Ирина Пичугина-Дубовик – Моё разноцветное детство. Для детей и маленьких взрослых (страница 5)
Удивился мужик, но скатерть взял. Поблагодарил медведя и домой пошёл.
А дома у него чисто светопреставление: дети с голодухи ревут, жена им подзатыльники раздаёт, не тяните, мол, душу!
Тут мужик и решил испробовать медвежий подарок. Говорит своим:
– Глядите, что мне медведь в лесу дал… Сейчас всех вас накормлю.
Постелил скатерть, ждёт, а ничего и не происходит… лежит на столе старая скатерть и всё тут.
Ох, жена мужика на смех подняла, а дети пуще того разревелись… Мужик озлился и как хватит по столу кулаком:
– Вот я дурак, что медведя послушал! Надо было того медвежонка зарубить, мы бы шкуру продали, сейчас бы щи хлебали со краюхою хлеба…
И в тот же миг всё по его словам сделалось: чугунок со щами и краюха хлеба! Тут все мигом за стол уселись и уж ели-ели, пока сытыми не отвалились…
Говорит мужик:
– Медведь-батюшка, прости меня за злые слова, сам я, дурья башка, наказ твой забыл, да и наболтал сдуру. Век теперь тебя благодарить буду, благодетеля.
С тех пор так и пошло.
Постелют скатерть и просят: то щец горяченьких, а то и курочку жареную. Выправились, с лица округлились, работа у мужика пошла так, что загляденье! Никто за ним не угонится.
Да мужик-то жалостивый был, перед соседями, вишь, ему совестно было, что он ест, а они голодают. Вот он и стал тихонько то одного, то другого к себе завывать и от души угощать. Про то слух пошёл, что, мол, был-де он бедняк из бедняков, а теперь людей задарма кормит. Слух и до богатея соседа дошёл. Удивился тот и решил сам всё разузнать. Пришёл к нашему мужику, водки принёс, и ну, упаивать того. Да… упился мужик и выложил соседушке всё, как на духу. И про медведя, и про скатерть.
– А врёшь ты всё, – говорит хитрый сосед. – А ну, покажь!
Взвился тут наш мужик, что его вруном окрестили, достал скатерть и стукнул по ней три раза:
– Подавай нам закуси наиприятнейшей!
Появилась на столе и белорыбица, и соты медовые, и пряники печатные…
У богатого мужика глаза на лоб полезли. Уж не знает, как и домой добрался. А дома говорит жене:
– Ты смастырь мне скатерть, вот, мол, таку и таку, да чтобы старая была, не из новья.
Жена ему и смастырила. А он в следующий раз мужика бедного подпоил, да его скатерть на свою и заменил.
Наутро проспался наш мужик, хрясть кулаком по скатерти, подавай, мол, мне рассолу огуречного!
А вот на тебе! Ничего ему скатерть не даёт!
Уж мужик по скатерти и лупил, и лупил кулаком, ан не вышло. Тут он взвился от досады, да в лес побежал. Бежит и медведя кличет:
– Хозяин, выходи, беда!
Вышел к нему медведь:
– Чего ты взыскался?
– А вот, все руки отбил я об скатерть твою, а она поесть не даёт!
– Да ты бы лучше, чем руки, голову свою дурную об неё отбил! Не видишь, что ли, скатерть не та!
Тут только мужик и углядел, что другая скатёрка-то… Подкосились ноги у него. Как был, так и осел на землю:
– Ах, ты ж, подменил, проклятый… Да ведь отопрётся стервь, я, мол, не я, и лошадь не моя… Чем же теперь детей я кормить-то буду…
Послушал медведь, как мужик воет, причитает, пожалел, видать.
– На тебе другой подарок, да вдругорядь никому его не показывай.
А подарок тот был – кошель старый, пустой совсем. Ну, дарёному коню в рот не смотрят, пожался наш мужик, пожался, поблагодарил и до дому подался.
А дома семья голодная, ждет, чем дело кончится.
– Чего ты принёс? Поправил медведь дело? Дал новую скатерть?
