Ирина Матлак – Ундина особых кровей (СИ) (страница 34)
Я хотела сказать, что не угрожает до тех пор, пока я нахожусь под его защитой, но вовремя опомнилась и промолчала.
Адмирал лично проводил меня до комнаты и, прежде чем позволить в нее войти, взял за руку, вынудив задержаться.
— Ты все еще меня боишься? — неожиданно спросил он, глядя мне в глаза.
Я замерла, борясь с поднявшимся внутри цунами, и, чуть помедлив, не отводя взгляда, выдохнула:
— Нет, — еще немного помолчала и тихо добавила: — Уже нет.
Глаза лорда Рея блеснули в полумраке, он нежно коснулся моей щеки и, улыбнувшись, пожелал:
— Доброй ночи, Фрида.
— Доброй ночи, — пожелала я в ответ и, не найдя в себе сил повторно произнести заветное имя, юркнула в спасительную темноту покоев.
ГЛАВА 14
Ее визит начался с уже знакомого запаха цветочной свежести, который пробрался в особняк еще до того, как она взошла на порог. Стоя у окна гостиной, я наблюдала, как из остановившийся богатой кареты выходит молодая женщина, закутанная в бледно-голубую шубку, а следом — женщина постарше, облаченная в шубку черную, украшенную у воротника переливающейся на свету крупной брошью.
Сегодня я почти не волновалась, чему способствовало долгое и упорное самовнушение. Этим утром я специально встала пораньше, воспользовалась любезно предложенной помощью госпожи Явиа в наведении марафета и оставшееся до визита родственниц время кормила себя духовной и телесной пищей — читала и пила успокаивающий мятный чай.
— Можно я косяк дверной опущу, чтоб они стукнулись, а? — в несвойственной ему ворчливой манере спросил Овар.
— Нельзя, — спокойно ответил адмирал, читающий свежую прессу. — Встреть как подобает и проводи сюда.
— А может, хотя бы снег с крыши на них стряхнуть? — робко настаивал дворецкий. — Совсем немножечко…
— Нет.
— А что, если ступеньки под их ногами вдруг исчезнут…
— Овар! — оторвавшись от чтения газеты, прикрикнул адмирал.
Дворецкий показательно вздохнул и приступил к исполнению своих непосредственных обязанностей — к этому моменту гостьи как раз стояли у двери, даже не подозревая, какие сюрпризы их могли ожидать.
Когда они входили в гостиную, я в очередной раз похвалила себя за предусмотрительно выпитый чай. Все же вновь видеть Аэлину Лавьет — нервотрепка еще та. Судя по обратившемуся ко мне взгляду, накануне она действительно меня не заметила — узнавание в ее глазах не отразилось. В первые секунды в них не отразилось вообще ничего, но затем, словно по щелчку, включилась широкая палитра эмоций.
— Фридочка, — прошептали выразительные, тронутые перламутровым блеском губы. — Девочка моя…
Я вздрогнула.
В гробовой тишине Аэлина стремительно преодолела разделяющее нас расстояние, и не успела я опомниться, как оказалась в цветочно-свежих объятиях. Машинально обняв в ответ, я не могла понять, играет она или этот порыв искренен. Но на некоторое время природа ее чувств стала для меня не важна, ведь я едва находила силы справляться со своими собственными.
Я ожидала, что Аэлина будет вести себя так же, как леди Шаркэ, и ее теперешние действия стали полнейшей, заставшей врасплох неожиданностью.
От одной только фразы «моя девочка», произнесенной надтреснутым, но вместе с тем нежным голосом, захотелось разреветься. А поскольку реветь ни в коем случае было нельзя, я стояла, не мигая и изо всех сдерживая наворачивающиеся на глаза слезы.
Все в той же гробовой тишине Аэлина отстранилась, всмотрелась мне в лицо, и через миг в гостиной прозвучал холодный голос второй гостьи:
— Леди Лавьет, держите себя в руках.
Сказанное моментально отрезвило и вернуло чувство реальности не только той, кому было адресовано, но и мне. Аэлина неловко улыбнулась, отвела взгляд и отступила на шаг назад, а я коротко выдохнула.
В отличие от Кареллы Шаркэ, встречающей нас с показным гостеприимством, накрыть стол и подать чай лорд Рей не распоряжался. Я практически не сомневалась, что видеть таких гостей в этом доме ему вообще не хотелось. Но все же он держался подчеркнуто вежливо, как и подобает хозяину, хотя исходящий от него холод, казалось, мог заморозить все на несколько миль вокруг.
— У вас очень красивый дом, — похвалила Аэлина, по-видимому желая разбавить повисшее напряжение. — Хотя, признаться, потерянные души в качестве прислуги пугают.
Адмирал улыбнулся, но в его глазах блестел лед.
— Не беспокойтесь, вошедшим сюда без дурных намерений бояться нечего. Рад, что ваше недомогание так скоро прошло.
В последних словах легко угадывался сарказм.
— Лорд Рей, — не дав дочери ответить, заговорила леди Шаркэ, — вы сами упоминали, что не терпите пустых разговоров, поэтому давайте обсудим то, ради чего мы приехали к вам в такую рань.
