Ирина Муравская – Колючка (страница 21)
Стою. Молчу. Прислушиваюсь к своим ощущениям и понимаю, что они мне
Поэтому, когда через пару часов мне звонит знакомая "норушка" с предупреждением о том, что наряд уже выехал по жалобе и нам стоит прикрыть лавочку, испытываю не досаду, а облегчение.
Оно и к лучшему, а то что-то как-то совсем не прикольно…
Глава седьмая. Анубис
POV ГОРОШЕК
― Кошмар какой! Потею хуже грешницы в церкви! ― ворчит Милана, обмахиваясь. Только прискакала из зала на перерыв: запыханная, раскрасневшаяся и насквозь мокрая. ― А главное, ни один дезодорант, сволочь такая, не берёт запашок.
– А он и не возьмёт, ― замечаю, растирая покрасневшие пальцы на ногах. Мозоль на мозоли от этих новых, "профессиональных" туфель. Они и правды удобны, не спорю. Устойчивы, смотрятся шикарно благодаря лакированному эффекту и люминисцентному каблуку. Вот только ещё не разношены и капец какие жёсткие. ― Ты чем моешься? Гелем для душа?
– Разумеется.
– Попробуй мылом. Только не ароматическим на кремовой основе, а обычным. В гелях для душа более щадящий состав, поэтому бактерии плохо вымываются. Потеть, конечно, и с мылом будешь, но запаха станет меньше.
– Откуда знаешь?
– Лайфхак от мамы.
– Надо попробовать, ― потроша пачку влажных салфеток, отзывается красотка. Но отвлекается, словно что-то вспомнив. ― Слушай, что спросить всё хотела; а Влас к тебе ещё не подкатывал?
– А должен был?
– Ну, он, как водится, ни одной симпатичной новенькой мимо не пропускает. Не всегда ему, конечно, что-то обламывается, но пыла его это не унимает.
– Не знаю. Как-то не заметила… ― откликаюсь, хотя смутные сомнения всё-таки закрадываются в сознание.
Да, открытого заигрывания за барменом я пока не замечала, но то, что у него есть привычка приобнимать или как бы между прочим тискать девушек ― это факт.
– Да зачем ей наш Влас? Она подцепила рыбку куда крупнее, ― хмыкает Рита, сидящая за туалетным столиком и подтирающая подушечкой пальца блеск на губах. ― Вопрос только: долго ли та на крючке будет болтаться?
– Ты о ком? ― не поняла я.
– Не догадываешься? С кем ты вчера… или уже сегодня… так мило обжималась?
А… она про Даню.
– Да никто не обжимался… ― неуверенно заминаюсь. ― У него просто пунктик на гиперопеку.
Хотя не отрицаю, прошлой ночью возникали моменты, вызывающие мурашки. А с ними заодно и парализующую озадаченность.
– У Шмеля? Пунктик на гиперопеку? Это что-то новенькое! Такое я слышу впервые. Ты, кстати, так и не сказала: как вы познакомились?
Не сказала. Как-то до этого не дошло.
На вопросительное в личку: "
Которые я до сих пор перевариваю.
– Что за Шмель? Из "Энигмы"? ― не поняла Милана.
– Ага.
– Ууу… ― тянут сочувствующе. ― Ты поосторожнее с ним будь, Сашуль. Девчонки за ним хоть и бегают с матрасом, но он тот ещё…
– Козёл, ― подсказывает Рита.
– И это предельно мягкое определение. Я его лично знаю не очень хорошо, пару раз только пересекалась, но столько наслушалась.
– А я вот знаю достаточно лично, ― фыркает Умакина. ― И кроме того, что трахается он как бог, положительного ничего не скажу.
– Ха, ― Милана насмешливо щурится, пытаясь добраться салфеткой под подмышкой, что непросто с обтягивающим укороченным верхом. ― Это да, это я тоже слышала. Прям даже самой попробовать охота, чтоб самолично, так сказать, убедиться, да только парень мой вряд ли этому обрадуется.
Сижу и диву даюсь. Вот же сплетницы!
