Ирина Матлак – Жена в придачу, или Самый главный приз (СИ) (страница 14)
– Ты что творишь?!
Стекла задребезжали и не вылетели из окон лишь каким-то чудом. На меня смотрело самое настоящее чудище, видеть которое за свою жизнь мне приходилось всего два раза: первый – когда разнесла самый красивый и древний зал гильдии, второй – с Эгри и Аграном превратила в щепки три соседних дома.
Вот он, Драгор Непобедимый в настоящем гневе.
И мне бы помолчать, не провоцировать и без того находящегося на пределе человека, но кровь-то у нас одна.
– Что я творю?! – спросила менее громко, но не менее грозно. – Отстаиваю свое право на свободу! Ты не прав, отец, и в глубине души это понимаешь, но из упрямства не желаешь признавать! Я выиграю магические игры, прославлюсь на всю империю, даже больше – на весь континент! И ты еще будешь гордиться тем, что у тебя такая дочь!
В два шага оказавшись рядом, отец навис надо мной подобно готовому взорваться вулкану и сжал кулаки, борясь с желанием схватить меня за плечи. Я всей кожей ощущала исходящий от него жар, тяжелый горящий взгляд, но глаз не отводила и, сжав зубы, стояла на своем. Теперь уже молча, одним видом показывая, что настроена решительно и не отступлю ни за что!
Из этой схватки я все-таки вышла победительницей. Спустя короткое, но вместе с тем мучительно тянущееся мгновение охватывающее отца пламя погасло, и он отступил на шаг. Гнев постепенно испарялся, выражение ярости на лице сменялось усталостью.
– Иди, – с потухшим взглядом бесстрастно выдохнул он. – Позже поговорим.
Чуть склонив голову в знак почтения, я схватила пребывающую в трансе Руту и толкнула дверь. Тут же прозвучали характерные «ай!», «ой!», «больно!», и добрая половина согильдийцев, бессовестно подслушивающих у кабинета, повалилась на пол.
– Лиечка, что же это будет? – причитала Рута, пока я тащила ее на рабочее место. – Меня же теперь уволя-а-ат…
Администраторские слезы лились ручьем, грозясь затопить целый этаж.
– Да успокойся ты. – Откровенно говоря, мастер утешать из меня такой же, как из Эгри. – Никто тебя не уволит, ты такой же маг гильдии, как все остальные!
– Но с должности сместя-а-ат. – Ручей превратился в настоящее море. – Лиечка-а…
Доставив нашего администратора до места назначения, я достала из шкафчика бутылку воды, плеснула в стакан и протянула ей. Стуча зубами о стекло, Рута сделала несколько глотков, повздыхала, затем отпила еще воды и более-менее пришла в себя.
– Ничего тебе отец не сделает, – облокотившись о стойку, заверила я. – Да, сейчас он злится и будет срываться на всех, кто попадется под руку. Но пройдет пара дней, и все наладится, поверь! Ты же у нас вообще незаменимая, кто в своем уме захочет лишиться такого специалиста?
Рута похлопала длинными, слипшимися от слез ресницами и неожиданно бросилась мне на шею.
– Лиечка, ты такая хорошая! – с влажно блестящими глазами воскликнула она. – Буду за тебя болеть!
И вот в этом вся Рута… Самое милое и беззащитное создание из всех, кого я знаю. И, что удивительно, наравне с этим невероятно ответственное и толковое в плане бюрократии. Да без нее папочка как без рук, ног, а то и головы!
Внезапно послышавшийся на лестнице шум сообщил о том, что пора уходить. Сталкиваться с потрясенно любопытной толпой мне совершенно не хотелось – свое участие в играх лучше обсудить с желающими, когда все немного успокоятся.
Поэтому, отцепив от себя незаменимую страдалицу, я попятилась к выходу. Свернула в левый коридор, быстрым шагом дошла до скульптур пары магов и, убедившись, что рядом никого нет, надавила на коленную чашечку одного из них. Затем, выждав короткую паузу, – другого. Скульптуры пришли в движение, отъехали в сторону, и на стене появились очертания двери, в которую я и вошла.
Привычно призвав огонек, пустила его лететь впереди, а сама неспешно побрела следом. До сих пор помнила свой восторг, когда шесть лет назад обнаружила этот ход. Причем обнаружила по чистой случайности – разозлившись на тетушку Ливию, запустила принесенными ею туфлями прямо в открытый гардероб. Одна туфля угодила ровно в то место, где находилась невидимая кнопка, и моему потрясенному взору открылся проход в изнанку.
Иметь тайный ход, соединяющий собственную спальню и ближайший к холлу коридор, было очень удобно, чем я и пользовалась.
Оказавшись в собственном гардеробе, я продралась сквозь бесхозно висящие платья, чихнула от попавших в нос перьев самого идиотского наряда и, оказавшись в комнате, без удивления вздохнула:
– Еще не надоело?
– Так морально поддержать пришел, – ничуть не устыдился Эгри, дожевывающий последнюю конфету. И даже не поинтересовался, откуда это я вдруг появилась.