Я мельком посмотрела на напольные часы и, убедившись, что сейчас полдень, удивилась. Нет, я, конечно, слышала, что многие аристократы любят спать допоздна, но чтобы настолько!
Вскоре наша тесная компания восседала на мягком диване, причем нас с адмиралом и леди отделял невысокий кофейный столик. Что называется — по разные стороны баррикад…
— Мы тщательно все обдумали и принимаем ваше предложение, — сообщила леди Шаркэ, под этим «мы» явно подразумевая только себя, почему-то сложилось стойкое ощущение, что Аэлина в этом дуэте правом голоса не обладает. — Но на подготовку к выходу девушки в свет требуется время. Ей необходимо обзавестись приличным гардеробом, обучиться танцам, этикету и получить прочие важные знания.
— И сколько, по-вашему, на это потребуется времени? — спросил адмирал.
— Как минимум месяц.
— Два.
— Да, пожалуй, два будет лучше, — согласилась леди Шаркэ.
— Два дня, — не терпящим возражений тоном отрезал адмирал. И пока моя «бабуля» не пришла в себя от такого потрясающего заявления, продолжил: — В королевском дворце устраивается бал-маскарад. Как вы знаете, туда приглашена вся знать, начиная с низших и заканчивая высочайшими титулами. Это прекрасная возможность для Фриды познакомиться с устройством высшего света, тем более на ней будет маска, которая позволит чувствовать себя более свободно.
— Да это просто неслыханно… — проговорила леди Шаркэ, переводя взгляд с адмирала на меня. — Нельзя всего за два дня привить особе, выросшей на дне, соответствующие высоким кругам манеры!
— А вы попробуйте, — с нажимом произнес адмирал, тон которого буквально резал.
— Ну а вы? — неожиданно обратилась ко мне леди Шаркэ. — Считаете, что сумеете с этим справиться?
Спокойно встретив ее взгляд, я сдержанно улыбнулась.
— Несомненно. Выжившему на дне остальные трудности покажутся сущей мелочью.
Говоря это, сидя здесь и сейчас, мысленно я опустошала сотую по счету кружку успокаивающего чая и надувала бумажный пакет. Шутка ли — через два дня отправиться на самый настоящий бал, да еще не куда-нибудь, а в королевский дворец! С ума сойти и утонуть!
Но я полностью доверяла адмиралу и считала, что ему виднее, как поступать. К тому же чем быстрее все это начнется, тем быстрее закончится. Жить с родственничками целый месяц мне уж точно не хотелось.
— Что ж, в таком случае так и поступим, — с величественным видом кивнула леди Шаркэ, вновь переключив внимание на адмирала. — Поскольку затея ваша, вам и оплачивать все сопутствующие расходы.
— Разумеется, — без промедления подтвердил он. — К слову, обещанная охрана уже стоит у вашего дома. Также, помимо стражей, распоряжением его величества вы получите сильнейшие защитные амулеты. Их вам преподнесут сегодня вечером.
— То есть вы не сомневались, что мы согласимся? — подала голос притихшая было леди Лавьет.
— У меня еще не было причин сомневаться в благоразумии и практичности вашей матери, — ответил адмирал. — Надеюсь, не появится и впредь.
В итоге было решено, что в свое «родовое гнездо» я перееду завтра утром, завтра же и начну в скоростном режиме просвещаться, получая необходимые умения и знания. Теперь это «родовое гнездо» виделось мне как минимум гнездом подводных пауков, а как максимум — раззявленной пастью кракена, готовой сомкнуться в любой момент. Так что желание переезжать во мне потухло, даже не разгоревшись. Но когда мы поступали так, как нам хочется?
Особняк адмирала леди Шаркэ покидала с присущим ей высокомерным величием, но помпезную картину внезапно испортила ее дочь. С порога послышалось эмоциональное «ай!», затем сдавленное шипение, а после прозвучал участливо-вежливый голос Овара:
— О, мне так жаль! Вы не сильно ушиблись?
Я прикусила губу, сдерживая смешок, и, покосившись на адмирала, увидела, что уголки его губ тоже едва заметно приподнялись. Взбучка дворецкому за проявленное своеволие явно не грозила.
Вновь собирать вещи было грустно и тревожно. В доме адмирала я гостила всего несколько дней, но было ощущение, что прожила здесь гораздо дольше. Когда в сумку отправились все немногочисленные пожитки, я осторожно открыла внутренний кармашек и сжала пузырек с зельем.
Все, медлить больше некуда. Или я сегодня незаметно подливаю содержимое в бокал адмирала, или оставляю все как есть.
Ши возьми, как же не хотелось этого делать! И как же боязно было решиться на такой шаг! Даже вообразить не могла, что будет, если я попытаюсь напоить адмирала отворотным зельем и он это заметит. Вчера я сказала, что больше его не боюсь, но, похоже, поспешила с выводами. Не боялась я лорда Рея, а вот первого в королевстве морского демона боялась, и даже очень.