Ирина Матлак – Жена в придачу, или Самый главный приз (СИ) (страница 30)

Тяжело дыша, лишь из чистого упрямства продолжая держаться на ногах, я вонзила меч в землю и заставила себя расправить плечи. Я все еще видела мир словно замедленным, все воспринималось точно в тумане, и я едва понимала, что происходит.

«Получилось? Получилось…» – теперь наполняло мои мысли.

Публика аплодирует стоя. До меня доносятся восторженные, неудержимые крики.

Пересохшими губами я беззвучно отвечаю сама себе: «Получилось!»

Вместе с этим осознанием тело внезапно обмякло, и я почувствовала, что медленно оседаю на землю. Сквозь все тот же туман заметила уже бегущих ко мне и Аграну лекарей, держащих наготове эликсиры восстановления, а в следующий миг ощутила, как кто-то помогает мне подняться и бережно, но уверенно берет на руки.

Не то чтобы я не помнила, как попала в медицинское крыло игрового комплекса, нет. Помнила. Просто пока меня сюда несли, воспринимала все как-то отстраненно, казалось, будто все это происходит не со мной. Даже не сразу поняла, что на руки меня взял невесть откуда взявшийся Олдер, привлекший к нашим персонам дополнительное внимание. У него, судя по всему, вообще хобби такое – внимание привлекать.

Нет бы в гильдии сидел или на трибунах – победой легкой наслаждался благодаря выбывшему Эшеру, так вместо этого снова на арену вышел. И для чего! Чтобы поднять пострадавшую меня, собственноручно уложить на носилки и сопроводить до места назначения, то есть медкрыла.

Все-таки есть в этой жизни вещи, которых мне не понять…

Больничные палаты я ненавидела с далекого детства и, сколько себя помню, всегда старалась их избегать. Даже когда меня цапнула за палец вредная маленькая саламандра – а это, между прочим, очень опасно, – вместо того чтобы обратиться к лекарям, предпочла страдать в своей комнате. Наверное, не загляни ко мне тетушка Ливия, точно бы преждевременно отправилась на тот свет.

Так вот, к чему это я. Радости от нахождения в нервирующих белых стенах я, естественно, не испытывала. Поэтому, как только оказалась в состоянии шевелиться, попыталась потихоньку улизнуть, но мою попытку бегства пресекли на корню.

Видимо, не судьба мне полюбоваться на фейерверк на играх. Не судьба.

– Леди Саагар, вернитесь, пожалуйста, в постель, – со строгим выражением лица попросила остановившая меня медсестра. – Чтобы эликсиры подействовали, до завтрашнего вечера вам необходим постельный режим.

Я разве что не застонала от досады: проваляться без дела целые сутки? Гартах знает что такое!

Опустившись на подушки, раздраженно повела плечами и уставилась в окно, за которым уже стемнело. Судя по доносящимся звукам, фейерверк как раз был в самом разгаре, но мне были видны лишь разноцветные отблески на темно-синем небе.

Спать не хотелось. На еду смотреть вообще не могла. И чем себя в таком случае занять? Немного мысленно повозмущавшись, я все же смирилась с неизбежным и решила, что буду наслаждаться покоем. В самом деле, когда еще такая возможность выпадет?

– Фелиция!

Что я там только что говорила о покое?

Дверь резко распахнулась, с размаху впечаталась в стену, и в палату на всех парах влетел отец. Вид Драгор Непобедимый имел внушительный, даже, можно сказать, устрашающий. Должно быть, именно поэтому дежурившую около меня медсестру тут же как ветром сдуло, а в коридоре раздался громкий удаляющийся топот – видимо, компанию ей составили остальные лекари.

Отец с грохотом придвинул к кровати стул, присел и вперился в меня таким тяжелым взглядом, что любого другого на моем месте однозначно бы расплющило. Но нам-то не впервой, мы-то к такому привычные.

– Да-да, ты предупреждал, что игры жестокие, в них можно покалечиться и вообще, не женское это дело – мечами махать, – опередила я уже открывшего рот папу.

Рот закрылся. Взгляд стал еще более суровым.

Я тяжело вздохнула.

– Ну не переживай ты из-за этого. Сам ведь знаешь, какие прочные у меня магические доспехи. К тому же восстанавливающим эликсиром накачали так, что и неизлечимые наследственные болезни исчезнуть могут.

– Какие, к гартаху, наследственные болезни? – не оценил юмора глава гильдии магов. – Фелиция, еще один такой бой, и я в гроб полезу!

– А вот о своем здоровье тебе нужно позаботиться, – тут же перевела я разговор в нужное мне русло. – Сам хорош, а еще замечания делаешь!

