Ирина Перовская – Имеем право (страница 12)

Виктор был порывист, он целовал девушку с такой небывалой страстью, какую в себе даже не предполагал раньше. Он не узнавал себя, но думал в этот момент об этом несколько отстраненно. Он вообще перестал о чем-либо думать. Его будоражила, возбуждала Маринкина податливость и уступчивость, ее запах, ее стон, ее руки, крепко стискивающие его тело и ее сумасшедшие поцелуи. Да, именно поцелуи сводили парня с ума. Виктор никогда и никого до этого так не целовал. И никто так пылко и страстно не целовал его. Он настолько сильно хотел обладать сейчас именно этой женщиной, здесь и сейчас, что ему было не до сравнений и не до воспоминаний. Наверное, так и называется то состояние, в котором он нынче пребывал – «полный и окончательный снос головы!» Мужчина был весь нацелен на получение желаемого, поэтому кроме испепеляющей душу страсти ни одной мысли в его голове больше не возникало. Он не думал сейчас ни о любви, ни о предательнице Танюшке, ни о «друге» Маринке. Он просто летел на другую планету, и этот полет доставлял ему фантастическое, какое-то первобытное, животное удовольствие.

Когда их совместный полет в космос закончился и оба, тяжело дыша, откатились друг от друга в разные стороны, понемногу отступила острота ощущений, улеглись страсти, и наступило отрезвление. К каждому пришло осмысление – «что мы наделали?» Но… дело сделано, теперь видимо, нужно что-то говорить, но – что…? О чем…? Как?

Марина молчала, ожидая, что Виктор сейчас скажет ей какие-то главные слова.

А Виктор с ужасом искал выход из ситуации и…. не находил. Он достаточно отчетливо осознавал в эту секунду, что как мальчишка попал в волны своих первобытных мужских инстинктов. Он совершенно, ну просто ни капельки не был влюблен в Марину и ужасное потрясение от совершенного им только что поступка, тяжелым ударом отдалось в его сердце. Он резко и внезапно протрезвел. Полностью!

Он еще совсем недавно, буквально часы назад, считал предательницей свою Танюшку, а кем в данный момент можно назвать его? Кто он теперь, если не такой же предатель, если не хуже? «О, Боже, что же это со всеми нами произошло, зачем я все это делаю, – пульсировала мысль в голове у парня. Ему захотелось немедленно бежать, покинуть навсегда этот дом, никогда больше не встречаться с этой необычайно страстной Мариной и забыть, забыть навсегда все, что случилось сегодня. – Да, нужно вставать и уходить», – трусливо подумал Виктор и, ни слова не говоря, попытался подняться с дивана.

Но Марина…. Разве о таком окончании вечера наша Маришка могла мечтать? Нет, конечно! Она была поражена такой бестактности Виктора, получившего то, что хотел и собиравшегося без слов и признаний просто уйти. «Ну, уж нет, так дело не пойдет! – решительно подумала девушка и, протянув руку к стоящему рядом с диваном торшеру, зажгла свет. И зажмурилась в ожидании, боясь взглянуть в лицо парня. «Не открою глаза, пока он первый не заговорит», – в отчаянии подумала она и упрямо лежала молча, даже не прикрывшись простыней, совершенно не меняя позы и не стыдясь своей наготы. Она ожидала каких угодно слов от Виктора, сидевшего рядом с ней, но только не того ужасного шепота, который издал мгновение спустя, этот мужчина:

– Марин, что это значит?

Марина тут же открыла глаза и с удивлением посмотрела на Виктора. А тот сидел у ее ног, и его бледное лицо покрывалось мелкими капельками пота. А в его глазах плескались изумление, страх и растерянность. Такого Марина еще никогда не видела, чтобы взрослый мужчина так сильно чего-то испугался. А Виктор почему-то переводил взгляд с Маринкиного лица на ее ноги, на живот и обратно, заглядывал ей в глаза и продолжал шептать: – Что? Как… почему не предупредила?

Ничего не понимающая Марина, напуганная непонятным поведением парня, проследила за его взглядом и то, что она увидела, повергло ее в не меньший ужас и шок….

Она растерянно посмотрела на свои ноги, которые были в крови, перевела взгляд на скомканную испачканную кровью простыню и ахнула. В ее голове застучали молотком такие же слова – «что это значит?» Девушка судорожно пыталась понять, что с ней произошло, и вдруг от страшной догадки сама побледнела и задрожала: «Он что-то во мне нарушил, поранил и теперь я умру?» – Слезы брызнули у нее из глаз, и она в страхе сжалась в комочек, обнимая себя, защищая и не замечая, что с ужасом в глазах повторяет последнюю фразу уже вслух:

– Я умру, да? – и такой жалкой и растерянной сейчас она выглядела, что Виктор, от стыда за свой поступок, схватил Марину в объятия, прижимая к себе и баюкая, в попытке успокоить. А она вырывалась и продолжала плакать и истерично спрашивала парня: – Что же со мной произошло?

