18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Ирина Муравская – Заставь моё сердце согреться (страница 6)

18

Не, ну давайте будем честны: преподнести Бессонов младший (хотя разница-то у них небольшая) себя умеет. Говорит красиво, мимика сдержана, театральностью не злоупотребляет.

Не знаю, зачем, но подписываюсь на его канал. У Влада там в личной телеге почти двести тысяч подписчиков, вряд ли заметит появление ещё одного участника.

В ту же секунду, как нажимаю кнопочку "вступить", в комнату входит мокрый после душа Лёша.

– Что делаешь? – стряхивая с влажного светлого ёжика воду, склоняются надо мной, всматриваясь в дисплей.

– Изучаю матчасть, копая под своего "партнёра", – честно признаюсь. – И не очень уверена, что его поклонницы, делающие три ошибки в слове "великолепный", могут мне как-то помочь.

– Они тебе и не нужны. Для тебя главное засветиться на федеральном и чаще мелькать в новостных лентах.

– Тоже верно, – согласно признаю, зарабатывая благосклонный поцелуй в лоб. – Готов? Или будем ждать, пока обсохнешь?

– В такси досохну.

– Тогда заказываю.

На удивление, Лёша принял идею прокутить выходные за чужой счёт с большим воодушевлением. Оно и верно – не я одна, в конце концов, привязана к жёсткому графику.

Наверное, найти себе парня из схожей среды – было весьма дальновидным решением. Он постоянно мотается на соревнования, я большую часть времени либо занята, либо устала как собака. Никто никого не пасёт, не достаёт и не ущемляет.

Идеально.

Нет, не идеально, конечно, так как с нашим режимом частые встречи – утопия, но это идёт даже словно бы плюс. Мы встречаемся уже где-то пару лет, однако надоедания нет. Как и пустых ссор с взаимными обидами на то, что кто-то кому-то не уделяет должного внимания.

Порой, конечно, задумываешься о перспективах таких географически нестабильных отношений, однако пока обоих всё устраивает. Схема давно налажена, а значит пусть себе работает дальше.

Собираемся и выходим на улицу, где уже ждёт белый седан с наклейкой рекламной компании на крыле. А ещё минут двадцать спустя тормозим у другого дома. И я сразу вижу то, что видеть ну никак не планировала…

– Ты здесь что забыл? – недоверчиво вглядываюсь в знакомую физиономию, чей Камаро перегородил подступ к подъезду.

– Заскочил пару вопросиков уточнить, – приветливо салютует мне двумя пальцами Влад, вальяжно подпирая бочину машины подошвой высокого ботинка на шнуровке. – Вот только квартиру не запомнил. Уже думал, всё, облом, а нет. На удачу подружку твою поймал.

Поймал. Чему та ой как не рада.

И это ещё мягко сказано. На самом деле Ди словила настоящую паничку, причину которой угадать несложно – Стёпа топчется рядом с ними, меланхолично покуривая.

Судя по спокойствию – до сих пор пребывая в безмятежном неведении, но ведь достаточно всего одного неверного слова, чтобы запустить цепную реакцию и устроить бурю…

Офигеть, конечно, ситуация. Вверх неловкости.

– А позвонить нельзя было? – спрашиваю у Бессонова, а сама украдкой переглядываюсь с подругой, что на нервяке сейчас сожрёт свои губы. Вместе с той химозой, что туда вкачивала.

– У меня нет твоего номера.

– У Олега можно было запросить.

– А, да? – наигранно удивляются. – Слушай, и правда. Об этом я что-то не подумал.

Не подумал, как же. Кто ему поверит? Специально он заявился! Вопрос только: чего ради?

– Телефона не знаешь, а адрес знаешь? – подозрительно щурится Лёша.

– Да как же не знать? Я ж того-этого… – Ди выразительно округляет глаза, что остаётся незамеченным для стоящего чуть поотдаль Стёпы, однако не ускользает от зоркого взгляда Бессонова. – Подвозил вчера Ярика, – с многозначительной усмешкой выкручивается он с видом, будто делает всем вселенское одолжение. Гад! Прекрасно понимает, каким козырем владеет и с упоением наслаждается этим. – Не дело всё-таки на ночь глядя девчонке одной по темноте шастать.

– Ну просто благородный рыцарь, куда б деваться, – только и могу, что фыркнуть.

Его смекалка – это, конечно, прекрасно, но с какой такой радости меня теперь крайней сделали?

– Естественно. Но мне непонятно, почему этим должен заниматься я, а не твой парень? Он уже у тебя есть, да? Ты что-то такое вроде говорила.

