Ирина Матлак – Жена в придачу, или Самый главный приз (СИ) (страница 69)

Пить эту гадость совсем не хотелось, но, разумеется, пришлось. На вкус эликсир оказался нейтральным, но до чего же жгучая боль на несколько мгновений сковала тело! Мой огонь и оружейная магия взбесились, противясь нежеланному вторжению, но оказались подавлены. Лишившись магии, я вдруг ощутила себя непривычно беспомощной, но длилось это недолго. Висящая на шее черно-золотая пластина нагрелась, слегка завибрировала и послала энергетические импульсы, заставив почувствовать себя повелительницей карт.

Глава 27

С Эгри я совещалась только для вида, так как с первого взгляда избрала для себя путь. Потратила данное нам время на пару практических вопросов и, получив предельно четкие ответы, приняла этот вызов.

Как только выбор был сделан, ведущий проводил меня к бортику арены, где я встала в центре начерченного красного круга. Затем они с Эгри ушли, а арена стала стремительно меняться, превращаясь в точную копию той, что я избрала. Масштаб действий поражал, и я бы даже посчитать не взялась, сколько времени, сил и денег было потрачено на организацию сегодняшнего этапа.

Прямо передо мной разлилась река с несколькими хлипкими льдинами, в водах которой плавали огромные белые змеи; следом – лава и пропасть, над которой тянулась веревка, а в конце пути виднелся впечатляющих размеров гартах. В сущности, все варианты были похожи между собой, и этот я выбрала преимущественно из-за гартаха. Все-таки опыт сражения с этими тварюшками у меня уже имелся.

Над преобразованиями арены явно потрудились передовые маги империи, и пусть по части создания новых реальностей до Риа-Гары им было далеко, эта магия впечатляла. Сложное сплетение иллюзии и реальности – вот чем она являлась.

Снова вдох. Снова выдох. Разнесшийся звук гонга, начавшийся отсчет времени – и я сорвалась с места, попутно выбрасывая из колоды две карты. Прежде чем добежала до реки, они упали на льдины, впитались в них, и через считаные мгновения у льдин появились копии, проложившие мне путь на другой берег.

Над водой полукольцами вздымались тела змей, со всех сторон раздавалось шипение, лед скользил под ногами, но я не останавливалась ни на миг. Полная решимости, глядя только вперед, прыгала по ледяным островкам, слыша, как остающиеся позади льдины трескаются, – это змеи ударяли по ним хвостами. Кто-то кричал, испуганные возгласы сливались воедино, но трибун со зрителями для меня не существовало. Только конечная цель и движение вперед.

Не останавливаться. Ни за что не останавливаться. Остановиться – значит проиграть.

Когда передо мной осталось всего две льдины, удар змей пришелся прямо по ним. Вскочив на вставший перпендикулярно осколок, я бросила в воду карту с изображением бревна. Вместо него появился жалкий трухлявый обломок, но даже его оказалось достаточно, чтобы в самый последний момент успеть пробежать по нему и спрыгнуть на твердую землю. Змеи буквально дышали мне в затылок, челюсти с острыми ядовитыми зубами щелкнули в опасной близости от меня.

Вновь раздался гонг, ознаменовавший, что первая ступень пройдена. Не став об этом задумываться и по-прежнему не останавливаясь, я снова побежала вперед. В лицо полыхнул жар раскаленной лавы – будь она настоящей, не смогла бы к ней даже приблизиться.

Я достала из колоды три карты, намереваясь создать несколько устойчивых каменных плит, как вдруг где-то наверху раздались звуки, похожие на хлопанье множества крыльев. Резко запрокинув голову, увидела с десяток огромных, пикирующих на меня птиц. Что это за вид, не имела ни малейшего представления, но в любом случае их поведение вряд ли можно было трактовать как дружелюбное.

Карт для защиты у меня имелось всего две, и одну пришлось использовать прямо сейчас. Не имея выбора, я не медлила и окружила себя небольшим магическим куполом, который тут же принял на себя удары когтистых лап.

– Вот черт! – вырвалось у меня, когда одна пташка умудрилась пробить защиту.

А ведь Эгри уверял, что она крайне прочная!

Решения созревали в голове мгновенно. В несколько шагов подбежав прямо к лаве, я сделала то, что намеревалась сделать изначально, – бросила в нее карты каменных плит. Как раз в этот же момент птицам удалось пробить защиту, и на сей раз удары клювов и когтей обрушились на меня. Я вовремя побежала вперед, поэтому они пришлись по касательной, но все же предплечье полоснуло резкой болью.

– Да сгиньте вы! – крикнула после того, как треклятые летуны снова меня настигли.

Предчувствуя, чем все это может закончиться, я достала из колоды две самые ценные карты и на бегу сунула их в голенище сапога. Затем попыталась вытащить из остальной колоды что-нибудь, способное отогнать птиц, но в следующий миг две из них оказались впереди, стремительно летящими на меня.

