Ирина Муратова – Заметки на ходу (страница 4)
А дальше – полотенчики (откуда они тут?), формочки для льда (в количестве пяти штук, а зачем?) и на десерт – коробка с перегоревшими лампочками. Видимо, Паша планировал их выбросить, и забыл, а коробка перекочевала на верхнюю полку.
В результате уборки были собраны целых два пакета мусора! Как это, вообще, помещалось в шкафу?!
На заднем фоне всё тот же приятный голос вещал про полезные для детей амулеты.
«Хорошо, – говорил мягкий, окутывающий с ног до головы голос, – когда у маленького ребёнка есть игрушка – колокольчик. Мелодичный звон маленького колокольчика очищает ауру и пространство комнаты ребёнка, нормализует энергетический баланс помещения и прогоняет нечистую силу. Даже сейчас в некоторых деревнях до сих пор вешают колокольчики на животных, чтобы защитить их от зла, а раньше не собирались в дорогу ямщики, если у них не было с собой колокольчика».
Катя ничего не знала про ауру и про энергетический баланс, но на минутку остановилась, опустила руки, которые потянулись за очередным предметом, и перевела взгляд на телевизор. Она вдруг вспомнила, как будто увидев стоп-кадр из своего детства, что и у неё когда-то был маленький колокольчик. Кто-то ей его подарил, даже не припомнить сейчас, кто? Нет, не подарил! Точно! Катя нашла его в песочнице! Она очень любила слушать его звон. И надо сказать, что колокольчик был у Кати долго. Она вспомнила детскую фотографию, где ей годика четыре, и она играет с ним… Или, ещё один эпизод – маленький островок в её памяти: Катя высаживает кукол за воображаемые парты и звонит в колокольчик – начинается урок.
А затем колокольчик ушёл из её игр, перекочевав на книжные полки. Потом он пропал. Нет, не сломался, его не выбросили, он просто пропал. И Катя это хорошо помнила. Как-то она протирала пыль на книжных полках и, делая это в очередной раз, не увидела свою детскую игрушку. Тогда это её сильно расстроило. Детская печаль. Вроде бы, нелюбимая вещь или книжка, всего-то маленький колокольчик, но его не было. И вот спустя столько лет, она о нём вспомнила.
«Видимо старые вещи, найденные на верхних полках, некоторые из которых старше меня, да ещё и рассказ о колокольчике, навеял столько детских воспоминаний», – подумала Катя и, взяв два тяжёлых пакета с мусором, отправилась к мусорному баку, чтобы освободиться от такого количества ненужных в её жизни вещей.
Воскресенье – день с семьёй и день для семьи.
Понедельник. Понеслась.
Доброе утро, новый день! Катя проснулась за минуту до будильника. Странное чувство. Не понимаешь, что происходит. Вроде бы, всё хорошо, а какое-то щемящее чувство не даёт покоя. Что это такое? Откуда? Повода ведь нет! А тревога, нарастающая с каждым днём, не отступает. Такое навязчивое состояние уже злит. Действительно, я ничего не понимаю. Видимо, слишком большая нагрузка сказывается. Паранойя.
Будильник. А про тебя я забыла! Есть 15 минут, чтобы побыть наедине с собой. Кофе успокоит дурацкие мысли. Да какие там мысли?! Мыслей нет, просто какое-то ощущение. Надоело!
Паша обнял Катю.
– Не уходи, полежи со мной немножко. Побудь со мной рядом.
– Я всегда рядом, Паш, даже если тебя рядом нет – я мысленно с тобой. А сейчас я пойду на кухню, но ты же понимаешь, что я буду рядом?
– Отпускаю, – засмеялся Паша.
Завтрак: круасаны или чиз-кейк? Несерьёзный выбор. Паша. Девочки. Беседа. Сегодня Катя уходит первая; нужно внедрять новые схемы. Сама придумала, можно сказать, выгрызла им место в новой структуре. Теперь надо реализовать задуманное. На бумаге это было проще.
«Кто бы мог подумать? Может, взять себе вторую помощницу? Или заменить первую? Как-то она вяло справляется с тем, что я ей поручаю. Видимо, слишком я её загрузила, она начинает перегорать. Надо поощрить её.
9.00, 12, 15, 18, 19… Может пора закругляться? Нет, ещё письмо в издательство и всё, домой. 20.30. Вот теперь – точно всё. Пришёл ответ из редакции. Интересно, что предлагают? 22.00 домой. Только домой».
Катя ехала не торопясь, машин уже было немного, город готовился к ночи. Закончив рабочий день в офисе, она продолжала работать в мыслях, пыталась в уме просчитать смету для журнала, но ей нужно было видеть цифры перед глазами, иначе она сбивается. Но, по крайней мере, я смогу набросать в голове основные пункты, – думала она, – а завтра всё распишу».
