Ирина Матлак – Жена в придачу, или Самый главный приз (СИ) (страница 44)

– Это даже романтично, не находишь? Мы заперты здесь одни. Отрезаны от всех миров…

С такой точки зрения рассматривать наше положение я не пробовала.

– Не нахожу, – отрезала я, но получилось не так уверенно, как хотелось.

Вопреки моей воле и нежеланию поддаваться, сказанное прочно отпечаталось в сознании, проникло буквально под кожу и впиталось в кровь. Присутствие Олдера я ощущала слишком явно. Он больше ничего не говорил, даже не прикасался, но этого и не требовалось, чтобы меня сковало напряжение. Меня охватило неконтролируемое волнение, от которого в горле пересохло, а ногти впивались в ладони.

Я не верила Олдеру – по крайней мере, не верила до конца. У этого сильнейшего боевого мага в шкафу имелся не один десяток скелетов, показывать которые он явно не намеревался. И было бы глупо поддаваться его чертовой притягательности.

Мне никогда не доводилось испытывать подобного. Первые подростковые поцелуи с Эгри, когда мы просто хотели узнать, что это такое – поцелуй, давно померкли. Поползновения со стороны Трэя не вызывали ничего, кроме раздражения, а когда он вдруг позволял себе лишнее, то меня охватывала злость.

Но Олдер…

– Еще немного, и я поверю, что сумел отнять дар речи у самой Фелиции Саагар. – Затылок обожгло его дыхание.

И не единожды, гартах бы тебя сожрал!

– Еще немного, и я поверю, что сумела всерьез заинтересовать самого Олдера Дирра, – ответила ему в тон.

В тот же момент его ладони оказались на моих предплечьях, медленно скользнули вниз, и я услышала вкрадчивое:

– А ты до сих пор сомневаешься?

Добравшись до запястий, Олдер поднял рукава моей туники и снова двинулся вверх – теперь касаясь мгновенно покрывшейся мурашками кожи. Остановить это хотелось настолько же сильно, насколько предательски хотелось продолжить.

Сила воли победила прокатившуюся по телу сладкую волну. Резко отдернув руки, я круто развернулась, но сделала только хуже. Олдер находился немыслимо, непозволительно близко – настолько, что я могла увидеть собственное отражение в его глазах, отливающих расплавленным золотом. Глазах, смотрящих на меня так, как до этого не смотрели ни одни другие.

– Пусти, – выдохнула я, не в силах от них оторваться.

Сквозь смешок прорвались глубокие хриплые нотки:

– Разве я держу?

Пересечение наших взглядов можно было назвать невидимой битвой, хотя скажи мне кто-нибудь такую фразу ранее, и я бы только посмеялась над ее пафосом. Но это действительно была битва. Скрещение незримых клинков, молчаливый разговор, когда вовсе не обязательно произносить слова.

Сердце колотилось неистово, в мыслях проплывали яркие фрагменты из нашего общего прошлого в лесу и на базе. Нежное касание губ и властные объятия, от которых сбивается дыхание и обращается в лаву кровь…

Не отрывая взгляда и словно читая мои мысли, Олдер приподнял меня за подбородок и коснулся большим пальцем губ. Очертил контур, вынуждая их приоткрыть, и глухо произнес:

– Ты совсем на него не похожа…

Не дав мне опомниться и вникнуть в смысл сказанного, поцеловал – внезапно, ярко, страстно. Я обрушивала на себя сотни тысяч проклятий, ругала, как могла, но сопротивляться охватившему меня наваждению оказалась не в состоянии. Не способная противиться горячим губам, сминающим мои, рукам, чувственно скользящим по спине, я таяла, точно лед под натиском солнца – прекрасного, но смертельного.

Неизвестно, чем бы закончилось это безумие, если бы не раздавшийся рядом шум, вернувший меня к реальности – странной немыслимой реальности, в которой мы оказались заперты до заката.

Не сдержав тихого стона, я отстранилась и точно в тумане посмотрела на находящееся напротив лицо. На четко очерченные губы, твердую линию подбородка и темные брови, под которыми сверкали карие глаза – действительно сверкали… Точно затопленные разлившейся золотой рекой, впитавшие в себя все ее переливы и блеск. В эти короткие мгновения я увидела в них больше, чем за все недели до этого: борьбу с самим собой, сомнения, противоречивость чувств. Настоящую, проглянувшую наружу душу Олдера Дирра.

Шум повторился. С трудом оторвавшись от взгляда Олдера, я обернулась и обнаружила по другую сторону барьера мальчика. Отметила сдвинутую набок шапку с козырьком, зажатый под мышкой мяч, свободную одежду и щуплую фигуру. На вид мальчишке было лет десять. Хлопая большими глазами, он смотрел прямо на нас.

Глава 18

– Васька, ты чего застыл? – спросила подошедшая к нему девочка.

– Ты разве не знаешь, что это за дом? – По-прежнему казалось, что мальчишка смотрит прямо на меня. – Здесь лет двадцать назад магазин был, а как стала всякая чертовщина твориться, так его и закрыли. Мне вот и сейчас чудится, что из окна на нас кто-то смотрит.

