Ирина Минакова – Хроники Сумеречной Зоны. Нет дыма без огня. Книга 1. Часть 1 (страница 22)
– Не до шуток. Кстати, предупреди, пусть клювами не щёлкают. Я не шучу!
– Да, поняли… Как туристы?
– Всё в порядке. У одного вывих ноги. Есть обморожение. Срочно нужна квалифицированная помощь.
– Понятно.
Связь оборвалась, а Павел всё стоял и нервно покуривал.
Через три часа к ним пожаловал конный разъезд, который забрал раненных. Остальные вернулись на КСП на своих двоих.
Спрятавшись от любопытных и скептиков, Павел замкнулся в себе, и на предложения друга, пойти развлечься, не реагировал.
Поздно вечером, майору Гранину позвонил знакомый санитар из больницы.
– Добрый вечер, Сергей Михайлович. Я думаю для вас это будет интересно.
– Привет, Николай! Что-то случилось?
– Можно и, так сказать. Сейчас в больницу привезли местного бомжа в неадекватном состоянии. Охранник его узнал, только говорит, что «он за день состарился сильнее, чем я за пятнадцать лет».
– Это как понять?
– Он утром его видел. Хоть и бомж, но здоровье у него было отменное. Сейчас по нему этого не скажешь. Глубокий старик с впалыми щеками.
– Как зовут?
– Вот то-то и оно, никто не знает. Бомж и бомж. Документов при нем не было, а сам он не говорит своего имени.
– Амнезия?
– Не думаю. Но я о другом. Мало того, что все руки у него в глубоких царапинах и щипах, он ещё нёс какую-то чушь об инопланетянах, ангелах и бесах.
– И всё в одном флаконе?
– Не понял? – растерялся Николай.
– Инопланетяне, ангелы и бесы – все сразу?
– Вы всё шутите, а мне страшно стало. Еле смену доработал, ходил по коридорам оглядываясь.
– Действительно так страшно?
– Не столь страшно, как очень неуютно. Мужик рассказывал столь убедительно и подробно, что жутко стало.
– Что он вам поведал?
– Вечером на серпантине, он осматривал мусорный контейнер. Недалеко стояла легковая машина, и двое людей любовались закатом. С горы спускался мотоцикл учителя, как вдруг, на дороге, вспыхнул не яркий свет, озарив плотный серый туман, который расступился, и из него вышла маленькая девочка лет пяти. Мотоцикл ехал прямо на неё. Девочка закрыла глаза и испарилась, а туман, словно живое существо, заметался в испуге на дороге, приобретая фантастические очертания. Он исчез с громким хлопком, словно стая чертей разбежалась в разные стороны. Один черт бросился к бомжу, и тот с испугу, сломя голову ринулся вниз по склону, не разбирая дороги.
– Как он к вам попал?
– Мужчина какой-то привёз, говорит, если ждать до утра, истечёт кровью.
– Сильно пострадал?
– Два глубоких пореза, на которые пришлось накладывать швы. А шипов вытащили так много, что счёт потеряли.
– Шипы? – удивился Гранин. – Где он их нашёл?
– Так он по колючему кустарнику удирал, говорит дорогу искать некогда было, могли догнать.
– Он сейчас в больнице?
– Да куда ж он денется? Забился в угол и бормочет что-то…
– На всякий случай приставь охрану к нему, не дай уйти.
– Его хотят в психушку отправить, говорят ему там самое место.
– Я сейчас буду, дождитесь меня.
Мужик, что сидел в уголке комнаты, закрыв глаза и сжимая край пижамы, что-то тихо бормотал. Толи просил кого, толи уговаривал себя, не понятно.
Майор тихо вошёл и встал в сторонке, наблюдая. Мужик глаз не открывал, зажмуривая, что есть силы, словно боялся кого-то увидеть, но на малейший стук или резкий звук за окном, нервно вздрагивал и вжимал голову в плечи.
