Ирина Мутовчийская – Сталкер (ши) (страница 3)

У Ольги в рюкзаке была «адская вода», как называли её раньше аборигены, проживающие в этом краю. Если говорить по-простому, у Ольги в рюкзаке была бутылка водки. Половина бутылки была использована для того, чтобы искупать руку Кати, а оставшуюся водку Ольга велела подруге просто выпить. Когда водка испарилась и отёк немного уменьшился, Ольга велела Кате натянуть на руку перчатку. Это был болезненный, но необходимый процесс. Как только перчатка, со скрипами, слезами и причитаниями, была натянута, Ольга подключила её к походной электроаптечке. Лечение заняло ещё полчаса.

После завтрака и сборов Лёля с трудом подняла подругу и объявила, что, к сожалению, нужно опять трогаться в путь. Кате не оставалось ничего другого, как согласиться. Прошли ровно сутки с того момента, как девушки отошли от КПП. Дорога расстилалась перед ними всё такая же прямая и в трещинах, солнце палило так же, как и вчера, но девушки ощущали себя по-другому. Ольга шла и ругала себя, что взяла Катю с собой, Катя же, наоборот, расслабилась и была всем довольна.

Катя шла впереди, Ольга немного поодаль, сзади. Хорошее настроение было таким хорошим, что в какой-то момент Кате захотелось петь, что она и осуществила тут же. Ольга дёрнулась, но потом махнула рукой: если подруге хочется петь, то пусть поёт, главное – чтобы не плакала. Однако пения оказалось недостаточно, и Катюша решила станцевать. Ольга остановилась и начала хлопать в такт неуклюжим движениям подруги. Когда Катя исполнила всю программу, она просто плюхнулась на асфальт. Ольга подумала, что подруга просто устала и хочет отдохнуть, но Катюша вдруг заявила, что хочет спать, и тут же растянулась на асфальте. Ольга попыталась воспротивиться замыслу подруги, но пока она соображала, какими словами привести её в чувство, Катя заснула крепко и безмятежно. После этого Лёле не оставалось ничего другого, как сесть на асфальт рядом с подругой.

Что-то было не так, по расчётам Лёли, дорога уже должна была закончиться, однако в этом походе всё было не так, всё было неправильно. Катя стала проявлять признаки жизни через час. Приподняв голову, она попросила пить. Вскоре девушки опять тронулись в путь. Однако шли они недолго, так же, как и вчера, темнота упала на землю в 4:00 дня. Катюша попросила разложить палатку, но Ольга отказалась. Она отлично понимала, что если Катя ляжет сейчас спать, то до следующего утра её уже не разбудить. Вообще, этот поход становился похожим на комедию. Было очень темно, однако Ольга и Екатерина спокойно сидели на прогретом асфальте и ждали, когда снова станет светло. Свет вернулся так же, как и вчера – в 6:00 вечера. Действие водки закончилось, Катю всё раздражало, и она была недовольна.

В какой-то момент ей почудилось движение, она напрягла глаза, нет, это был не обман зрения, в конце дороги стояла лошадь. Лошадь была абсолютно белой.

6.

– Оль, смотри – это лошадь? – Катя истерично засмеялась, – у тебя водки не осталось? Наверное, у меня что-то с глазами!

– Да, это лошадь. Подруга, успокойся, тебе это не кажется, это действительно лошадь!

Ольга засмеялась.

– А чего это ты такая веселенькая? Надо мной смеешься? – Катя надулась, – И ничего смешного тут нет. Я не просила поить меня водкой.

– Я не смеюсь над тобой, – Лёля попыталась погладить Катю по волосам, но рукой в перчатке это сделать было сложно. – Просто ты увидела свой тотем. Это значит, что самый сложный кусок пути мы с тобой прошли.

– Что я увидела? – уточнила Катя, – тотем?

– Да. Точно так же было и со мной, когда я в первый раз пошла в Могильник. Правда, мой тотем был другим.

– А каким? – Катя заглянула в глаза подруги, – тоже лошадью? Лошадью другой окраски?

– Нет, – Ольга задумалась, – это была не лошадь. Пойдём, я тебе позже всё расскажу.

– Почему позже? – капризно спросила Катя, – я хочу сейчас. Мне всё надоело, я хочу домой.

– Катенька, – Ольга попыталась заглянуть в глаза подруги, но Катя отвернулась от неё. – Ты же знаешь, я рассказывала тебе перед выходом, что мы не можем вернуться назад тем же путём. Путь закончится только тогда, когда Могильник решит, что нам уже можно вернуться.

– Да, я помню, – буркнула Катя, – ты что-то такое говорила, но я не думала, что всё так серьёзно. И вообще, – Катя повысила голос, – что за странная лошадь? Она просто стоит, не пытается найти траву, не жуёт. Просто стоит и смотрит в моём направлении.

– Здесь нет ничего странного, подруга, – Ольга тоже начинала злиться. Она думала, что берёт с собой в дорогу напарницу, а оказалось, что рядом с ней капризный ребёнок. – Лошадь ждёт именно тебя, она выведет нас туда, где будет твой первый столб.

– Какой столб? – Катя вроде успокоилась, во всяком случае, она говорила обычным голосом. – Ты не упоминала ничего о каких-то столбах.