Меня понесло, и, желая отвлечь его внимание, я принялась с воодушевлением отчитывать нерадивого родителя, в которого пошла не только магией, но и ярой нелюбовью к лекарям. Мы были похожи во многих вещах, но все-таки искусством виртуозной игры на нервах я владела лучше. Поэтому не прошло и нескольких минут, как Драгор Непобедимый буквально взвыл, заявил, что его дочь невыносима, и громко позвал медсестру. Когда та появилась, готовая исполнять любые распоряжения, велел ей не спускать с меня глаз и делать все необходимое, чтобы несносная девчонка, то есть леди Саагар, то есть я, полностью восстановилась после битвы.

Причем по лицу папы было видно, что он бы многое отдал, лишь бы я провалялась здесь подольше и выбыла из игр по состоянию здоровья. У меня даже мелькнула мысль, что он может попытаться это провернуть, но я все же надеялась, что такой подлости с его стороны не последует.

Следом за отцом в палату наведался Эгри, и ему я была рада, как никому другому. Он притащил две коробки шоколадных конфет (правда, одну из них сам и уничтожил), фрукты и мой любимый зеленый чай.

А далее началось самое интересное – новости, услышать которые я жаждала просто неимоверно. В целом исход второго дня игр вышел ожидаемым: победу одержали те, на кого я думала. Разумеется, в числе счастливчиков оказался и Трэй.

– Ну а теперь самое интересное, – принявшись чистить апельсин, торжественно произнес Эгри. – Сейчас в играх осталось тридцать восемь магов. Председатель жюри объявил о том, как будет проходить третий этап. Суть в том, что после него снова отсеется половина игроков, и, со слов председателя, этот этап будет интересным и сложным. Через три дня игры переместятся в Северные горы, где участникам предстоит пройти испытания. Это проверка на выносливость, силу и смекалку. А битв между игроками не будет.

– Битв не будет? – удивленным эхом повторила я. – Северные горы? С ума сойти…

На моей памяти раньше ничего подобного не наблюдалось: соревнования проходили исключительно на арене. Впрочем, на то игры и юбилейные, чтобы чем-то отличаться.

– И как они за нами следить намереваются? – поинтересовалась, задумчиво глядя на друга. – С помощью магокамер?

– Ага, – беззаботно кивнул тот, уплетая оранжевый плод. – Ну и маячки поставят, само собой. Слышала же про это новшество научного центра? Еще и кристаллами перестрахуются, их там по всему периметру расставят. В горы отправятся несколько членов жюри и наблюдатели. А зрители на трибунах будут наблюдать за прямой трансляцией.

Вот здесь я изумилась по-настоящему:

– Какая еще прямая трансляция? Ты что, скисший апельсин и просроченный шоколад съел?

– Это ты, подруга моя дорогая, от жизни совсем отстала со своими тренировками! – усмехнулся Эгри. – Еще одно новейшее изобретение центра, сам император его курировал – у императрицы же неизменная конкурентка за его страсть есть, наукой зовется. Так вот. С помощью магических кристаллов и магокамер теперь можно не только просматривать уже сделанные записи, но и транслировать картинку в реальном времени. Без звука, правда. Но его для публики заменят музыкой и комментариями ведущего.

Вот это новости! Вот уж действительно, отстала от жизни так отстала! А ведь не так давно о таких технологиях никто и помыслить не мог! Умеют хранить информацию в секрете наши великие ученые, этого у них не отнять.

Прежде чем уйти, Эгри одарил меня еще одним приятным сюрпризом. Положив на прикроватную тумбочку карту с изображением цветов, провел над ней рукой, интригующе улыбнулся, и те постепенно материализовались. Взмыли в воздух, приблизились ко мне, остановившись на несколько мгновений, а затем опустились в изящную хрустальную вазочку, появившуюся все из той же карты.

Оставшись в одиночестве и убедившись, что в палату входить никто не собирается, я тихонько встала с постели и подошла к окну. За дверью наверняка стояли присланные папой стражи, дежурила медсестра или даже лекари, но мне удалось от этого абстрагироваться.

Подоконник в палате был большой, и я без труда на нем уместилась. Отсюда, с четвертого этажа медкрыла, открывался вид на все еще оживленную Айтаровую улицу, по которой сновали толпы горожан, вероятно возвращающихся домой после игр. Повсюду сновали тележки, торгующие сладостями, шариками и мелкими сувенирами. Один мужчина купил мальчику – наверное, сыну – огромный полосатый леденец, а затем не менее огромную охапку разноцветных воздушных шариков. Казалось, шарики вот-вот поднимут малыша в воздух.

Наблюдая за тем, как этот малыш с аппетитом надкусывает леденец, я внезапно ощутила, что тоже не прочь перекусить. Аппетит таки проснулся! Мой законный остывший обед унесли, оставив лишь чай, поэтому пришлось довольствоваться фруктами и принесенными Эгри конфетами.

Даже как-то уютно стало. Милый махровый халатик, белые носочки, чай, сладости и подоконник… Да я прямо как Тамия, принявшая позу у окна! Только магокамеры не хватает, чтобы меня в таком виде запечатлеть. Правда, мелкие ссадины и наливающиеся синяки все портят. Ну ничего, к завтрашнему вечеру от них и воспоминаний не останется.