Ирина Матлак – Жена в придачу, или Самый главный приз (СИ) (страница 21)
Последние слова прозвучали нейтрально, и я понятия не имела, комплимент это или же нет. Как бы то ни было, Олдер меня отвлек, контроль был на мгновение утерян, и этого оказалось достаточно, чтобы мечи со звоном рухнули на каменный пол.
Быстро сориентировавшись, я отозвала «братиков» – словно так и было задумано изначально, а в следующее мгновение в зал ворвалось
От вида этого
Нечто было очень высоким, худощавым, темнокожим и притом светловолосым. На голове – куча мелких, достающих до пояса косичек, в руках – карликовая лысая собачка шаорея.
– Кто из вас Фелиция? – вопросило нечто, взглянув на нас поверх розовых солнцезащитных очков.
Если бы я не отозвала мечи, они бы поднялись с пола и рухнули на него снова.
Поскольку я продолжала молчать, откровенно пялясь на вошедшего, меня без лишних угрызений совести сдал Олдер. Просто ткнул в мою сторону указательным пальцем, еще и сопроводив этот предательский жест красноречивым кивком. Тетушки Ливии здесь нет! Она бы прочитала ему лекцию на тему хороших манер!
Стремительно ко мне приблизившись, нечто представилось:
– Чука к твоим услугам, детка.
Мою руку перехватили, поднесли к размалеванным синей помадой губам и бесцеремонно облобызали. От удара Чуку спасла лишь моя полнейшая, граничащая с ужасом растерянность.
О знаменитом на весь мир стилисте и кутюрье слышала даже я – весьма далекая от мира моды. Он создавал великолепные коллекции, смелые образы, славился своей любовью к инновациям и креативным подходом. А уж сколько раз его пытались перекупить и уговорить переехать в другие страны, просто не счесть! Но при всех своих странностях Чука оставался истинным патриотом, любил родную империю и, гордо вздернув нос, отказывал презренным.
Народ восхищала такая самоотверженность, и Чуку обожали. Чуть ли не боготворили! Просто мало кто знал, что наша императрица всегда предлагала ему больше, чем конкуренты.
– Ты отказалась от услуг мадам Цеари, – выдернул меня из размышлений стилист. – Но сама великая императрица решила оказать дочери главы магической гильдии честь, отправив к тебе лучшего из лучших, прекраснейшего из прекраснейших, талантливейшего из талантливейших – меня!
Здесь, видимо, предполагалось коленопреклонение, восторженный блеск глаз и громкий девичий визг, но Чука дождался от меня всего одного слова:
– Ясно.
Нет, я вовсе не против этого гения как такового. Напротив, работа с ним может сыграть в плюс моей репутации на играх. Но он ведь не отстанет! Замучает со своими нарядами! Следуя какому-нибудь веянию моды, нарядит в нелепые одежды, заставит встать на непригодные для битв каблуки и наложит на лицо тонну грима. А тренироваться мне когда?
Но Чуку послала сама императрица, а ей не отказывают. Поэтому мне не осталось ничего другого, кроме как смириться с присутствием талантливейшего из талантливейших. Насчет прекраснейшего я бы все-таки поспорила…
– Послушайте, Чука, – как можно вежливее проговорила я. – У меня есть все необходимые наряды для сражений. Вы можете одевать меня для всевозможных приемов, а на играх…
– Детка, – окинув меня скептическим взглядом, перебил стилист, – в таком виде тебе даже солнце не светит, не то что победа в играх!
Чука оказался господином настойчивым и абсолютно неубиваемым, иначе бы испепелился под силой моего взгляда.
– Приятного времяпровождения, – напомнил о себе Олдер, едва сдерживающий улыбку.
С тоской наблюдая за его уходом из зала, я опустилась на скамейку и нехотя приняла из рук Чуки альбом с эскизами будущих нарядов. Едва увидев первое изображение, я поняла, что Чука не просто стилист, а маг. По-настоящему талантливый созидающий маг.
Представленные мне костюмы для боя, соседствующие с элегантными вечерними платьями, были словно живыми, если так можно сказать об одежде. Искрящиеся, огненные, привлекающие взгляд, они к тому же были удобными. Никаких дурацких кружев или рюшей и тем более каблуков.
Откровенно говоря, я была поражена.
– Это всего лишь наброски, – небрежно заметил Чука, поразив меня еще больше. – Пришлось делать на скорую руку. Сейчас обсудим детали, и к утру тебе, детка, будет светить солнце.
В общем, все оказалось совсем не так, как мне представлялось. Работы стилиста не просто мне понравились, они воодушевили, и я даже не заметила, как вовлеклась в обсуждение, стала активно высказывать свою точку зрения и озвучивать пожелания. Не правки, нет – именно пожелания, так как править было попросту нечего. Никогда бы не подумала, что найдется человек, способный понять меня с полуслова и воплотить в жизнь любую фантазию, сделав ее при этом еще лучше!