Подойдя к креслу, где еще недавно сидела тетушка Ливия, я подперла подбородок рукой и призадумалась. Где-то очень-очень глубоко, в самых дальних закутках души папу было капельку жаль. Ну да, он эгоист, плохо со мной поступает, но ведь и правда убежден, что действует мне во благо. А я, несмотря ни на что, все-таки его люблю. И горжусь, всегда гордилась, что мой отец – сильнейший маг империи.
– Я еще напомнить хотел, – как бы между прочим произнес Эгри. – Не сомневаюсь, ты конечно же об этом забыла.
– О чем? – спросила, вернувшись из мыслительных далей.
– Прием уже послезавтра, – с елейной улыбкой просветил друг. – Ну, тот, где официально участники игр будут объявлены, куда съедется весь высший свет, представители всех известных газет и журналов.
Кажется, моя душа на время покинула тело и взмыла под самый потолок. А пока я уподоблялась неподвижному изваянию, в сознании звучало всего два слова: «Гартахова бабушка!!!»
– Так и знал, что забыла, – усмехнулся Эгри и «по-дружески» приободрил: – Не переживай, у тебя в запасе целых двое суток.
– Двое суток… двое суток… – эхом звучал в ушах приговор.
Подготовиться к этим адовым пыткам всего за двое суток?!
Душа пробралась к распахнутому окошку и упорхнула на волю, взмыв к самым небесам.
– Филька, дыши, не умирай, – оказавшись рядом, Эгри встряхнул меня за плечи. – Вот так, хорошо. Это всего лишь прием, ничего такого.
Первым, что я произнесла, когда собралась с мыслями, стало:
– Будешь меня сопровождать!
Отказываться друг не подумал и тут же согласно кивнул, что вызвало некоторое облегчение. В отличие от меня он обожал появляться в обществе и на всевозможных приемах чувствовал себя как рыба в воде. Так что его сопровождение было просто бесценным.
Еще пару веков назад все было куда сложнее. В гильдии существовала строгая социальная иерархия, разделяющая магов на два лагеря: аристократов и простолюдинов. Но однажды все изменилось, и каждый вступивший в гильдию автоматически получал статус лорда или леди, дающий определенные привилегии. Не то чтобы с этими привилегиями кто-то по-настоящему считался, но теперь все маги могли беспрепятственно появляться на высоких, проходящих в гильдии приемах. А еще все были обязаны изучать этикет и танцы… половину уроков которых я благополучно пропустила. Хотя, в отличие от многих, леди была по рождению.
Стоило об этом подумать, как в дверь комнаты постучали: тактично, вежливо, настойчиво и требовательно одновременно.
Так умела только Ливия, которая и обнаружилась на пороге комнаты. Вид тетушка имела грозный и внушительный – ни следа от недавних переживаний!
Выставив вон не особо-то и сопротивляющегося Эгри, она меня отчитала и прошествовала к моему гардеробу. Только я хотела поинтересоваться, что она намеревается делать, как тетушка сняла с вешалок кипу платьев и взгромоздила их на кровать.
А затем начался мой худший кошмар: ко мне одно за другим прикладывали платья, заставляли их мерить и приговаривали при этом, какая я все-таки непутевая, сумасбродная, непомерно вздорная девица.
Я молчала и изредка кивала, делая вид, что полностью согласна. Потому что другого выбора не оставалось – если кто и сумеет за двое суток подготовить «непутевую девицу» к важному приему, то это тетушка Ливия.
Сидя в располагающемся неподалеку от гильдии баре, я медленно пила безалкогольное имбирное пиво и периодически зевала. Бармен придумал какое-то убойное сочетание, добавив в него кофе и пообещав, что такой напиток непременно меня взбодрит.
Минувший день выдался до того изнуряющим, что я искренне не понимала, как большинство девушек так мучаются всю жизнь. Платья, туфли, заколки, чулки и снова платья, платья, платья… Кто их только придумал?!
Этот бар, по сути являющийся пивнушкой, пользовался среди магов большой популярностью. Поэтому, даже находясь здесь, мне приходилось таиться, прячась под новым плащом. Новость о моем участии в играх произвела в гильдии настоящий фурор, и не заговорил со мной об этом разве что только глухонемой. Даже Ёдик – эта бестолковая летающая обезьяна – не постеснялся хорошенько оттаскать меня за волосы, при этом вопросительно что-то мыча!
Зато те, чьей реакции я опасалась больше всего, меня игнорировали. Отец на очередной разговор до сих пор так и не вызвал, а Трэй вообще отсутствовал, пропадая на каком-то задании.
– Слыхал? Говорят, нынешние игры особенными будут, – завел разговор мужик, сидящий за столиком.
– Так юбилейные же, – отхлебнув темного пива, отозвался его собеседник и, отерев с губ пену, посетовал: – Столько денег на организацию угрохали!
– Еще и билеты продают в три раза дороже, чем в прошлом году! – пожаловался первый.