– Забыл у тебя спросить совета, – мрачнеет Лёша, а это недобрый знак. С его темпераментом достаточно одного щелчка, чтоб вспыхнуть конфликту.

– О. Так ты он и есть? – с фальшивым удивлением, будто только сейчас это понял, Бессонов протягивает ему ладонь. – Сорян, без обид. Я Влад.

– Лёха, – не сразу, лишь выждав паузу, неохотно соглашается на рукопожатие тот.

– Крепко, – одобрительным кивком оценивают силу, с которой стискивают его руку. – Тоже спортсмен?

А то этого и так непонятно? Да одного Лёшиного размаха плеч и кулачища размером с ковш достаточно, чтобы понять: лучше лишний раз не подзуживать человека. Себе дороже.

Бессонов тоже, конечно, не Дюймовочка, но в габаритах заметно уступает. Правда в росте едва ли не на две головы выигрывает, так что ещё непонятно: кто на кого свысока смотрит.

– Дзюдо, чёрный пояс.

– Забавно.

Забавно, что я смотрю на всё это безобразие и не знаю, как правильно реагировать. И это при том, что моя совесть абсолютно чиста, в отличие от Ди! Только вот внутри всё равно как-то неприятно шкрябает.

И от ситуации, и от растерянности.

– Долго стоять будем? Нам ехать пора, а то в пробку встанем на выезде, – поторапливает всех Стёпа, небрежно отстреливая окурок куда-то в район мусорки и забирая у Лёши спортивную сумку.

Вот уж кто здесь дрыщ, так это он. Высокий, худой, с длинными вытянутым лицом и горбинкой на носу – не будь у него брендовых шмоток, на руках Ролекса, а под задом внедорожника последней модели, Диана бы в его сторону никогда не посмотрела.

– Далеко собрались? – оживает Влад.

– За город. На выходные.

– Всей компанией?

– Ну, типа, да, – Стёпа и сам был не особо рад навязанным попутчикам, вот только подружка решила не мелочиться и зашла ещё дальше. Так что, помимо нас, в движуху с ночёвкой оказалось вовлечено ещё человек семь. С половиной из которых я даже незнакома. – Вечеринка у мангала.

– Блэк-Джек и шлюхи включены в программу? – ухмыляется Бессонов, ехидно подмигнув Диане, возмущено надутые щеки которой дали понять, что намёк она поняла.

– Парочка точно будет, – от Стёпы вся двусмысленность недооскорбления его девушки благополучно ускользнула. Он банально не видел никаких переглядок, как раз утрамбовывая вещи. – Твои же дуры из универа тоже приедут?

– А чего сразу дуры? – праведно возмутилась подруга. Правда не очень убедительно. Чисто чтобы не палиться.

– А кто в прошлый раз бегал по участку голыми и угашенными? – напоминают, захлопывая багажник. – Еле с соседями договорился, чтоб ментов не вызывали.

– Подумаешь, девочки слегка перебрали…

– О, класс. Я такое люблю, – не нравится мне воодушевление Влада. Не предвещает оно ничего хорошего. Что только подтверждается в следующую секунду. – Меня возьмёте? Посуда, если что, у меня своя. Даже выпивку куплю.

– Да поехали, – равнодушно отмахивается Стёпа, опережая едва не вырвавшееся из меня категоричное "нет". – Один хрен, уже орава набралась. Одним больше, одним меньше.

Глотаю недовольное мычание, обречённо накачиваясь прохладным весенним воздухом. Про Диану и говорить нечего – такой подлянки она точно не ожидала от своего любовника.

– А у тебя разве нет других дел? – недовольно морщится она. – Я думала, у популярных личностей каждая минута расписана.

– Ай, да фигня, – легкомысленно дёргают плечом. – Брату отпишусь, пусть перенесёт стрелку со звукачами. Развлекаться ведь тоже иногда надо, верно?

Развлекаться-то, конечно, надо, но чего Бессонов при этом на мне так глазёнки-то свои греет? Вот нафига, нафига он подвязался? Чтобы Ди потретировать? Или меня выбесить окончательно?!

Зачем? Просто за-ачем?

_________

[1] подкатки – индивидуальная или групповая дополнительная тренировка. Тоже самое, что занятие с репетитором.

Глава третья. Одуванчики

POV АБРИКОСОВА

Вопрос "зачем" остаётся актуальным и через час, и через два, и даже когда мы подъезжаем к конечному пункту. Тот самый случай, когда ничего непонятно, но очень интересно.

Поехали мы на разных машинах. Причём Влад по пути отклеился, и его так долго не было, что мы уж было с Ди обрадовались. Ровно до того момента, пока Бессонов не объявился на пороге кирпичного особняка с бренчащими сумками наперевес.