Ирина Моисеева – Синица (страница 6)

Наваждение и друг.

Тем лишь сможем мы гордиться,

Замечал мудрец, кто нам

В бедной старости напиться

Принесет воды стакан.

Кулинар: стаканом можно

Отмерять продукты в торт.

Вольный рисовал художник

Со стаканом натюрморт.

А стакан стоял безмолвно,

Будто вовсе ни при чем.

Каждый то, чем сам наполнен,

То всегда и видел в нем.

Шахматы

Где-то там в голубой дали,

Где в морях ураганы смелые,

Деревянные короли

Научились ходить по белому.

И с тех мы вот так живем,

С этой полукривой усмешкою:

Все хотели бы быть ферзем,

А по факту гоняем пешками,

Перекраивая миры

И лихих обгоняя ласточек.

Но фигуры после игры

В один общий сыграют ящичек.

Мы зависим от пары рук,

И от сотен ходов гроссмейстера.

Убедишься ты в этом вдруг,

Коль попробуешь этим вечером,

Игнорируя личный ад,

Не пугаясь уйти без грамоты,

Не бороться – а выйти над

И рукой

переставить

шахматы.

Синица

Мне вопрос прилетел синицей:

Неужели ты будешь с нами

В соцсетях на своей странице

Разговаривать лишь стихами?

Я скажу максимально честно:

Я бы рада вернуть обратно.

У меня разбежались тексты,

Я надеюсь не безвозвратно.

Я пытаюсь собрать страницы,

Но пока не смогла ни строчки.

Превратилась моя синица

В запятые, тире и точки.

Но открою еще вам тайну,

Только чур, это между нами:

Это все чрезвычайно странно,

Но и думаю я стихами.

А еще я могу стихами

Слушать музыку, удивляться,

Пить вино, делать па ногами,

Звать котов, рисовать, влюбляться.

Вот такие мои симптомы.

Очевидно, что дело плохо.

Ни на улице и ни дома

Не могу без них сделать вдоха.

Врач знакомый развел руками:

Не хочу повод дать для грусти,

Ты пока подыши стихами,

А потом, может быть, отпустит.