Парень, аккуратно отвел от ее лица, спутанные светлые волосы, вытер слезы и, успокаивая и извиняясь одновременно, начал говорить:

– Прости, меня, малыш. Я виноват. Прости, – шептал Виктор, с мольбой заглядывая в глаза плачущей Марины. – Я же не знал, что ты… ну что у тебя еще никого до меня не было. Прости. Если бы я знал, я бы никогда….

Марина, сначала ничего не поняла из сказанного им, а потом ей стало так легко и радостно от того, что она услышала, не передать! «Виктор подумал, что он у меня первый! С ума сойти! Ого! Но как ему признаться в его ошибке? Да и зачем?! – мысленно ликовала Марина, продолжая молча слушать то, что говорит ей испуганный парень. – Хотя откуда тогда кровь, в самом деле? Хоть ее и немного, но это же кровь…. Вроде бы ничего не болит внутри…. Ну блин, дела…. – она не собиралась ему врать или вводить в заблуждение и сама с собой мысленно спорила сейчас: – Но обстоятельства ведь так удачно сложились, что, пожалуй, лучше умолчать…. Ну ладно, оставим пока все как есть. А там я разберусь. Потом! Главное чтобы он сейчас был убежден в том, что сам же и говорит!» – и Марина, словно актриса, изображая из себя утомленную и трепетно-ранимую девочку, с обвиняющим взглядом посмотрела на растерянного и резко протрезвевшего мужчину. А потом, великодушно произнесла:

– Ладно, Виктор, не будем превращать такой чудесный вечер в трагедию. Я лично ни о чем не жалею. А ты? – и она пристально вглядываясь в его глаза, вздохнула. Видя, что парень не знает, что ответить, продолжила: – Мне было замечательно. И ты был таким нежным и страстным, что я даже боли не почувствовала. Спасибо тебе за такой подарок. И не нужно никаких слов, я ведь видела, что тебе тоже было со мной хорошо. Или…? – и она замолчала. А от страха, что она что-то сказала не то, и не так – у нее неожиданно навернулись слезы и потекли ручейками из глаз.

Виктор, глядя на плачущую Марину, словно очнулся ото сна. Он вздрогнул всем телом. До него постепенно доходило, что Марина, оказывается, не сердится, а просто напугана, но она ему благодарна и ей было хорошо! «Ну, надо же! Какая женщина!» – невольно подумал он с восхищением.

Виктор совершенно забыл, что только что хотел убежать и забыть обо всем навсегда. «Зачем бежать, когда все не таким страшным оказалось, да и хорошо ему действительно было с ней. Фантастически хорошо! И с ней и в ней! И я у нее первый! Неожиданно! И еще с ней так классно целоваться!» – додумав все это в одну секунду, Виктор с нежностью обнял Марину и, шепча ей слова признательности и прося прощения, потянулся к ее губам. А Маринка, словно ожидая именно этого, так облегченно и глубоко вздохнула, и с такой трепетностью откликнулась на поцелуй, что Виктор почувствовал, что он ни за что не сможет сейчас уйти куда-то от такой чудесной девушки. У него опять начало сносить голову.

Но Марина, почувствовав в парне нарастающее желание, уверенно его отстранила, со словами:

– Нет, Витюш, дорогой! Давай не сегодня. Пожалуйста. Я что-то не очень готова повторить. Давай не сейчас. – И нежно погладила пальчиком его глаза, провела по щеке, обвела губы и вздохнула.

Парень вздрогнул от таких прикосновений, словно просыпаясь, и тут же виновато начал оправдываться и заверять Маринку, что конечно она права, и что да, действительно, на сегодня нужно все заканчивать. Конечно, же, да!

Виктор благодарно поцеловал Марине руку и оглянулся по сторонам в поисках своей одежды. Он внезапно вспомнил, что завтра ему нужно в аэропорт, лететь в командировку, и это осознание уже полностью остудило его голову.

Виктор в спешке надел на себя джинсы и рубашку, а Маринка в это время накинула на себя домашний коротенький халатик и стояла в ожидании в стороне, у стены. И такой она ему показалась в этот миг домашней, уютной, родной, что парень, стремительно подошел к ней и, обнимая, попросил еще раз простить и обязательно подождать со всеми разговорами. А ровно через месяц он вернется из командировки и они все обсудят и обговорят спокойно и трезво. Маринка согласно кивнула ему в ответ, робко и застенчиво улыбаясь.

Такой она ему и запомнилась и виделась в мечтах и снах почти весь долгий месяц, пока длилась тяжелая вахтовая работа на холодном севере. Улыбающаяся и застенчивая девочка…. Но это будет потом, позже.

А сейчас Марина, проводив парня до калитки, вернулась в дом, удивленно еще раз огляделась, хмыкнула, пожала плечами и отправилась мыться. У нее ничего не болело внутри, и никакой крови больше не было. «Чудеса какие-то! – подумала девушка. – Ведь у меня же почти точно так было, ну тогда, когда я в первый раз согласилась быть со своим старичком. Правда, всего один раз, но…. Почему опять кровь? Разве так бывает?» – Совершенно не понимая, откуда что взялось и что же с ней произошло на самом деле, она устало легла на свой диван и без всяких мыслей в голове провалилась в сон.