Ирина Малаховская-Пен – Кровавый треугольник (страница 6)

– Главное, сработало.

– Зачем? Ты со мной поговорить о чём-то хочешь?

– Да.

– Нет!

Алиса опешила.

– Простите? Что именно – нет?

– Нет. Это ответ на твой вопрос. Или ты думаешь, я не понимаю ту, единственную возможную, причину, по которой ты всё так спланировала? Тупо, но тщательно. Водички святой надулась, свечками меня окружила. С распятием сидишь. Страшно тебе? Не бойся. Ты правда уникальная. Для человека. Да и красивая. Живи.

– Вас уже просили о таком? – нахмурилась Алиса.

– Много раз. Но всё было проще.

– В смысле?

– Кусаешь человека, а он успевает крикнуть: погоди, не убивай, обрати. Тоже хочу.

– Серьезно? Успевает?

– Конечно. Я пью не торопясь. Успевает.

– И вы обратили кого-нибудь.

– Нет.

– Никогда?!

– Напомни, как тебя зовут?

– Смешно…

– Ладно. Фокус не удался. Я помню, само собой. Алиса, я повторяю, я вампир всего семьдесят пять лет. Ну, грубо говоря. Может чуть больше. Потом ты просто перестаешь считать. Иногда они действительно успевают. Высказать свою последнюю просьбу. Я ни разу её не выполнил.

– Да почему!

– Они мне были не нужны.

– Но я…

– И ты не нужна.

Алисе вдруг стало обидно. Да, он симпатичный, этот Ярослав. Но она ничего такого и не думала… не нужна она ему, смотрите на него. Вообще, она ещё ого-го! И фигуру сохранила, и за лицом следит. И в спортзал иногда ходит от скуки. Для своих тридцати двух лет она ещё очень даже ничего. Да что он себе вообразил, этот мужик?

– С чего ты взял, что ты мне нужен? – резко перешла на «ты» Алиса. – Я не навязываюсь. Буду сама по себе.

Ярослав встал. Кровь сделала своё дело. Он чувствовал себя значительно лучше. Алиса напряглась. Наверное, не стоило ему грубить? Но Ярик вполне спокойно и миролюбиво подошёл к Алисе и положил руку ей на плечо:

– Девочка, это огромная ответственность! Когда обращаешь кого-то – ты не можешь просто отпустить его пастись на свободе. Он привлечет слишком много внимания к себе. Просто от неопытности, даже не со зла. А у меня – увы – нет ни времени, ни возможности тобой заниматься. – он отошел. – И отложи ты своё оружие, сказал же: не трону.

Алиса положила на стол распятие и поставила воду.

– Чем я привлеку внимание? Я могу пить кровь на работе. Донорскую.

Ярослав расхохотался так, что у неё в буфете загрохотала посуда. Алисе стало неловко перед соседями. Что они подумают? Ярик посмотрел на часы. Подошёл к окну, точнее подлетел. И начал сдвигать шторы. Наконец, добился того, чтобы окна были плотно занавешены. Тогда вернулся к дивану, и уселся поудобнее.

– Придется тебе терпеть меня весь день. Надо расставить все точки над «и», да и по свету я не передвигаюсь. А ты думаешь, станешь вампиром и продолжишь ходить на работу. Смешно! Кстати… раз я всё равно не выйду отсюда до вечера, почему бы нам не заняться чем-нибудь, кроме болтовни?

Как это произошло, Алиса вряд ли смогла бы объяснить. Просто вдруг она оказалась лежащей на диване, а сверху Ярослав. Он сжимал её плечи и спину железной хваткой, и целовал в губы так, что у неё начисто отключилось сознание. Кроме огненной страсти внутри и холодного прикосновения к коже снаружи не осталось ничего: ни единой мысли, ни единой ноты вокруг. Тишина и пустота. И сумасшедший секс. Когда Алиса немного пришла в себя после всего, она будто раскололась на две половины. Одна половина вопила: «что ты натворила?! Непонятно с кем! Да ты ему даже не нужна!», тогда как второй было совершенно наплевать на всё. Сытое сонное равнодушие… Алиса попробовала вспомнить, о чём они говорили? А, да. Про солнечный свет.

