Ирина Оганова – Падение в неизбежность (страница 31)
Марина чуть рот не открыла от такого заявления и как заржёт на всю квартиру!
– Ты настоящая подруга, Вика! Думаю, за что же я так люблю тебя?! Другая бы соврала, сказала, что несмотря ни на что выгляжу превосходно. А ты правду-матку в лоб. Блин! Ну как смешно получилось! Ух! Смеяться больно!!
– Идите перекусите! – крикнула из кухни Лида. – Я сырников наделала…
Вика уплетала горячие сырники и нахваливала Лиду:
– Вот где мне такую Лиду взять? Лидочка, у вас нет случайно родной сестры?
– Нету… А ты ешь, ешь… Я тебе и с собой заверну, – Лида довольно улыбалась: любила, когда хвалят.
– Ну, что нового? Кого видела? С кем общалась?
– Вчера Любку с Оксаной встретила в Vox[5]. Мы с Лерой пообедать зашли. Терпеть не могу эту Оксану! Всё про тебя расспрашивала. И про тебя, и про Игоря… Нездоровое любопытство. Я пару слов резких сказала… Не выдержала… Если бы не Любка, ни за что за один стол не села бы!
– А Лера как? Пьёт?
– Ну так… вялотекуще…
– Может, ей подшиться?
– Может… А кто ей об этом скажет?! Я не смогу…
– Да… Непросто сказать…
– Что мы всё Vox да Vox?! Есть же другие рестораны… Никуда не ходим! – Виктория затянула свою любимую песню.
– И что?..
– Нутам, где модники всякие собираются… Новенькое что-то…
– Не знаю… Нам-то зачем?
– И то правда.
Вика в раздумье смотрела на последние два сырника, сиротливо лежащих на краешке тарелки.
– Да ешь уже. С одного раза не поправишься.
– А ты?
– Не лезет ничего. Только пить всё время хочется… Ещё и уезжать скоро… Вещи собирать…
Вика понимающе вздохнула.
– А мы пока здесь. Женя погряз в делах. Одна ехать не хочу. Вот думаю Катюшу с родителями в Турцию отправить. А сами, может, в конце августа куда-нибудь… Стройку в Репино приостановили… Чувствую, такими темпами не скоро дом построим. Всё у моего через одно место – то густо, то пусто, – Вика с тревогой посмотрела на Марину. – Ты ничего не знаешь? Твой, случайно, ничего про Женьку не говорил? Волнительно как-то… Проблемы у него… Скрывает от меня, да плохо у него на этот раз получается.
– Да нет! Ничего не говорил, – соврала Марина.
Женя просил деньги в долг, и немалые – Игорь впервые отказал: не увидел зерна в его очередных прожектах и предостерегал, что попадёт в историю. Подробностей Марина не знала, но поняла, что дела у Жени обстоят не лучшим образом. «Но ведь в Милан-то за шмотьём Вику отправил, ещё и Лерку паровозом. Выкрутится, как обычно. Способный. Что переживать?!»
– Завтра в «Бабочке» тусовка. Показ летней коллекции. Скоро лето закончится. А у них показ! Опять каких-то селебрити из Москвы тащат… – Вика сделала недовольное лицо и закатила глаза. – Можно подумать, у нас своих нет. Странно всё это. Какое-то преклонение перед московскими. Мы, питерские, деньги тратим, ещё должны и радоваться: «Посмотрите, кто к нам пожаловал?!» Бред! Так ты пойдёшь?
– Нет, конечно! Куда я в таком состоянии.
– Наши все идут…
Под нашими Виктория подразумевала Любку с довеском в виде Оксаны, Кристину, Лерика и ещё несколько человек из тусовки, с которыми не близко, но хорошо.
– Ладно, поеду…
Вика ни намёком, ни словом не заикнулась об их разговоре в Доме книги, решила терпеливо ждать, когда Марина однажды не выдержит и всё как есть выложит. А кому ещё, если не ей?!
На следующий день Марина добралась до Риммы Михайловны. Как и предполагала, всё обошлось, только выслушала слова сожаления и недоумения, почему сразу не обратилась, может, и удалось бы сохранить, надежда всегда есть.