Времени уклониться попросту не было. Удар откинул меня назад, вынудил потерять равновесие, и я упала, выронив карты и ничего не успев из них призвать. Практически все они упали в кипящую лаву, и я, не помня себя, машинально попыталась их достать, но жгучая боль в ладонях моментально отрезвила.

Вскочив на ноги, я бросилась бежать с такой скоростью, с какой не бегала еще никогда. Легкие буквально разрывались, от жары слезились глаза, лишенная магической защиты одежда липла к телу.

Птицы не отставали и преследовали меня до тех пор, пока я не оказалась на крутом обрыве. Добежав до самого его края, я затормозила и увидела, как в черную бездну срываются летящие из-под моих ног мелкие камешки.

Пропасть точно была иллюзией – по крайней мере, разбиться в ней было невозможно. Находящаяся на другой ее стороне гора – тоже. А вот тянущийся до нее канат – настоящим.

Обернувшись, я обнаружила, что и ледяная река, и лава исчезли. Позади теперь виднелась обычная арена, только трибуны воспринимались смазанными, нечеткими, будто застланными пеленой тумана.

Вспомнив об уцелевших картах, я отрицательно покачала головой: их нужно приберечь для гартаха, иначе против него не выстою.

Глядя на натянутый над пропастью канат, я не могла понять, какова его истинная длина. Учитывая примененную магию, нельзя быть уверенной ни в чем, но в любом случае выбор отсутствовал.

«А вот теперь точно понадобится удача», – мысленно проговорила я и, скинув жилет, оторвала от рубашки несколько лоскутов.

В несколько слоев обвязала ими саднящие ладони и, бросив быстрый взгляд на неумолимо бегущие вперед часы, ухватилась за канат.

Вознося благодарность своей хорошей физической форме и долгим тренировкам, я упорно ползла вперед. Вскоре руки начали уставать, и к саднящим ладоням добавилась боль в до предела напряженных мышцах. Чертов канат казался бесконечным, но отсутствие птиц и дополнительных препятствий вызывало какое-никакое облегчение.

По неизменному закону подлости, стоило об этом подумать, как позади раздался громкий птичий крик. Невольно вздрогнув, я тут же собралась, стиснула зубы и еще активней заработала руками. Не находись я сейчас в таких условиях, наверняка сравнила бы себя с извивающейся в воздухе гусеницей, которую хочет растерзать стая голодных пернатых.

Несмотря на все мои старания, птицы настигали меня очень быстро. Когда их крики и хлопанье крыльев прозвучали совсем близко, я мысленно выругалась и решилась на рискованный шаг. Осторожно отпустила правую руку и, оставшись висеть на одной левой, достала из сапога карту с мечом. Я не была уверена, протянет ли материализация меча до гартаха, но, не используя его, до поединка с гартахом не протянула бы я сама.

Пустую карту выбрасывать не стала и зажала ее в зубах.

«А, чтоб вас!» – мысленно выругалась я, в то время как три огромные птицы одна за другой бросились на меня.

Отбиваться от них, болтаясь над пропастью и удерживая собственный вес на одной руке, было не то что сложно, а практически невозможно. Я не делала лишних движений, зорко следила за их перемещениями и выжидала удобного момента для удара. Это с родным и хорошо знакомым оружием можно атаковать часы напролет, а карточный меч не вечен.

Птицы, словно желая изощренно меня помучить, зависли на одном месте и прекратили попытки нападать. Но стоило мне попытаться продолжить путь по канату, как они начинали с криками атаковать.

Сил оставалось все меньше, повязка на руке напиталась кровью, и ситуация с каждой секундой становилась все хуже. Рука просто разрывалась, до безумия хотелось разжать пальцы, но все же желание дойти до конца было куда сильнее. Ради победы я была готова стерпеть и не такое, поэтому продолжала держаться из чистого упрямства и лихорадочно искать выход.

Опустила взгляд на висящую на шее подвеску – заряда в артефакте осталось совсем мало. В скором времени припомнив, что верными у меня бывают спонтанные и рискованные решения, я подняла руку с мечом и сделала вид, что намереваюсь взяться ею за канат. И птицы не заставили себя ждать.

Позволив первой подлететь как можно ближе, я резко вскинула меч, замахнулась и врезала по ней со всей силы. Удар пришелся прямо в цель. Следом ударила по второй, а третья в этот момент залетела сзади, буквально застав меня врасплох. Когти вцепились в мое и без того разодранное плечо, и я вскрикнула, практически разжав пальцы.

Игнорируя боль, ухитрилась извернуться и из последних сил ударила вновь. Будь птица расторопней и не нанеси я ей смертельную рану, проигрыш был бы мне обеспечен. Но я попала.