– Тебе говорили, что ты гений? – теперь уже с полагающимся восторженным блеском глаз спросила я.
– Каждый день примерно по девяносто восемь раз, – абсолютно серьезно сообщил Чука, почесывая за ухом своего песика.
На обсуждение мы потратили чуть больше получаса, по истечении которого я так воодушевилась, что была готова задушить в объятиях этого прекраснейшего из прекраснейших!
Расстались мы на позитивной ноте, условившись встретиться завтра утром, дабы примерить костюм и внести последние коррективы.
– Передай императрице мою глубочайшую благодарность, – напоследок попросила я.
Чука усмехнулся, блеснув идеально ровными, белоснежными зубами.
– Она поставила на твою победу шесть миллионов льер, детка. Так что мы обязаны сотворить из тебя шедевр.
Сидя в карете, везущей меня к арене, я мысленно снова и снова воспроизводила детали предстоящего выступления. Волнения практически не было. Разве что совсем чуть-чуть, да и то с примесью предвкушения и радости.
Чука превзошел самые смелые ожидания, сделав меня обладательницей потрясающего, даже, не побоюсь этого слова, выдающегося костюма. Накануне я попросила Мелоди – состоящего в гильдии мага созидания музыки, написать музыкальное сопровождение для моего выступления, и когда услышала его перед отъездом, осталась очень довольной.
Через окошко кареты просматривалась все еще сонная столица, освещенная последними огнями угасающих фонарей. Только-только занимался рассвет – хотя открытие игр было запланировано на два часа дня, участникам следовало прибыть на место уже к шести утра.
Даже будучи пустой, арена выглядела сказочно. Огромная площадь для боев, окруженная двенадцатью трибунами, у центральной из которых расположился высокий постамент для почетных судей. Помимо самой арены здесь возвели целый комплекс для участников, где имелись комнаты ожидания, кухни, на которых готовили угощения как для магов-игроков, так и для почетных гостей, а также несколько павильонов, где журналисты могли брать интервью, а сами маги – проводить последние минуты перед выходом на арену.
Традиционно в комнаты ожидания селили по несколько человек, но мне предоставили отдельную. Все-таки права тетушка Ливия – в том, что я девушка, определенно есть свои плюсы.
– Доброе утро, Фелиция, я Имира, – представилась смуглая миловидная девушка, встретившая меня у входа в комплекс, и тут же протянула несколько скрепленных листов. – Это расписание с подробной инструкцией, ознакомьтесь.
Провожая меня до комнаты, Имира не переставала рассказывать о предстоящем открытии, объяснять, что и когда делать, а чего делать не надо ни в коем случае. Информации было много, но все это я уже знала – спасибо накануне просветившей Руте.
Интерьеры комплекса ничем не уступали его внешнему виду: просторные и светлые помещения, красивая мебель – на ремонт организаторы явно не поскупились. Отведенная мне комната оказалась хоть и не слишком большой, но дорого и со вкусом обставленной.
Когда Имира ушла, я разложила немногочисленные взятые с собой вещи, присела перед украшенным магическими огнями зеркалом и глубоко вздохнула. Волнение все-таки настигло. Кажется, только сейчас, оказавшись близ арены, я в полной мере осознала, что все происходит на самом деле.
Участников разбили на две группы, выступать мне предстояло во второй, поэтому времени в запасе имелось предостаточно. Это и нервировало. А еще больше нервировало то, что я закрывала сегодняшнюю программу, так как мой номер – девяносто девять. Многое бы отдала, чтобы оказаться на арене в числе первых!
Примерно часа через полтора, когда я восседала в кресле и пила успокаивающий зеленый чай, ко мне наведался представитель прессы. Благо не тот «чертяка» из «Вестника», что вытягивал из меня информацию в прошлый раз. Вопросы он задавал вполне обычные, без подвоха, так что его присутствие почти не раздражало. А как только он меня покинул, в комнату во всем своем блеске и великолепии неповторимой походкой вошел Чука.
Не тратя времени на разговоры, он усадил меня перед зеркалом, критическим взором окинул мои рассыпавшиеся по плечам волосы, с видом знатока их перебрал и приступил к делу.
Уже через несколько минут я перестала пытаться уследить за движениями его рук. Разнообразные флакончики, баночки, расчески и заколки появлялись и исчезали с неимоверной скоростью. Чука орудовал ими, как я – мечами, не оставляя ни малейшего шанса усомниться в его мастерстве. Я же настолько ему доверилась, что даже не стала сопротивляться, когда он вооружился горячими щипцами, которые я воспринимала исключительно как орудие пыток.