца. Странное поведения для преступника, но не мне судить. Дождался, пока она с излишней осторожностью вставит пистолет в бак, несколько раз перепроверит – нажат ли рычажок и направится для оплаты в кассу, только затем начал действовать.
Ее тонкая, обдуваемая ветром, фигура казалась какой-то ненастоящей, уязвимой что ли. Или это излишне женственные движения и жесты дарили такое обманчивое восприятие. Больше не стал терять времени, перемахнул через спинку заднего сидения и притаился за водительским, места было достаточно даже для меня. Руки были по-прежнему связанными, но скотч уже изрядно потрепался и растянулся, спустя несколько попыток его разорвать, он все же поддался. А салоне не было ничего, что можно было бы использовать как оружие. Взгляд упал на раскрытую дамскую сумочку, в которой что-то блеснуло. Видимо, девица, взяв кошелек (или что там у нее) не удосужилась прибрать сумку. Потянулся рукой и достал хромированную ручку с нашей фирменной эмблемой. Это был лимитированный выпуск, только для ВИП-клиентов. Значит, эта дамочка еще и подворовывает. Неудивительно.
Колпачок за что-то зацепился, недовольно цыкнул: «Что за свинарник?» – пришлось вытаскивать предельно аккуратно, словно играя в «Башню». Тем не менее все равно вытянул что-то непонятное. Поддавшись любопытству, растянул перед собой – кружевные, словно паутинка, трусики с неоторванной этикеткой.
"Ничего так, пойдет!" – про себя одобрил выбор.
Скомкал и быстро засунул обратно в сумку.
В салон проник запах бензина. А в дверях показалась сама хозяйка того безобразия, что творится в ее сумке.
Пока девушка шла к машине, успел ручкой проткнуть скотч на ногах – теперь все вообще чудесно.
– Да, хорошо! – послышалось со стороны бака, в окне мелькнула фирменная форма автозаправщика, а девушка ловко запрыгнула за руль.
Послышалось тихое шебуршание, хлюпанье носом, что-то вроде «страшилище» и «неудивительно, что все шарахаются».
– О! Лорак! – уже более уверено. А этот момент у меня словно сработал условный рефлекс.
Кажется, я до сих пор помню, хоть и был без сознания, что мне пришлось стерпеть после ее: «О! Максим!».
– То, что надо!
Я приставил холодную ручку к горлу девушки:
– Только попробуй включить!
Глава 5
Марина Глушкова
Мы ехали в тишине уже больше часа. Все это время я чувствовала себя героиней фильма, которая наступила на противопехотную мину и теперь боится не только сделать шаг, но и элементарно пошевелить глазами. Наверное, именно поэтому я долго и не решалась посмотреть в зеркало заднего вида, а когда решилась, – оно мне показало темный потолок. Сама виновата: меня так расстроило свое отражение, что я выместила на нем свое раздражение, довольно сильно стукнув.