Ирина Матлак – Ундина особых кровей (СИ) (страница 15)
Не прошло и полминуты, как передо мной оказалась тарелка с пышущей жаром рыбой, картофельным гарниром, овощами и пиалой с соусом. Горячий чай и… булочки. С черносмородиновым джемом.
Слава поднебесным, на этот раз обошлось без вина.
— Как заказывали, — подворачивая манжеты, сказал адмирал. — Сегодняшний ужин из корпуса.
Я чуть было не спросила, как он здесь оказался, но вовремя вспомнила о Карке — работающей на благо корпуса и отвечающей за подачу блюд потерянной душе. Наверное, и он у адмирала состоит в прямом подчинении.
Приняв единственно верное решение — забыть, где и с кем нахожусь, я с удовольствием утолила голод. Даже вкус сполна ощутила и не подавилась ни разу — прогресс. Адмирал, видимо тоже не поужинавший вовремя, составил мне компанию, и некоторое время повисшую в каюте тишину нарушал лишь стук столовых приборов.
— В столицу едем через три дня, — неожиданно сообщил он.
Я-таки подавилась. Сглазила!
— А как же…
— Последние события этому не мешают, — верно истолковал он мой невнятный посыл. — Напротив. Чем скорее вы увидитесь с семьей, тем лучше.
В горле моментально пересохло, я глотнула чаю. Мне казалось, я уже свыклась с мыслью о необходимости встретиться с родственниками, но волнение по этому поводу все-таки не отпускало. Наверное, дело было не только в них, но и в самом визите в столицу. Я ведь за пределами Сумеречья нигде не бывала…
— Прости, Фрида.
Подумав, что мне померещилось, я подняла на адмирала широко распахнутые глаза, в которых, по ощущениям, отражалось недоумение. Столкнувшись с его взглядом, растерялась окончательно.
— За то, что сегодня опоздал. Я обещал защиту, но Пентаграмма сильно искажает магию, из-за чего мне не сразу удалось понять, что происходит. Охраняющая тебя душа молчала, а амулет сработал неточно. Больше такого не повторится.
Я снова уподобилась саламандре, краснея с макушки до пят. Не зная, куда себя деть и как на такое ответить, просто молча кивнула. Показалось, что всяческие отрицания и благодарности будут сейчас неуместны.
— А теперь приступим к наказанию, кадет Талмор, — сменил тему адмирал Рей, и его глаза как-то странно блеснули.
Если, направляясь сюда, я просто боялась, то сейчас едва не впадала в панику. Почему-то вдруг показалось, что никакие бумажки меня перебирать не заставят и отчеты писать — тоже, и даже об уборке каюты я могу не мечтать. Поднебесные, спасите…
— Прямо сейчас, смотря мне в лицо, десять раз называешь меня по имени.
Впервые в жизни я настолько радовалась тому, что сижу. И очень надеялась, что мое лицо не слишком перекосило от непередаваемой смеси изумления и ужаса.
Глядя на меня, адмирал задумчиво побарабанил пальцами по крышке стола.
— С этим определенно нужно что-то делать…
Видимо, на моем лице все-таки отчетливо проступили испытываемые эмоции, так как он со вздохом пояснил:
— Фрида, нам предстоит часто бывать в обществе друг друга, особенно учитывая предстоящий визит в столицу. А ты до сих пор смотришь на меня как на вышедшего из Глубины Нагхара.
Нервно сглотнув, я поерзала на диване, отползая подальше, и вжалась в мягкую спинку.
— Ты должна доверять мне, а доверие и страх несовместимы, — добавил адмирал и, заметив, что слова меня не убеждают, раздраженно добавил: — Поднебесных ради! Я ведь не прошу называть себя морским котиком на глазах у сослуживцев!
Повисла тишина. Очень долгая тишина, которую я нарушила сдавленным фырканьем. Затем мое фырканье стало громче. А в итоге я вообще не выдержала и рассмеялась в открытую, пряча полыхающее лицо в ладонях.
Адмирал Рей, видимо, решил, что у меня случилась истерика, и, моментально оказавшись рядом, предложил кружку с оставшимся чаем:
— Фрида! Что?!
— Вы… морской демон… — выдавила я сквозь спазмы смеха. — Морской котик…
Меня накрыла новая волна, и пока я пыталась с ней справиться, адмирал вернулся на место. Постепенно цунами схлынуло, в моей душе наступил штиль, и как теперь смотреть на адмирала, было решительно непонятно. Но находиться в неведении было еще хуже, поэтому я все-таки заставила себя робко поднять взгляд. Следуя давней привычке, посмотрела сначала одним глазком, чуть разомкнув ладони, и только потом — двумя.
Адмирал улыбался. Искренне улыбался, и улыбка эта касалась даже обычно ледяных глаз!
— Я бы хотел сказать, что у тебя удивительный смех, но, боюсь, начнется пожар.
Поняв, что он намекает на мои полыхающие щеки, я снова уронила лицо в ладони. Если бы от смущения можно было сгореть, от меня бы осталась лишь горстка пепла.
