Ирина Никитина – Ведьма по наследству (страница 1)
Ирина Никитина
Ведьма по наследству
Глава 1
Пролог
Старуха умирала долго и мучительно. Вот уже неделю она то металась в бреду, выкрикивая такие вещи, что дочь ее неистово крестилась на образа. То протягивала руки и просила помочь ей, в те короткие минуты, когда в ее помутневшем сознании наступали просветы. Но никто в такие моменты не спешил к ней. Скорее наоборот, старались отойти подальше. Акимиха, как все звали ее в деревне, прожила долгую жизнь. Родила пять дочерей и троих сыновей. У нее было пятнадцать внуков. Но сейчас, рядом с ней были лишь старшая дочь Вера, сын Степан и внучка Мария, названная в честь бабушки. Месяц назад Маша родила дочку, и вот решила приехать навестить бабушку, узнав, что та расхворалась. Но Вера сразу определила дочь с новорожденной внучкой в другую комнату, строго настрого запретив приближаться к бабке. Когда у Акимихи начался очередной приступ, Вера и Степан вышли во двор. Боясь, что Маша кинется на помощь бабке, Вера решила позвать и ее с собой. Им предстояло решить важную проблему. Старуха не могла покинуть этот мир, не передав своего дара. Вот только желающих принять его не было. Вся деревня знала, что Акимиха была ведьмой. Нет, она не летала на метле, не устраивала шабаши. Но стоило кому-то поругаться с бабкой, как, буквально через пару дней, он уже начинал горько жалеть об этом.
Поэтому все в деревне мило улыбались старухе при встрече. А еще лучше, старались не встречаться с ней на узкой дорожке, а обойти стороной.
И вот Акимиха умирает.
–Что будем делать?– Степан ждал ответа сестры.
–Подождем до завтра. Если к утру не уйдет, придется ломать крышу.
Маша удивленно посмотрела на мать.
–Крышу? Зачем ломать крышу, бабушка просто болеет.
–Да нет, доченька. Бесы мучают нашу бабушку, не дают ей спокойно уйти.
–Мамочка, какие бесы? Мы взрослые люди. Бабушка была знахаркой. Собирала травы, делала настои, лечила. Да к ней люди в очередь выстраивались, благодарили. Разве стали бы они к ней ходить, если бы бабушка была ведьмой, как некоторые считают. А какой вкусный чай из травок она заваривала!
–Ты не все знаешь, дочка. Да, бабушка многих вылечила, но не гнушалась и другими делами.
Маша нервно передернула плечами. Пусть хоть весь мир считает бабу Машу плохой, для нее она всегда была и будет самой лучшей, самой любимой бабушкой в мире.
Акимиха из последних сил позвала дочь. Бесы не отпускали ее. Слишком много грехов было у старухи за плечами. Но дочь не торопилась принять дар. Да и дар ли это? Знай Акимиха, какие муки ее ждут, возможно, и она бы отказалась. Но ее никто не спрашивал. Издавна у них в роду так было заведено,– старшая дочь должна перенять у матери все ее знания. Когда девочке исполнялось семь лет, мать начинала обучать ее всему, что знала и умела сама. А вот Вера не захотела становиться знахаркой. Она считала мать ведьмой, как и все в деревне. Да, Акимихе часто приходилось делать не только добрые дела, но ведь люди сами шли к ней за этим. Постепенно зло затянуло, опутало, словно паук паутиной, а люди забыли то доброе, что сделала для них Акимиха, помня только плохое. Так и стала она в глазах окружающих и собственных детей не лекаршей, а колдуньей. И вот теперь она не может спокойно умереть. Бесы, помогающие ей в ее черных делах, не дадут ей уйти, пока она не найдет им нового хозяина. Что же, их можно понять, им тоже не хочется возвращаться в ад. Да и сама Акимиха не особо туда хочет, она уже была там, все видела и знает, что ее ждет, только и в этот раз ее никто особо спрашивать не будет.
Акимиха опять позвала дочь. Зря она выбрала Веру. Из пяти дочерей ни одна не захотела научиться ее ремеслу, но ведь есть еще любимая внучка Машенька. Но Вера и это предусмотрела, уведя Машу с собой на улицу, не дав ей
даже приблизиться к постели, на которой лежала Акимиха.
И в этот момент в соседней комнате тихонько захныкала во сне маленькая Вика, правнучка Акимихи. Собравшись с последними силами, бабка попыталась встать с кровати, но ноги у нее подкосились, и она упала на пол. Цепляясь руками за ковер и ломая ногти, она поползла в комнату, где стояла кроватка с младенцем. С трудом, открыв дверь, старуха доползла до колыбели и, дотянувшись, стала ощупывать ее в поисках детской ручки. Но девочка была туго замотана в пеленку. Тогда Акимиха приподнялась, вцепившись в кроватку и едва не перевернув ее, и положила руку на лобик спящей правнучки. Девочка проснулась и закричала. А бабка, тихо всхлипнув, сползла на пол. Вбежавшая на крик ребенка Маша, увидела лежавшую на полу бабушку и испуганно закричала:
– Мама, дядя Степа, скорее сюда! Бабушка упала! О, господи, она умерла!
Застывшие в дверях, Вера и Степан с ужасом смотрели на Акимиху. Маша бросилась к старухе, но Вера преградила дочери дорогу.
– Не прикасайся к ней!
