Ирина Оганова – #Мы никогда не знаем… (страница 2)
– За деньги? – Сонька вытаращила глаза.
– Не знаю, как за деньги, но за подарки точно. Просит, что в голову взбредёт! Даже шубы и кольца с брюликами!
– И что? Дарят?
– А куда они денутся? Она говорит – утром деньги, вечером стулья!
– Ничего себе! – Сонька заёрзала. – Неудобно же!
– Ей всё удобно! Кайфовая она, настоящая. Замуж за фирмача выйти хочет. Подлянку своему папаше подкинет! Он ещё тот хлыщ, ни одной юбки не пропустит. Даже ко мне клеился, козлина. А мать у Ленки что надо! Понимает и не лезет с нравоучениями. Типа твоя жизнь, ты и крои её, как хочешь. Не то что мои! Все учат! Что, если я не хочу на зарплату учительши жить? Я у них позор семьи… Ладно, приехали!
Ольга с пятой попытки коряво припарковала тигрюшу, перебрав весь запас отборного мата. Лена жила в красивом старинном доме недалеко от Театральной площади, с прекрасным видом на Крюков канал.
– Вы к кому? – строго спросила пожилая женщина, похожая на тех, что сидят на стульчиках в Эрмитаже и злобно поглядывают на посетителей в надежде к чему-либо придраться.
– Да мы к Лене из восьмой! Вы же меня сто раз уже видели!
– Видела, не видела… – консьержка явно была не в духе.
– Ну так мы пойдём?
– Идите! Можно подумать, тут кроме Ленки никто и не живёт! Ползают с кутулями туда-обратно!
Ольге захотелось послать её куда подальше, да нельзя! Ещё стуканёт, куда следует. Хотя, скорей всего, уже нашептала участковому, как пить дать, коммунистка хренова! Сама не по закону сидит в парадной, а на других бочку катит!
– Лен, ну и бультерьер у тебя внизу сидит!
– Да ладно, прикормленная она. Что стоите, проходите!
Сонька затащила свою непосильную ношу.
– А это кто у нас тут? – Лена нежно схватила Лизку за пухлые щеки. Малышка смешно заулыбалась и потянула ручонку к совсем незнакомой тётке.
– Спокойная она у меня, никаких забот.
Соне полегчало. Ленка была простая, без выпендрёжа и совсем не похожа на русскую. Чистый интурист. Короткая мальчишеская стрижка, озорные серые глаза и грудь какого-то невероятного размера. На ней ладно сидели голубые потёртые джинсы, а в ушах поблёскивали бриллиантовые сережки. «Трофейные! – подумала Сонька. – Тоже такие куплю!»
Ленкина квартира была особенной. Соня молча бродила по гостиной и разглядывала причудливые статуэтки и старинные вазочки. Все было из какой-то другой, загадочной жизни. Ей нравились антикварные штучки, и она часто забегала в магазин на Наличную и подолгу бродила, разглядывая витрины массивных шкафов из красного дерева. Соне всё время хотелось купить хоть одну вещицу, пусть и не очень дорогую, но стоящую. Одна знакомая предупредила – надо к открытию, но всё равно перекупщики уже на стрёме, и всё у них схвачено. Только им и достаётся все самое правильное и по хорошей цене. Посоветовала закрутить с кем-нибудь из продавцов, может, и подарочек какой подсунуть. Соня этого делать не умела. А у Лены дом был как антикварная лавка, и по стенам картины висели, видно, тоже не задаром купленные.
– Это всё отец старается. Говорит, деньги надо в старину вкладывать. Всегда продать можно, и в цене растёт. Да и от бабушки много осталось. Она вроде какие-то дворянские корни имела, но сильно не распространялась. Вот бы вывести всё это добро за рубеж! У нас и Фаберже кое-что есть, и Айвазовский в спальне висит. Хочешь, покажу?
– Конечно, хочу! Не «Девятый вал», надеюсь?
– Вот ты скажешь! Та в Русском музее. Хотя я бы не отказалась!.. Ну, показывайте, что принесли?
Соня растерянно зашмыгала носом и покраснела:
– Все новое! Ну если только раз одетое. Если можно продать, очень выручишь!
– С ценой надо определиться, – Лена перебирала аккуратно сложенные фирменные шмотки.
– Да ты уж сама определись, – Ольга тихонько толкнула подругу в бок. – Лен, ты по совести давай. А двадцать процентов себе! Одна она, и Лизу поднимать надо.
– Ладно, оставляйте. Гости у меня на кухне. Хотите – присоединяйтесь.
Соню уговаривать не пришлось.
– Хочу! – и как преданный пёс умоляюще посмотрела на Ольгу.
– Ладно, посидим немного. Тебя ещё на Ваську забросить, а мне в Гостинку надо. Там сапоги итальянские выбросили! Девчонки до вечера оставили. Упущу – убью тебя без суда и следствия! А Лизку воспитаю, не боись!
– Вот ты дура, Оль!