ГЛАВА 7
Отсрочка подошла к концу, ознаменовав наступление моего персонального «наряда вне очереди». Силы поднебесные, я бы могла назвать его просто адмиралом, лордом, даже лордом Реем. Но по имени? Да я и мысленно отдельно от фамилии произнести его не могла!
— Я жду, — поторопил мой мучитель. — Чем быстрее справишься, тем быстрее отсюда выйдешь.
Язык словно онемел, делая эту пытку еще более изощренной. Да разве же я могла когда-нибудь вообразить, что буду не только ужинать в обществе адмирала королевского флота, но еще и называть его по имени? По имени, ши возьми!
— Желаешь дождаться моей старости? — усмехнулся он, глядя на меня в упор. — Учти, морские демоны, которых ты так боишься, живут очень долго.
Сжав под столом руки так сильно, что ногти до боли впились в ладони, я глубоко вдохнула. Ведь давно решила, что пора бороться со своими страхами, и уж кого-кого, а адмирала бояться как минимум глупо. Однако все разумные доводы не действовали, так как существовало одно весомое «но». Глубоко в душе я понимала, что боюсь не столько его самого, сколько тех чувств, что он во мне пробуждает. Признаться себе в них было еще сложнее, чем произнести заветные пять букв, и, чтобы не задумываться об этом дольше, я с трудом проронила:
— Эр-ртан.
И тут же замерла, не веря, что сумела. Честное слово, даже с восставшей нежитью сражаться легче!
Адмирал выразительно заломил бровь:
— Прежде не замечал за вами заикания, кадет Талмор, но попытка зачтена. С вас еще девять. Четко, ясно, не отводя взгляд.
— Эртан, — послушно произнесла я, немного осмелев. — Эртан, Эртан, Эртан…
С каждым разом голос делался все тверже, но вместе с тем тише. Скрещение наших взглядов только добавляло переживаний, и я чувствовала, что в эти мгновения перешагиваю через невидимую, разделяющую нас грань. Просто озвучить буквы — одно. Но совсем другое — осознать их, сопоставить с сидящим напротив человеком и прочувствовать, как они делают нас ближе. Неприметную девчонку из трущоб и одного из самых известных лордов королевства.
— Эртан, — повторила я в последний раз, и каюту наполнила тишина.
Она была мягкой, обволакивающей, доверительной, тонущей в полумраке и разбавленной бликами горящих свечей. Глаза напротив смотрели так, словно видели во мне больше, чем я знала о себе сама.
— Мне, наверное, пора, — неуверенно разрушила я хрупкое волшебство. — Там дежурство и…
Пристально посмотрев на меня еще несколько долгих секунд, адмирал поднялся из-за стола, приблизился и отодвинул мой стул, помогая встать. Проявив удивительную грацию, я не споткнулась, благополучно дошла до вешалки и, даже когда мне помогли надеть китель, не уподобилась саламандре в третий раз. Определенно повод для гордости!
На душе почему-то вдруг стало легко-легко, хотя и неспокойно. Присутствие рядом адмирала ощущалось всей кожей, всем существом, но оно не тяготило, а вызывало сопровождающееся дрожью волнение.
— Фрида, — негромко позвал он, когда я коснулась дверной ручки.
Медленно обернувшись, оказалась с ним лицом к лицу — близко настолько, что почти утонула в талом льде прозрачных глаз.
— Ты забыла.
В его руках находился алый шарф, который через мгновение коснулся моей шеи. Адмирал завязывал его медленно, словно нарочно растягивая этот момент и заставляя меня нервничать все больше. Я не могла ни пошевелиться, ни, вопреки желанию, отвести от него глаз.
Сделав последний оборот, он замер, не спеша меня отпускать. Моей щеки коснулось его дыхание, и в голове пронеслась глупая мысль о том, что, оказывается, дыхание морских демонов очень теплое…
Неприступный, холодный, привыкший к повиновению, сейчас повелитель четырехсот девяноста девяти потерянных душ казался как никогда открытым. Близким. Настоящим, как любое живое существо.
Следом пришла еще одна глупая мысль — захотелось его коснуться, проверить, что он реален, чтобы окончательно в этом убедиться… Я уже приподняла руку, когда с ужасом поняла, что намереваюсь сделать, и тут же себя одернула. Но дурман не развеялся, не отпустил, и я продолжала стоять на месте, точно вмерзнув в пол.
— Фрида… — выдохнул адмирал непривычно низким, обволакивающим голосом, от которого в животе появилось странное томление. Точно тысячи мотыльков защекотали меня изнутри своими крыльями.
Я даже не уловила того момента, когда два прозрачных океана стали еще ближе. И еще. И еще… Не заметила и того, как мою талию обвили руки, осторожно придвинувшие к сильному, точно высеченному из теплого камня телу. Если бы только я не утратила способность мыслить, если бы могла понимать хоть что-то, то непременно заметила бы нежную осторожность и сдерживаемый яркий порыв, проступивший на обычно холодном лице. Словно я сама — трепыхающийся маленький мотылек, к которому стремится пламя, боящееся его обжечь.