Ирина Маулер – Не посторонняя (страница 10)
В звуки Шопена на фортепьяно.
Я королева – ты чернорабочий,
Слов моих ненавидишь подстрочник.
Да, мой язык для тебя санскритом,
И не сиреной тебе я – скрипом,
Скрипкой не первой, последней нотой,
В зыбкой, забытой тетради нотной,
Болью зубною, сносящей крышу,
Слишком красною краской лишней.
Ты для меня – бои без правил,
Ты так отчаянно хочешь править,
Править меня, чтоб с тобою вровень,
Так, чтобы очень и очень больно.
Я королева, ты хочешь в пажи?
У королевы свои экипажи,
Бальные платья, все под рукою,
Страхи и страсти, и слово для боя.
Не мазохистка, не королева,
Пусть, но свободна и вправо, и влево
Я без конвоя предубеждений
Личному времени сесть на колени.
Больно?.. и мне…
Но если слишком –
Не обижайся, ничего личного,
И никого лишнего нет между нами.
Я, ты и непонимание.
Тихо, чуть слышно закружится лист,
осень по веткам берез,
воздух надушен и падает вниз
прямо в объятья грез,
белка рывком – ни хвоста и ни лап,
бабочка цвета смолы,
крылышки тонкие движутся в такт
этой осенней поры.
Да, так бывает – октябрь, пастораль
и подорожник к ноге,
если не это потерянный рай, значит, его нет нигде.
Песенку эту поет мне сосна,
как мне за ней повторить
так, чтобы песенка нам помогла эту войну пережить.
Как же беспечно поют соловьи, как бесконечна река…
Где попросить о такой же любви, чтобы наверняка.
Всего лишь нелюбовь,
всего лишь без ответа,
всего лишь не слова,
которые так ждешь,
всего лишь вновь и вновь
две разные планеты,
и кругом голова и по асфальту дождь.
Всего лишь эта жизнь,
всего лишь это утро,
всего лишь тишина
на сердце и устах,
кто рассказал, что есть
на свете это чувство,
которое летит на алых парусах.
Все бабочки к огню
летят, влекомы светом,
так смейся и кружись