На кухне шли жаркие споры о мистическом загнивании капиталистического строя и сказочных преимуществах планового хозяйства. Компания была небольшая, но бойкая. Особенно выступала кудрявая.
– Я бы хоть завтра свалила по еврейской линии в Америку! Ничего хорошего здесь не будет! Живём как в клетке, и перспектив никаких. Так и будем хернёй всякой заниматься, пока от старости зубы не вывалятся. Или за валюту упакуют лет на восемь как минимум.
– Ну что ты несёшь! – возмущался рыжий парнишка в круглых очочках, как у Леннона. – Что-то не сильно хочется на землю обетованную! А за океан ещё добраться надо! И в резервации, как обезьянке, посидеть придётся в Риме или в Вене. Тут уже всё как-то налажено, и каждая скамейка родная. Ждут тебя там с распростёртыми объятиями! Нужны мы им больно!
– Вень, нужны! Мы смелые, предприимчивые. Им тоже свежая кровь нужна.
Соня сразу узнала Аню по низкому, немного сиплому голосу. Вроде милаха такая, а голосок, как у хорошего мужика.
– Сонька, привет! Куда пропала? – Аня вскочила из-за стола. – Ну надо же! Как мир тесен! А это – Веня, мой муж. Да садись ты!
Ленка прикурила фирменную «Мальборо».
– Девочки, вы уж сами себе чай разливайте. Если пожрать хотите – в холодильнике всего полно. Родичи на дачу укатили. Мать всего наготовила. А что вы ребёнка притащили? Накурено и форточка открыта. Изверги!
– Ладно, я с ней в гостиной поиграю. Больно интересно всю эту туфту слушать. Да, Лизонька? – Ольга взяла малышку на руки и засеменила в гостиную.
Ленка подмигнула Анне:
– Вот из кого выйдет настоящая мамаша, достойный член социалистического общества.
Ленка затушила сигарету и тут же прикурила другую.
– Куришь, как сапожник! – Аня выразительно скривила кукольную мордаху.
– Можно подумать, ты меньше? – фыркнула Лена.
Соне было забавно наблюдать за происходящим. Чувствовалось – что-то необъяснимо крепкое связывает девчонок. А вот Веня другой, хлипкий какой-то.
– Ну что? Как жить дальше будем? – Аня сделала серьёзное лицо. – Надо тему придумать стабильную. Вон цеховики уже давно такие дела делают!
– Сравнила ж@пу с пальцем! Какие из нас цеховики. У них знаешь, какие ресурсы? Многие левак гонят на производстве или свои цеха подпольные организовывают.
Ленка затушила сигарету и потянулась за следующей, потом передумала и отдёрнула руку.
Анюта не унималась:
– Ну точно есть какая-нибудь тема. До смешного простая. Ну что бы замутить? Думайте бабы, думайте…
Соня сидела молча на заднем сиденье, крепко обхватив Лизоньку.
– Ну что ты, как ворона, насупилась? – Ольга обернулась на светофоре. – Да хватит её трясти! Спит же ребёнок. Вот точно опоздала за сапогами! Ты особо губу не раскатывай! Девки они правильные, но никого особо близко не подпустят. Кланчик у них свой.
«Ничего! – решила Соня. – Придумаю что-нибудь! Не даром ещё в школе говорили, что я из любого дерьма конфетку сделаю! Вон в институте, на первом курсе, кофточки трикотажные на пуговках в детском покупала, как раз мода на всё в обтяжку пошла, и воротнички кружевные пришивала с ленточками. Все девки просили такую же сварганить. А ведь могла на этом какую-никакую копейку заработать».
Всю неделю она не находила себе места. А к концу недели позвонила Лена.
– Приезжай, пристроила кое-что! Сонь, к вечеру давай. Мои на дачу отвалят. Только не поздно. Может, я на тусовку отвалю в «Прибалтийскую». Вроде заезд какой-то неплохой, бармен из валютника позвонил. Вдруг судьба?! – хихикнула Лена.
Соня растерялась. Лиза опять заболела, с собой не возьмёшь. Ольга на дачу едет с родителями. Да и неудобно просить. Схватила коробку грильяжа в шоколаде и побежала вниз на первый этаж, пока дочка спит. Наталья Сергеевна занимала в коммуналке маленькую комнатёнку, как и положено дворничихе. С трудом отыскала табличку с её именем. Звонить три раза. Первый раз обращается, хоть та и предлагала не раз.
Тётя Наташа открыла дверь. На талии был туго завязан всё тот же серый пуховый платок.
– Проходи, Сонь. Что-то поясницу скрутило, опять всю ночь снег, зараза, шёл! Не зима, а напасть какая-то! Ну что у тебя там стряслось?
Сонька замялась.
– Не отпустите на пару часиков? Лизка температурит. И где простужается? Я туда и обратно, очень важно мне!
– Да неси ко мне! Я как раз уже и лестницы намыла.
– Может, вы к нам, Наталья Сергеевна? А то как я её больную потащу?