– Мама! Что ты такое говоришь! Это же бабушка! Она умерла! Не можем же мы оставить ее лежать вот так мертвую на полу.
Вера осторожно прикоснулась к Акимихе, на лице которой были не муки боли, а умиротворение.
– Когда ты вошла она уже была мертва? – осторожно спросила Вера.
– Да. Видимо она упала, толкнув кроватку, и разбудила Вику.
Вера перевела взгляд на внучку, которая никак не могла успокоиться и заходилась плачем на руках у матери.
– Нет! Только не это. Господи, не допусти, нет!
***
Хоронили Акимиху в деревне, на местном кладбище. День выдался дождливый. Небо заволокли тяжелые тучи. А огромные деревья, растущие возле старых могил, раскачивались, взволнованно шелестя листвой. Но, несмотря на непогоду, на кладбище пришло очень много людей. У Веры создалось впечатление, что проводить старуху в последний путь приехали даже из соседних деревень. И не потому, что ее все любили, нет. Ее боялись. И вот сейчас, словно решили удостовериться, что Акимиха действительно умерла. Толпа стояла сдержанно, лишь старушки, знакомые с Акимихой буквально с молодости, всхлипывали, да изредка вытирали набежавшую слезу, как-то отстраненно глядя на гроб и, видимо, вспоминая что-то свое, сокровенное. Лишь Маша никак не хотела уходить от гроба.
– Бабушка, бабушка! – заливалась она слезами.
Четверо копщиков начали опускать на веревках гроб в могилу. Вера увела Машу в сторону, пытаясь успокоить. И в этот момент позади них раздался грохот и крики людей. Вера и Маша бросились назад к могиле. Одна из веревок, соскользнула, и гроб, с грохотом рухнул в выкопанную яму, падая, зацепив одного из парней. Тот не удержался и упал в могилу, да так, что сверху его придавило домовиной.
Люди бросились доставать несчастного.
– Даже после смерти она не может не творить зло, – покачала головой Вера.
– Мама, пожалуйста, не говори так. Бабушка хорошая… была. А это…. Это просто несчастный случай.
– Хорошей она, доченька, была не для всех. Любила она тебя очень, берегла. А нас, детей, в строгости держала. А уж про остальных и слов не подберу. Боялись ее все, никто поперек слова не смел сказать. Сила у нее великая была. Я, как старшая дочь, должна была принять ее дар. Только еще в детстве у меня хватило ума понять, что не надо этого делать. Многому твоя бабушка успела меня научить, только я притворялась, что не понимаю ничего. Водила она меня по полям и лесам, объясняла какие травки нужно собирать, как отвары делать, заговорам разным обучала. А я глазами хлопала, специально все путала, вот она и махнула на меня рукой. Правда, когда я стала взрослой, попыталась еще раз, но я наотрез отказалась. А остальные сестры, тетки твои, к тому времени тоже выросли, и от греха подальше уехали кто куда. Потом, понятное дело, приезжали мать навестить, но дар принимать тоже не захотели. Вот и сейчас. Знали ведь, что умирает, но никто не приехал, побоялись. Ей ведь только и надо было кого-нибудь за руку взять. Потому я за Вику и испугалась. Ты приглядывай за ней. Не спроста мы нашли твою бабушку у детской колыбели.
В этот момент пострадавшего парня вытащили из могилы. К счастью он был жив. Рваная рана, ушибы, и, скорее всего переломы…. Чтобы поставить такие диагнозы, не нужно было быть врачом. Достаточно было просто взглянуть на несчастного. Парня аккуратно уложили на траву ждать приезда машины скорой помощи. Три женщины остались возле него. Но предстояло еще закончить похороны. Несколько мужчин вызвались помочь достать гроб, чтобы опустить его в выкопанную яму как положено. Наконец им это удалось. Когда могила была засыпана землей, собравшиеся уложили на холмик цветы и отошли в сторону, ждать скорую помощь.
– Они превратили бабушкины похороны в развлекательное шоу, – Маша недовольно взглянула на толпу.
– Машенька, они не сталкивали этого мальчика в могилу. И потом, не забывай, он сильно пострадал. Его нельзя оставить здесь одного, да и перемещать нежелательно. Мы же не знаем, какие травмы он получил, может, у него задет позвоночник.
– Да, но теперь, после похорон, вместо того, чтобы идти на поминки или домой, все остались здесь. Им интересно, что сломал этот парень, какие еще травмы получил. То-то разговоров теперь будет на неделю. И главное, все, абсолютно все, будут обвинять в произошедшем несчастье бедную бабушку.
И Маша, поцеловав фото бабушки на кресте, поспешила домой. Не смотря ни на что, нужно было накрыть стол для поминок. Больше всего она переживала, что собравшиеся вспомнят за столом несчастный случай на кладбище и начнут его обсуждать, смакуя подробности. Но, к счастью, у всех хватило ума не делать этого. Старушки вспоминали, какой красавицей была Акимиха в молодости. Кто-то погоревал, что теперь они остались без знахарки, вспомнив, так же, как Акимиха ставила на ноги даже тех, от кого отказались врачи, отправив их домой умирать. Казалось, не было такой болячки, которую Акимиха не могла бы излечить. Поглядывали они, при этом на Веру, знали ведь, помнили, что еще с детства Акимиха обучала Веру своему ремеслу, учила ее собирать травы. Но Вера сделала вид, что все услышанное к ней не относится, и демонстративно отвернулась от говоривших.