– Я, майор Гранин, – тихо представился мужчина, стараясь не испугать пациента ещё больше. – Вы не могли бы ответить на несколько вопросов?
Мужчина не реагировал. Подсев ближе, майор легко коснулся руки больного, отчего тот взвился на ноги и шарахнулся в сторону, налетев на тумбочку и опрокидывая стакан с водой.
– Тише, тише! – пытался успокоить его Гранин. – Никто вас не тронет, вы под опекой доблестной милиции.
То ли звук голоса подействовал, то ли упоминание о доблестной милиции, но мужчина осторожно приоткрыл глаза, оглядываясь. Заметив майора, он задержал на нём взгляд и расслабленно вздохнул.
– Сергей Михайлович, как я рад вас видеть.
Гранин с удивлением узнал в заросшем старом человеке давнего знакомого.
– Неужели Спиридон Михайлович? – Сергей внимательно оглядывал босоногого больного в пижаме.
В прошлом это был известный знаток старинных и редких вещей: живописи, скульптуры, мебели, украшений. Не было сферы, в которой у него не было бы обширных знаний. Это была настоящая ходячая энциклопедия по художественным произведениям от глубокой древности и до наших дней.
«Но что случилось с ним сейчас? Что довело его до такого состояния?»
– Я, собственной персоной, – кивнул головой мужчина, тяжело вздыхая и осторожно опускаясь на кровать.
– Что с вами произошло? Сколько мы с вами не виделись?
– Года три не больше.
– Вы сильно изменились.
– Да уж, время не щадит.
– Поведайте мне, что произошло?
– С чего начать…
– Начните с того, куда вы пропали после аукциона?
Мужчина тяжело вздохнул и начал повествование.
– Аукцион заканчивался, когда ко мне подошёл молодой человек в модном костюме и пригласил в гостиничный номер, оценить одну необычную статуэтку, определить возраст и происхождение. Вы же знаете, как я падок на такие вещи? Меня даже не насторожило, что мы поднимались по лестнице, а не на лифте. Я в эйфории потирал руки, все мысли были о предстоящем осмотре. Я даже не смотрел, куда иду…
Он сглотнул слюну и тихо продолжал, поглядывая в окно.
– Статуэтка была диковиной. Вырезанная из большого куска полупрозрачного темно-зелёного камня, с вкраплениями жёлтого цвета. Камень крепкий, как алмаз, но не так прозрачен. Более похож на империал, но вкрапления ставят меня в тупик. Они жёлтые! И необычной формы! Словно внутрь камня поместили жёлтые зёрнышки, не более 2 мм длиной, расположенные острым концом внутрь, более широким – наружу. И знаете? Мне показалось, что они образовались от взрыва внутри камня, если можно так выразиться, от одной точки, в разные стороны, – Спиридон Михайлович встрепенулся. – Удивительно! Не правда, ли?
– Мне трудно судить, – пожал плечами Гранин. – Я его не видел.
Мужчина вздохнул и продолжал.
– Фигурка больше смахивала на карикатуру кошки. Тело небольшое, лапы короткие, с широкими подушечками и искусно вырезанными, хорошо развитыми пальчиками. Хвост – маленький обрубок, как у рыси. Голова большая, уши торчком. Усы животного заворачивались за голову и соединялись на загривке с гребнем щетины, проходящей от макушки до основания хвоста. В загривок было вделано кольцо из темно-красного металла. Два больших камня, вместо глаз горели ярким, жёлтым огнём, словно подсвеченные изнутри. Я даже спросил об этом молодого человека. Он сначала удивился, потом подошёл ближе, поднял фигурку, рассматривая… – мужчина замолчал, задержав дыхание и собираясь с силами…
Рассказ казался фантастическим, такого и в кино вряд ли увидишь. Но Гранин понимал, что придумывать что-либо этот человек не собирался. Не в том он положении.
– Что дальше? – Гранина увлёк рассказ до такой степени, что он наклонился к Спиридону Михайловичу, ловя каждое слово.