Ирина Оганова – Падение в неизбежность (страница 61)
– Куда это ты собралась? Не хотела же…
Лида наблюдала за Мариной, как та в махровом полотенце, обмотанном вокруг головы, постукивала кончиками пальцев по лицу и вбивала белую густую маску.
– Хоте-е-е-ела, перехоте-е-е-ела! – пропела Марина и весело подмигнула Лиде.
– Поздно вернёшься? Игорь обещал Сашу к десяти вечера завезти.
– Ну и хорошо.
– Что хорошо?
– Лид, ну что ты пристала? Не знаю, во сколько приду. Может, рано, может, нет… Ты лучше водителя мне вызови на четырнадцать тридцать. Если будет возмущаться – якобы я его отпустила на воскресенье, – передай, что ничего не знаю и чтобы был как штык.
– Загадками какими-то говоришь… Не люблю я всё это… А если он выпил?
Марина закатила глаза и скривилась.
– Он что, ещё и выпить любит?!
– Выходной у человека! – выгораживала водителя добросердечная Лидочка.
Марина пожала плечами и пошла на кухню выпить для бодрости чашку кофе. Оделась Марина совсем не так, как любил Фёдор: короткое чёрное платье, ажурные колготки и высокие сапоги, сверху кожаная чёрная куртка, которая едва доходила до талии. И это не считая красных губ, так сильно любимых бывшим свёкром, и чёрных стрелок, воинствующе задранных к вискам. Оглядывая себя в зеркале перед выходом, Маринка была крайне удовлетворена и злорадно лыбилась, а Лида смешно хлопала глазами, потеряв дар речи.
Машина уже стояла у входа, и водитель с охранником увлечённо общались. У охранника опять было незнакомое лицо, и он с любопытством пялился на Марину. «Новенький! Ещё всё интересно… Кто почём и что зачем. Разглядывает… Значит, оделась правильно!»
Питер по-воскресному немноголюден и по-осеннему мрачен и неприветлив. Она подъехала слишком рано и попросила остановиться, немного не доезжая до главного входа в «Асторию». Впереди огромным тёмным пятном на сером небе выступал Исаакиевский собор. «Давненько же я тебя не видела. Стоишь, хмуришься, взираешь на всех свысока…»
Незаметно подкрадывалось беспокойство. Оставалось пять минут, и надо выходить из машины. «Есть ещё один вариант – вернуться домой…»
Разум не говорил – он вопил, что она, как глупая мышь, опять лезет в мышеловку. Марина судорожно решала, с какого входа войти: если с главного, не исключено, что за стойкой ресепшен будет стоять эта девка, которая сыграла не последнюю роль в её жизни.
– Да пошла она! – вслух пробурчала Марина и гордо процокала каблуками мимо швейцаров, и в фойе демонстративно не посмотрела в сторону ресепшен. Телефон на всякий случай был зажат в руке и неожиданно издал звуковое оповещение. Это было сообщение от Игоря. Марина остановилась как вкопанная.
«Нам надо поговорить. Мне очень трудно без тебя…»
Она догадывалась, чего стоило ему написать эти слова, и неприятная волна откуда-то снизу пробежала по всему телу.
В десяти шагах от неё в кафе сидел Фёдор со стаканом виски в руках. Он давно заметил её, но не тронулся с места. На лице застыла его дежурная полуулыбка, и он зачем-то всё время поправлял волосы.
Марина сделала первый нерешительный шаг – казалось, к ногам привязаны пудовые гири. Остановилась и быстро написала ответное сообщение: «Мне тоже очень трудно без тебя, Игорь…» Хотела отправить, но решила в конце поставить восклицательный знак и дописать: «Приезжай завтра домой, я буду очень ждать тебя…»
Марина засунула телефон в сумку и взглянула на Фёдора с вызовом. Этот взгляд означал, что, если он сейчас же не встанет и не пойдёт ей навстречу, она исчезнет и уже навсегда. Фёдор поставил стакан на стол, медленно встал и твёрдым шагом направился к ней, не отводя глаз, которые сегодня были необыкновенного цвета – цвета ясного неба. Из десяти шагов, что разделяли их, ему предстояло сделать девять, один шаг уже сделала она. Марина застыла и словно в детских снах полетела сквозь белые облака, падая в свою неизбежность.