Уконфузился мужик, показывает жене старый кошель, а та его из рук выхватила да и тряхнула, может завалялась внутри денежка-другая… Что же? Посыпалось вдруг из кошеля, зазвенело! Медяк за медяком, вот уже и кучка с горкой! Обрадовались все, мужика на базар снарядили. Вскорости он назад пришёл, всем обновки да подарки принёс: детям леденчиков на палочке, жене плат новый, себе рубаху, да и поесть прикупил.
С тех пор так и пошло. Потрясут кошель над полом, натрясут кучку невеликую и живут себе припеваючи… Да… пока мужику опять, вишь ты, совестно не сделалось, что живут они, в ус не дуют, а у соседей в кармане вошь на аркане. Что поделать? Стал мужик соседям помогать потихоньку: то ребятишкам денежку всунет, то купит чего.
Все опять в сомнениях, как так? Был голь перекатная, а тут – на тебе?
И опять дошло до богатого мужика. Тот уже понимал, что к чему, опять за медвежьим подарком с водочкой подкатил:
– Ты прости меня соседушка, бес меня попутал, прихватил я твою скатерть самобранку, да совесть меня лютая заела. Вот, возьми её назад, и давай мировую выпьем!
Наш мужик уж и отнекивался, да не устоял…
В общем, вдругорядь объегорил его богатый сосед… спьяну-то и подменил кошель мужику, а скатерть самобранку опять с собой унёс.
Как бедолага наш проспался, так и за голову схватился:
– Не отдаст теперь сосед ни скатерти, ни кошеля батюшки медведя… Нет мне, дураку, детушки, прощения… Пойду, попрошу смерти лютой себе за то, что вас по миру пустил…
И пошёл.
Пришёл в лес и кличет-зовёт хозяина лесного.
И тут явился на зов его медведь:
– Чего ревёшь, зайцев-белок пугаешь? Али случилось чего?
Всё ему мужик и рассказал, повинился и смерти себе лютой просить начал.
Подумал медведь:
– Ну что же, всем ты, мужик, хорош – работящий, добрый, жалостивый, совестливый… Только глупый ты. Ой, и глупый! Смерть твоя погодит пока, а на распоследний раз дам я тебе подарочек. Вот тебе сума, да не простая, волшебная. Ты домой иди, всех из дома выгони, дверь запри, да и скажи тихохонько: «Сума, сума, дай ума». Она и даст. А когда поймёшь, что уже довольно тебе ума, ты и скажешь: «Сума, довольно ума». Она и перестанет тебя учить. Только больше ты ко мне в лес не приходи, я с тобой сполна расплатился.
Мужик чуть медведю в ножки не падает, благодарит и обещается, что никому про этот последний подарочек не расскажет.
А медведь, эдак усмехается и говорит мужику:
– А я тебя о том и не просил. Говори, кому пожелаешь.
И ушёл медведь, как его и не было.
Постоял мужик, потоптался, да и домой побрёл. Сума как сума, простая, холщовая. Через плечо, с какой странники да убогие по дорогам шастают, к тому же – пустая.
Ну, тем не менее, мужик дома всех из избы выгнал, как медведь велел, двери запер, суму на гвоздь повесил и говорит тихонечко:
– Сума, сума, дай ума…
Тут из сумы как выскочат две колотушки, и давай мужика по плечам, по спине охаживать! Били-били, пока мужик не вспомнил, да не взмолился:
– Сума, довольно ума!
Тут колотушки и пропали. А мужик лежит на лавке, стонет, больно ему, вишь. Пока лежал, думу думал. Думал-думал и надумал!
Подождал, пока синяки да ссадины заживут, дождался, когда мимо на лошади богатей поедет, стал во дворе своём да как заорёт:
– Ой, счастья-то, счастья-то сколько мне привалило! Уж ни в сказке сказать, ни пером описать! Вот спасибо тебе, медведушка-батюшка! Век за тебя Бога молить буду.
Услыхал то жадный сосед, думает:
– Чем же ещё медведь этого дурня одарил?