Слава богу, в гримёрке нас только трое сейчас на перерыве. Правда нисколько уже не удивлюсь, если обнаружится, что вся дюжина танцовщиц, так или иначе, знакома с Даней. И, надеюсь, что только
– Я что-то не поняла, ― осторожно уточняю. ― Вы его полощите или восхваляете?
– И то, и другое, ― Рита салютует мне пушистой кисточкой. ― Ты с ним уже спала?
– Н-нет, ― аж заикаюсь.
– Ого. А чего тянешь?
– Да мы и не встречаемся. Просто… дружим.
"Дружим". И, видимо, это наш потолок. Поцелуй в ванной расставил всё по своим местам, дав понять, что можно не надеяться на что-то большее.
– Дружите, дружите, ― ухмыляется Умакина, заканчивая с макияжем. ― Все мы с ним "дружим". Главное, не забывай предохраняться.
– О, ты тоже слышала эту тему, когда он обрюхатил девчонку и заставил её сделать аборт? ― понимающе кивает Милана.
– Да только ленивый не слышал. Та дурёха долго еще языком чесала, проклиная Шмеля. Правда эта история мало кого останавливает и дальше лезть к нему в койку. Берёт же чем-то сволочь, а?
– Членом. И умением им пользоваться.
Стараюсь дальше не слушать. Слишком противно, мерзко и неприятно. И за всё это обмусоливание, и за всплывшую… информацию.
Но и дать понять, что меня задевают такие разговоры тоже не хочу. Очевидно, что чувство такта у девочек оставляет желать лучшего, так что вряд ли есть смысл просить сменить тему.
Поступаю нейтрально: ещё какое-то время сижу, делая вид, что занята накидкой в крупную сетку, надетой поверх лифчика, после чего, обувшись в пыточные туфли, под предлогом выхожу.
На душе прям… гаденько.
Да, в том, что у Дани хватало девушек я никогда не сомневалась, но то, что его "популярность" настолько бежит впереди него…
Блин, да я ещё со вчерашних уличных гонок не отошла. Когда Рита рассказала: чем он занимается ― не сразу даже поверила. Не потому что это что-то эдакое, а потому что мои представления о подобных мероприятиях весьма скудны и ограничиваются лишь просмотренными фильмами.
А тут всё вживую, на самом деле…
Вот и просила меня взять с собой. Чтобы собственными глазами увидеть его… в подобных декорациях.
Увидела. Прочувствовала на полную, я бы сказала. А теперь вот здравствуйте, новые открытия. И не сказать, чтоб очень приятные.
***
Остаток смены дорабатывается с осадком. А ведь, несмотря на это, надо улыбаться пустившимся во все тяжкие посетителям и играть в раскрепощенность. Что непросто.
Попробуй быть соблазнительной и слушать своё тело, ловя ритм и подстраиваясь под музыкальные переходы, когда в мозгах со звоном перекатываются стеклянные шарики посторонних мыслей.
Но ничего, справляюсь.
Завершаю свой последний выход и ухожу обратно в гримёрку. В основном зале нет окон, но по количеству всё ещё кутящего как в последний раз народа, на самом деле, сложно представить, что на улице по-тихоньку светает.
Бедные бармен-гёрл. Им стабильно приходится задерживаться из-за таких вот "тусовщиков". Пока до каждого достучишься, что пора бы и честь знать, пока охрана вежливо не сопроводит подвыпивших балагуров на выход. А там ещё и рабочее место в порядок надо привести, кассу посчитать…
Нас это, к счастью, не касается, поэтому спокойно переодеваюсь и, попрощавшись со Светланой и сонно зевающей хостес, выхожу на улицу, где подзадержавшиеся танцовщицы, скучковавшись, с наслаждением потягивают тонкие сигаретки с ментолом.
Звучит странно и даже комично, но без вредных привычек я среди них единственная. "
"Правильную".
Да не назвала бы я себя правильной. Всё, что я хотела ― и так успела попробовать. Станица ― не другая планета, там тоже хватает "соблазнов". Возможно, их даже больше, так как развлечений в небольшом посёлке не так много.
Как и перспектив.