Удар! Это произошло за долю секунды. Катя даже не поняла сразу, что произошло. Её тело резко устремилось вперёд, потом рывком – назад. То, что произошло в мгновение ока, Катя проживала, как в замедленной съёмке. Она сильно ударилась головой о подголовник.
Но, даже, несмотря на сильный удар, она успела инстинктивно выжать педаль и резко затормозить прямо перед пешеходным переходом, на котором был человек.
Её охватил ступор: оцепенев, она смотрела перед собой, даже не пытаясь что-то сделать. В тот момент её мысли словно отключились – она потерялась во времени и в пространстве – никак не могла понять, что же с ней сейчас произошло.
К её двери подбежал парень, постучал в окно.
– У Вас всё хорошо? Вы целы?
Катя смотрела на него непонимающими глазами. Он открыл дверь.
– Вы хорошо себя чувствуете? Вам нужен врач?
Она постепенно приходила в себя. Всё снова обретало краски, ускорялось. Катя вышла на дорогу. Её машина была сильно повреждена.
– Все целы? – спросила она людей, которые стояли рядом. Дальше – опять, как в кино. Приехали сотрудники ДПС: протоколы, разбирательства.
Паш, я попала в аварию. Не жди меня в ближайшее время, – медленным тихим голосом сказала она мужу, – отдыхай.
Где ты? С тобой всё хорошо? Катя, где ты?!
Не поверишь – рядом с домом, не успела повернуть. Перед пешеходным переходом.
Кать, я буду через 5 минут. Я уже выхожу.
Он действительно очень быстро оказался рядом. Все вопросы, которые нужно было решить, Паша взял на себя. Они провели на месте аварии немало времени.
Когда всё закончилось, он сел за руль, и они медленно доехали домой.
Катюнь, ты как?
Не знаю, мне кажется, что это всё не со мной. Я столько лет вожу машину и никогда не попадала в аварию.
Всё когда-то происходит в первый раз.
Она ничего не ответила. Стояла напротив окна и смотрела в никуда. Сейчас ей хотелось остаться одной.
Кать, ты мне так и не ответила, как ты себя чувствуешь?
Чувствую себя нормально. Всё хорошо. Пожалуйста, иди отдыхать, я немного побуду на кухне и приду к тебе.
Давай я заварю тебе чай?
Давай. Паш, как-то у меня всё не ладится. Проблемы на работе, и ещё эта чёртова авария.
Работа и авария – это не вся твоя жизнь, – между делом заметил Паша. – Мы с тобой много раз говорили об этом. Ты жива и это – самое главное. Машина застрахована, работа – ты уже сколько лет там, и постоянно что-то происходит и, если я не ошибаюсь, в большей степени, это не от тебя зависящие вещи.
Паш, мне плохо сейчас. Работа и авария – это часть моей жизни! Давай, ты не будешь читать мне мораль, не до этого…
У меня даже не было такой мысли. Твой чай, – поставив кружку перед Катей, он развернулся и направился в спальню, – спокойной тебе ночи.
Катя ничего не сказала ему в ответ. Чай так и остыл не- тронутым.
День сменялся новым днём. Что-то едва уловимое происходило в отношениях Кати и её мужа. Они начали часто ссориться по серьёзным причинам и по мелочам. Это стало входить в привычку. Не проходило и дня, чтобы не произошло какой-нибудь вспышки непонимания между ними. Столько лет в браке, счастливом и спокойном сменились взаимными обвинениями и упрёками.
Катя стала ещё позже возвращаться домой с работы, Паша часто уезжал в выходные, дни. Катю злили проявления подросткового возраста у девочек, она срывалась и на них. Паша защищал дочек. Обида была со всех сторон.
В какой-то момент Кате стало неприятно даже прикосновение мужа – она одёргивала его.
– Кать, у тебя появился другой мужчина? – как-то спросил её муж.
– Не говори глупости, – раздражённо ответила она.
– Я не понимаю, что происходит между нами: я люблю тебя, но мы не можем находиться вместе, рядом и пяти минут.
Она молчала. У неё не было других отношений, не было увлечений. Ей было физически не до этого. Снежный ком работы навалился на неё, почти накрыв собой.
– Паш, я не знаю, что тебе сказать. Я сама думаю об этом. Что-то со мной происходит: меня нервирует всё, мне хочется бежать в никуда, не останавливаясь. И делать мне это хочется самостоятельно.
–Ты ведь понимаешь, – если ты убежишь в никуда, вопросы не решатся.
–Паша, не трогай меня сейчас. Я не хочу об этом говорить, – на мгновение она замолчала, – может, и хочу, но не знаю о чём именно говорить.
– Давай, я помогу тебе?
Ты не сможешь.
А я попробую. Садись.
Она села за стол, он сел напротив.
Расскажи мне, что тебя бесит во мне, за что ты меня ненавидишь?
Паша, не усугубляй, – злит!
Я задал тебе прямой вопрос и хочу получить прямой ответ.