– Столб – это твоя первая метка. Расстояние здесь, в Могильнике, измеряется не километрами, а столбами. Пока твоё личное животное – тотем не приведёт тебя к первому столбу, твой путь не сможет начаться.

– Значит, – голос Кати внезапно опять изменился, – этот путь длиной в сутки не считается? Эта бесконечная асфальтированная дорога не была началом нашего пути?

– Катя, – Лёля тряхнула подругу за плечо, – ты опять начинаешь истерить?

– Нет, я просто спросила.

– Я не знаю, – устало проговорила Ольга, – там ли было начало, или начало будет впереди. Светка мне рассказывала, что её личный поход в Могильник, самый первый, был отмечен тем, что она с напарницей три дня шла по бездорожью. Лишь по прошествии трёх дней Светлана увидела свой тотем. Так что твой путь ещё нельзя назвать очень тяжёлым и сложным.

– И не надо меня с кем-то сравнивать! – ворчливо завершила разговор Катерина. – Ладно, проехали. Идём к моему, так сказать, тотему!

Идти оставалось недолго. Внезапно лошадь решила сама приблизить момент знакомства. Развернувшись в сторону девушек, она вдруг помчалась как молния, Катя успела увернуться, а Ольга…

Неизвестно сколько времени девушка была в отключке, но когда она пришла в себя, то поняла, хоть и не сразу, что находится в каком-то помещении. В помещении был сумрак, но Ольга смогла разглядеть силуэт какого-то человека.

– Катя, это ты? – прошептала девушка, почему-то не в силах заговорить в полный голос.

Силуэт вздрогнул, и знакомый голос ответил:

– Нет, я не Катя.

– А кто ты? – девушка была уверена, что где-то слышала этот голос. – Кто ты? – повторила она свой вопрос.

– Я? Лёля!

– Ты Лёля? А кто… Кто тогда я?

– Я не знаю, кто ты. Ты что, своё имя не помнишь?

– Помню… Я Ольга.

– Ну вот и разобрались. Ты Ольга, а я Лёля.

– Неправда, это я Лёля!

– Нет, это я Лёля! Ты чего такая жадная, зачем тебе два имени?

– Я не жадная, меня мама так называет – Лёля!

– Ничего не знаю! Я – Лёля!

– Нет, это я Лёля!

– Ах так! Ты продолжаешь жадничать? Берегись, я тогда и первое имя у тебя заберу!

Незнакомка внезапно, словно молния, кинулась на Ольгу. Завязалась драка.

7.

На дороге стояли белая лошадь, девушка Катенька и лежала Ольга, она же Лёля. Лошадь смотрела на Катю, Катя – на лошадь, а на Лёлю пока никто не обращал внимания. Потеряв сознание, Лёля продолжала что-то говорить, не просто говорить, а выкрикивать слова и махать в воздухе кулаками. Голова её перекатывалась из стороны в сторону. Наконец, Катя перевела взгляд с лошади на Лёлю.

На самом деле, всё, что я описываю, длилось не больше тридцати секунд. Поэтому Катя не успела даже испугаться. Вот что произошло: когда лошадь сорвалась с места и полетела, как молния, чтобы быстрее доскакать до хозяйки и познакомиться, Катю заслонила собой её подруга – Ольга. Лошадь весит много, а в полёте она весит ещё больше. Так же, как автомобиль не может затормозить на полном ходу, так и лошадь просто не в силах остановиться, когда её тянет закон притяжения. Катя уцелела, Ольга получила удар. К счастью, лошадь каким-то образом сумела сгруппироваться, и удар пришёлся по касательной. Однако Ольге хватило и этого. Девушка упала на асфальт и потеряла сознание.

Когда Лёля потеряла сознание, её сознание перешло в какую-то другую фазу. Раненная девушка не хотела лежать смирно, она металась, кричала, делала пассы руками, и всё это с закрытыми глазами. Катин столбняк, наконец, прошёл, и она кинулась к Ольге.

– Лёля, очнись, Лёля! – заплакала Катенька. – Как же я без тебя здесь?

Девушка обернулась и посмотрела в упор на лошадь.

– Что смотришь? А ещё тотемом моим называешься! Что вот теперь делать? Ты давай не отмалчивайся, давай подкидывай мне идеи. Я же ничего не знаю, я пришла сюда в первый раз. Это Оля у нас опытный сталкер, а я… Ну и чего ты морду опустила? Стыдно? Я понимаю, а делать-то что будем?

Лошадь молчала. Если Катя надеялась, что в качестве тотема её лошадь будет говорящей, то жестоко ошиблась. Лошадь просто таращилась на хозяйку красивыми глазами и молчала. Наконец, Катя поняла, что отвечать ей лошадь не собирается, и снова переключилась на слёзы и причитания.

Катеньке было очень жалко себя, так жалко, что и словами не передать. Пока Катя плакала, Ольга очнулась.

– Лёля, – Катя бросилась к подруге. – Ты в порядке?

Ольга, нахмурив брови, пристально посмотрела на подругу, затем перевела взгляд на лошадь и снова вернулась к Кате. Только после этого она произнесла: