Ирина Назаренко – Клевер (страница 2)

– Пшёл вон на место!

Борька кубарем отлетел в сторону, жалобно заскулил от боли и послушно поплёлся на место. Но сдаваться он не собирался. Ему хотелось быть нужным, хотелось получить свою порцию любви и отдать её взамен – иначе и быть не может. Я обязательно заслужу своё место рядом с ним!

И вот однажды ему удалось скользнуть вслед за хозяином незамеченным и дойти до дальнего озера. Он прижался к кустам и тихо стоял, едва дыша.

В какой‑то момент, мужчина сделал глоток из гранёного стакана и замер. Потом схватился за голову ладонями и согнулся, словно его ударили в живот. Борька увидел, как он пытается что‑то сказать, но вместо слов вырвался лишь глухой хрип. Он упал на траву, тело свела судорога, попытался подняться, но не смог и потерял сознание.

Борька бросился к нему. Облизывал лицо, тыкался носом в шею, в уши, в губы – хозяин не двигался. Пёс схватил его руку зубами – пытаясь поднять. Бесполезно.

Тогда он отскочил, повернулся к усадьбе и завыл. Вой был таким пронзительным, что птицы взметнулись с деревьев. Пёс развернулся и помчался – быстрее, чем когда-либо. Он вихрем ворвался в дом с громким лаем, кинулся к работнику, схватил его за полу рубахи и потянул к двери. Работник, сообразив в чём дело закричал:

– Приступ у Захара. Бегом!

Люди бежали вслед за Борькой, который постоянно оборачивался, словно поторапливая спешащих.

Когда они добрались, хозяин всё ещё лежал без движения. Работники тут же бросились к нему: один достал из кармана флягу с водой, другой начал растирать ему виски, третий побежал за аптечкой. Борька метался рядом, то прижимаясь к неподвижному телу, то вскидывая морду к людям с немым вопросом в глазах.

Спустя несколько минут мужчина наконец приоткрыл глаза. Его взгляд был мутным, дыхание – прерывистым. Он попытался приподняться, но тут же снова опустился на траву.

– Захар, ты как? – склонился над ним один из мужчин. Мы уж думали, ты того… всё… Это пёс нас позвал. Если бы не он…

Хозяин медленно перевёл взгляд на пса. В его глазах мелькнуло что‑то неуловимое – то ли удивление, то ли благодарность.

Несколько недель хозяина не было в усадьбе. Собаки были предоставлены сами себе: гуляли по территории, валялись на солнце, обнюхивали углы построек, затевали шумные игры. Борька иногда играл с Дольфом, но в основном смотрел по сторонам, чтобы не пропустить возвращение хозяина.

И вот в один из дней он появился – бледный, осунувшийся, с впалыми щеками и отросшей бородой. Гончие, увидев его, дружно подбежали и начали вилять хвостами. Он, не обращая на них внимания, пошёл на тренировочную площадку, чтобы подготовить её к занятиям. Борька выполнял команды с особым рвением, и ему даже показалось, что хозяин задерживает на нём взгляд чуть дольше, чем на остальных.

– След!

– Ищи!

– Назад! – раздавались команды.

Вечером Захар, как обычно, прихватив небольшую котомку, собрался на озеро. Пройдя несколько шагов, вдруг остановился и, махнув рукой, крикнул:

– Борька, пойдём!

Собака даже замерла от неожиданности. Он не только позвал с собой, но и назвал его по имени! Не помня себя от радости, пёс метнулся вперёд и сел рядом с ним. Его большие ореховые глаза светились умом и любопытством.

Борька обладал крепким сложением: тело с белыми пятнами на спине и рыжими подпалинами на боках, словно надетый жилет. Его длинные уши мягко свисали, а хвост с белым кончиком нетерпеливо подрагивал.

Захар разжёг костёр, а пёс улёгся рядом, положив голову на лапы, и внимательно следил за каждым движением человека. Хозяин налил в стакан водку, но пить не стал. Вместо этого он достал из кармана кусок хлеба, разделил его пополам и протянул половину Борьке.

–Ешь, герой, – произнёс он дружески.

Пёс осторожно взял хлеб из его рук и медленно, будто не веря своему счастью, принялся жевать. В его глазах светилась безмерная радость – наконец‑то он обрёл то, о чём мечтал: своё место рядом с хозяином, которому он готов был отдать всю свою любовь и преданность без остатка.

С тех пор Борька стал постоянным спутником Захара на вечерних прогулках. Каждый день они приходили сюда вместе: человек – со своими мыслями и молчанием, собака – с безграничной преданностью и любовью. И это было его озеро. Их озеро.