– В твоём возрасте так легкомысленно ко всему отнестись!
Марина молчала, сказать ей было нечего.
Пришла домой и стала потихоньку собираться в поездку. С трудом по квартире шоркает и от слабости присядет то в гостиной, то на кухне. Сашку с дачи решили привезти вечером накануне отлёта, чтобы не мешался.
У Игоря тоже дел невпроворот, приходит поздно и во всём на неё полагается.
– Некогда мне, Марин. Сложи, что считаешь нужным. Если что забудешь, там докупим.
О Фёдоре почти не вспоминала. В день отъезда не выдержала, и только Игорь с Сашей за дверь, спускаться к машине, впервые набрала сама.
– Привет…
Он ответил сухо. Она смутилась:
– Я, наверно, не вовремя?
– Можно сказать и так…
– Ну тогда пока…
– Ты когда улетаешь?
– Сегодня…
– Сколько в Монако будешь?..
– Пять дней и неделя на лодке…
– Хорошего отдыха! Целую…
Злости не появилось, испортилось настроение. «Как всё просто! От себя не убежишь, была раньше зеркальной, зеркальной и останусь. А то, что случилось, с любым произойти может, и нечего страдать и заниматься самоедством. Пусть поначалу нелегко будет, но время обязательно вылечит и сотрёт до пыли всю дурь. Забыть, может, и не забуду, и иногда заноет в груди от обиды, что во всём обманулась». Она уверяла себя, что обязательно научится любить Игоря – сильно, по-настоящему… «Дура я! Как есть дура!»
На регистрацию рейса Петербург – Ницца выстроилась длинная очередь, в бизнес-класс – всего пара человек. Игорь, как обычно, ворчал, сдавая багаж:
– Ты будто на постоянку переезжаешь! Зачем столько брать?!
– Ничего не много. Вам по чемодану и мне. Я и так взяла не всё, что хотела!
– Мы бы с Сашкой в один поместились!
– Вот ты разворчался сутра пораньше! И мелкий чем-то недоволен. Всё переживает: с кем дружить будет?! С нами, видите ли, ему скучно!
Марина отыскала глазами сына: тот по-деловому стоял в сторонке с модным рюкзаком Gucci за плечами.
– Как бы ещё докупать чемодан не пришлось. Сынок у нас ещё тот шмоточник. Говорила тебе, надо было в государственную школу отдавать. Не учёба, а сплошное соревнование, у кого смартфон круче или кроссовки дороже.
Игорь молчал, потом не выдержал:
– Так это ты его ко всему приучила. Я всегда против был. И подарки дорогие надо дарить по случаю, а не по требованию ребёнка!
Марина сделала вид, что не слышит: «Нашёл время нравоучения читать!»
В самолёте успокоилась и весь полёт проспала на плече у Игоря. В аэропорту Ниццы их поджидал водитель с табличкой. Он с истинно галантной улыбкой француза ловко подхватил сразу два чемодана и покатил их к выходу на стоянку. Марина обожала момент прилёта в Ниццу и каждый раз, выходя из здания аэропорта, делала глубокий вдох, а потом медленно выдыхала необыкновенный южный воздух. Такого воздуха, как на юге Франции, она больше нигде не встречала. В нём были все краски и оттенки необыкновенного отдыха с ресторанами, шикарными отелями, магазинами, частными пляжами и красивыми людьми, которых в таком количестве вряд ли где встретишь. Когда ехали по серпантину над морем, усеянным белыми, словно игрушечными, лодками и катерами, она восторженно ойкала и дёргала то Сашку, то Игоря:
– Ну посмотрите же, какая красота! А цвет моря! Ну что вы с такими кислыми, недовольными мордами?!
– Мы не с кислыми, мы с уставшими. Правда, Санёк?
Саша в наушниках слушал музыку и кивал головой в разные стороны. Марина легко толкнула его в бок:
– Почему к тебе по сто раз надо обращаться?! Что за манера заткнуть уши и слушать свою тарабарщину!