– По свету… нет? Никак?

– Нет. Никак. Никогда. Если станешь вампиром – ты его даже не увидишь больше. Солнечный свет сжигает кожу, и вампир умирает от ожогов. Тебе хочется так жить? Выползать только в темноту? В ночь? А все дни сидеть в квартире, за плотными шторами. Но и это вряд ли возможно. Тебе нельзя будет оставаться ни тут, ни на работе. Особенно на работе.

– Почему?

– Есть еще кровь? – спросил Ярослав, потягиваясь. Он был хорош не только лицом. Его обнаженное тело тоже было великолепно. Вампирская сага какая-то, сюр. Алиса встряхнулась.

– Да. Есть.

– Давай. – Алиса принесла ему пакет. Он с удовольствием присосался к трубке. – На твоей работе бывают кровотечения? У пациентов? Я уже молчу про то, что ты колешь их иглами, берешь кровь на анализы. Это больница. Даже если ты научишься себя контролировать вообще, вид крови поблизости всё равно сведет тебя с ума.

– Это нечестно. – Алиса вдруг горько разрыдалась.

– На, держи. –Ярик протягивал ей платок.

– Сколько у тебя их?

– Я просто всегда ношу с собой один. Чтобы вытереть рот после еды. Разве люди не делаю то же самое?

– Чего ты важничаешь? Как будто не был человеком.

– Это быстро забывается. – Ярослав замолчал. Посмотрел внимательно на плачущую Алису. – Так что ты придумала? Зачем тебе быть вампиром?

– Я не хочу умирать.

– Но мы мертвы! Я мертв. Послушай пульс, сестра? – он протягивал ей руку. – Этому-то тебя хоть научили в училище? Я не живой человек. Ты говоришь какую-то чушь… не хочешь умирать, но просишь сделать тебя ходячим трупом.

– Живым трупом.

– Да во мне нет жизни! Вся моя жизнь – это кровь. Ты встречала наркоманов?

– Один раз. У нас умирал парень от рака легких. Он был в прошлом наркоманом. Они чем-то таким кололись, что разрушает легкие. У него дошло до рака. У родителей были деньги. Когда пациентам оплачивают пребывание, они лежат у нас до конца. Кроме него я не была знакома с такими… людьми.

– Чего он хотел перед смертью? Он ведь умер, да?

– Да. – выдавила Алиса.

– Так что? Было у него желание перед смертью?

– Да. Он просил уколоться.

– Вот это и будет твоя жизнь. Последнее желание, растянутое во времени. Всегда одно. Только одно. Кровь. И никогда ты не будешь сыта, даже если перережешь целый город. Это хуже любого наркотика. И знаешь почему? С наркотика можно слезть. А с крови – никогда. Вечная жизнь в аду. Хочется такой вечной жизни?

– Но почему так? Я думала, что вампиры просто живут… просто занимаются своими делами. А вместо еды – кровь. Люди же не хотят есть сутками.

– А вампиры хотят. Я не вгрызаюсь тебе в горло сейчас только потому, что в тебе эта гадость.

– Ужас. Однако, хорошо говорить, будучи бессмертным… ты бессмертный?

– Алиса, это был не мой выбор. Меня обратили, не спрашивая.

– Кто?

– Моя жена.

– Ты женат?! – отшатнулась Алиса. Опомнилась, что называется.

– Ну, в ЗАГС мы не ходили, если ты об этом. Но мы вместе уже семьдесят пять лет.

– А сколько тебе лет? В каком возрасте она тебя обратила?

– Мне было тридцать три года.

– Самое время что-то менять. – усмехнулась Алиса.