Часть 4

У ВЕТЕРИНАРА

Лена давила на газ до упора и дважды нарушила правила – зато через полчаса они буквально ворвались в ветеринарную клинику своего давнего знакомого Олега.

– Олег! – закричала Даша, едва открыв дверь. – Срочно! Ему очень плохо!

Олег, вытирая руки о фартук, мгновенно оценил ситуацию. Без лишних вопросов он указал на смотровой стол:

– Кладите сюда. Быстро.

Он аккуратно осмотрел раны, прощупал тело:

– Делаем рентген.

Через несколько минут снимки уже светились на экране.

– Так, – произнёс ветеринар, всматриваясь в изображения. – Семь ранений. Травматические пули, калибр 4,5 мм. Это… можно сказать, удача. Мелкий калибр, не разорвались внутри. Ну и собака молодая, примерно два‑три года, – добавил он, бросив взгляд на девушек. -Значит шансы на восстановление выше.

Он подошёл к столику и взял шприц:

– Сейчас возьмём кровь. Потом послушаю лёгкие – проверю, как они работают.

Девушки ждали в коридоре. Лена нервно ходила взад и вперёд, а Даша тупо смотрела на свои испачканные кровью ладони.

Примерно через полчаса Олег вышел к ним. Его лицо было серьёзным, но в глазах читалось облегчение.

– Ну что ж, – начал он, снимая перчатки. – Новости такие: семь ранений, как я и сказал. Есть трещины в плечевой кости, слепое ранение позвоночного канала, повреждение левой передней лапы, раны на голове и нижней челюсти. Но! – он поднял палец, останавливая готовых расплакаться девчонок. – Все кости целы. Это главное. Он крепкий парень и, похоже, очень хотел жить.

Даша всхлипнула:

– Он выживет?

– Выживет, – заверил Олег. – Если вовремя прооперировать. Сейчас пойду извлекать пули. Возможно, наложу фиксирующую повязку на плечо. Вы можете подождать здесь или прийти вечером. Главное, что вы привезли его вовремя. Ещё несколько часов, и… он бы не выкарабкался.

– Спасибо, Олежек, – прошептала Даша, поднимаясь. – Мы придём вечером.

Олег кивнул и вернулся в операционную. За дверью зажёгся свет и зазвенели инструменты.

Часть 5

ПРОПАЖА ДОЛЬФА

Во дворе гостевого дома гудели голоса, наполнялись бокалы, пахло жареным мясом и дорогим коньяком. К парадному входу одна за другой подъехали несколько иномарок – чёрные внедорожники и элегантный седан с затемнёнными стёклами. Работники суетились, стараясь угодить важным гостям: кто‑то помогал выйти из машин и провожал к входу, кто‑то подносил охлаждённые напитки.

Захар Мерзоев стоял у окна, наблюдая, как гости Виктора Ткачёва шумно рассаживаются за длинным столом, накрытым белоснежной скатертью.

– Эй, Захар, – Виктор подошёл незаметно, хлопнул друга по плечу. – Ты бы хоть улыбнулся. Люди приехали отдохнуть, развеяться.

– Я здесь не для улыбок, – глухо ответил Захар, продолжая смотреть на шумное застолье.

– Ладно, я понял. А ты, кстати, можешь меня поздравить с новым назначением, – переменил тему Ткачёв и опустился в кресло у камина. – Я скоро стану заместителем губернатора. Высокая должность – большие перспективы.

– Поздравляю, – буркнул Захар.

– Ну как ты здесь? – спросил после паузы Ткачёв, перебирая какие‑то бумаги на столике.

– Как обычно, – сухо ответил Захар и закурил сигарету.

Виктор поднялся, протянул ему два письма.

Захар взял их, бегло осмотрел. Одно – в простом конверте, без примет – убрал за пазуху. Второе – с изящной гербовой печатью и тонким, почти каллиграфическим почерком – молча кинул в камин.

Пламя тут же обхватило бумагу, жадно пожирая тонкие листы.

– Что ж, так и не простил её? – вздохнул Виктор.

– Что было, то прошло, – буркнул Захар, не глядя на огонь.

Ткачёв повернулся к двери, но на пороге задержался.

– Через неделю новых щенков привезут.

– Хорошо, – кивнул Захар. – Разберёмся.

Виктор вышел, оставив его наедине с камином, в котором медленно тлели так и не прочитанные строки.

– Слушай, Вить, – заговорил солидный лысеющий мужчина в дорогом спортивном костюме, запивая кусок ароматного шашлыка вином. – О, это же Châteauneuf du Pape! – восхитился он. – Браво, шашлык заслуживает хорошего сопровождения.