– Дурак ты, Васька! – фыркнула его подруга. – Нет там никого и быть не может!

Несмотря на показную смелость, в глубине души она тоже боялась – это явно читалось в ее широко распахнутых глазах.

Я же в это время чувствовала себя престранно. Мальчишка положил руки прямо на барьер, и теперь наши ладони соприкасались. Я почти чувствовала исходящее от него человеческое тепло, которое не могла поглотить даже сильная магия.

– Горячо! – неожиданно воскликнул мальчик и, отпрянув, подул на обожженные ладони.

– Фелиция! – тут же громыхнул Олдер, силком оттащивший меня от барьера.

Несколько заторможенно взглянув на свои руки, я обнаружила, что от них исходит жар. Перевела взгляд на барьер – его структура немного изменилась, истончившись в двух местах… Ровно там, где секунду назад лежали мои ладони.

Пока дети убегали, сверкая пятками, я пыталась понять, что сейчас произошло. И не я одна – Олдер явно был занят тем же.

– Интересно, – задумчиво проговорил он спустя несколько секунд молчания. – Похоже, твоя огненная магия оказывает воздействие на межмировой барьер.

Собственно, вот и все, что он сказал по этому поводу. Понять этого мага мне всегда было сложно, а сейчас особенно. Да и многочисленные странности привели к тому, что я перестала удивляться, а барьер не волновал меня вовсе.

Все, чего хотелось, – это поскорее отсюда убраться. Пусть даже самой последней, но все-таки завершить треклятое испытание, пройти оставшиеся и, наконец, вернуться в гильдию.

Но некоторые вещи все же беспокоили по-настоящему и настойчиво занимали мысли. За время, проведенное в пещере, вопросов скопилась масса.

Кто способствовал нашему сюда попаданию и не человек ли это, столкнувший с крыши Эшера Калле? Неужели некто действительно ведет нечестную игру, в которой готов зайти так далеко? Ведь если бы не знания Олдера (который, в свою очередь, тоже вызывает множество вопросов), выбраться из этой пещеры мы бы вряд ли сумели.

Осознание, что своим спасением я в очередной раз обязана этому магу, вызвало глухое раздражение. Невыносимо!

Постепенно на потусторонний мир опускались мягкие золотые краски. Солнце медленно заходило за высокие здания, отражалось во множестве окон и заливало серую дорогу, где продолжали сновать вереницы машин.

Закат наступил незаметно. Я ждала его, сидя на холодной земле и считая минуты, но он все равно застал врасплох. Будучи чувствительной к колебаниям магии, я думала, что с приходом заката уловлю какие-то перемены. Но ничего подобного не случилось. Все тот же барьер и та же исходящая от него энергия.

Когда Олдер сообщил, что пора перемещаться, я подчинилась безропотно. Сейчас он – мой проводник, чего уж тут…

Мне не хватало смелости и решительности, чтобы смотреть ему в глаза. Да и смотреть на него вообще. Пока мы стояли в центре пещеры, я изучала стены, продолжала разглядывать незнакомый мир, считать комки красной глины… только бы не сталкиваться с ним взглядом. Ни к чему, совсем ни к чему лишний раз напоминать себе о том, что произошло всего пару часов назад! Забыть об этом, стереть из памяти и больше не допускать подобного! Только не с ним и тем более не сейчас!

Когда Олдер попытался меня обнять, я отпрянула. Но тут же себя отругала и с напускным равнодушием снова встала рядом. Позволила притянуть себя ближе, уловила ненавязчивый аромат сандала, и окружающее пространство внезапно начало блекнуть. Краски выцветали, смазывались контуры, а закат становился все тусклее и в итоге исчез.

– Предлагаю никому не рассказывать о нашем небольшом приключении, – шепнул Олдер. – Так будет лучше.

Вопрос: «Лучше для кого?» – я оставила при себе. Может, сейчас ничего никому рассказывать и не стану, но это только пока. Тем более, чтобы кому-то что-то рассказывать, сначала нужно выбраться!

В отличие от предыдущего этот переход оказался безболезненным. Но, что странно, показалось, будто такую магию я уже где-то ощущала. Недавно, но не в Риа-Гаре, а немного раньше…

Впрочем, долго задержаться на этой мысли у меня не получилось. Как только взору предстали знакомые, пропахшие солью стены, меня захлестнуло волной шума. Щелчки магокамер, которым я была рада как никогда, крики участников игр, шаги проталкивающихся к нам наблюдателей – все слилось в единую, похожую на творение абстракциониста картину.

«Спасены, – стремительно пронеслось в голове, и меня затопило непередаваемым облегчением. – Выбрались, получилось!»

Прошло всего несколько минут перед тем, как меня ждало третье и – я очень надеялась – последнее потрясение за этот долгий день. Каково же было мое изумление, когда, покинув Риа-Гару, вместо заката я увидела ясный день.