Ирина Ломакина – На Краю (СИ) (страница 28)

— Так уж вышло, — пробормотал я, чтобы хоть что-то сказать. — Не отвлекайся. Попробуй еще раз.

Вики перевела взгляд на монитор и послушно положила пальцы на клавиши. Для первого раза получалось совсем неплохо. У нее были красивые руки. Я отвел глаза.

Тем временем окончательно стемнело. Я сунул в карман свой экран с навигатором, надел куртку, шапку и перчатки. Не считая фонарика и «Кольта», я шел налегке. Вики молча смотрела, как я спрыгиваю на землю и озираюсь. Было темно и тихо. Незнакомый лес пугал. Навигатор в кармане чуть слышно пискнул. Маршрут был определен.

— Ну, все. Жди нас через два часа. — Я и мысли не допускал о неудаче. — Смотри тут в оба. Себя не обнаруживать.

Вики кивнула, и я направился к лесу.

— Эй, капитан! — неожиданно раздалось за спиной.

Я обернулся. Над открытой дверцей шлюпки горела лампочка, давая достаточно света, чтобы разглядеть Вики. Она кинула на землю рюкзак и сказала:

— Надеюсь, тебе это поможет.

И захлопнула дверцу.

Я еще не понял, что произошло, инстинктивно рванулся назад, но, конечно, не успел. Заработали моторы. Я замер, чтобы не попасть под сопла, и машина — без огней и почти бесшумно — ушла вертикально вверх. Хорошая шлюпка. Я очень ее любил. Но, похоже, остался без нее и совершенно один. Именно так, как мне всегда нравилось.

— Вики! — крикнул я в полный голос, позабыв об осторожности. Это было глупо, но я и не надеялся докричаться. Мне нужно было выплеснуть эмоции. — Вики! Почему?!!

Я упал на колени и стукнул кулаком по земле. Я догадывался, почему. Она давно хотела сбежать. И она не хотела, чтобы я нашел Анну. Потому и дергалась так при малейшем подозрении, потому и расспрашивала, что я собираюсь делать, а потом убеждала не докладывать на крейсер. И ведь убедила, мать ее так. Знала, на какие точки надавить, чтобы я повелся, как мальчишка, и сделал все, как она планировала. Должно быть, до конца отрабатывала гонорар, который заплатил ей Филипп Бовва. Или попросту не верила, что после операции нам сохранят жизнь, и нашла способ соскочить, оставив меня без связи на чужой опасной планете.

Орать и материться было бесполезно и опасно. Я взял себя в руки и поднялся с колен. Сохранять одежду сухой стало жизненно важно. Я поднял рюкзак и проверил, что в нем. Заботливая Вики сложила туда несколько пластиковых контейнеров с походным рационом, аптечку, большую бутылку с водой, «вечную» зажигалку, нож и переносную зарядку для экрана, которой хватит дней на десять. Понимала, что «Птаху» ей не угнать: система-то запаролена. Вот и оставила мне шанс добраться до корабля.

С тяжелым вздохом я достал экран, отправил сообщение на бортовой компьютер и получил пеленг. Итак, направление есть. Надо идти к звездолету. Я должен дойти, не так уж здесь и далеко. Еды хватит. А если не хватит, что-нибудь придумаю. Что касается Анны Бовва… Хватит, больше я рисковать не намерен. Доберусь до «Птахи», вызову крейсер и дам координаты. Пусть разбираются сами.

С этой мыслью я выступил в поход.

Очень быстро стало ясно, что свои силы я переоценил. Ночью в лесу идти по прямой не получалось. Приходилось обходить то колючие заросли, то овраги, то бурелом. Я быстро выдохся и решил передохнуть. Опыт выживания в экстремальных условиях у меня был нулевой, не считая смутных представлений, почерпнутых из книг, игр и кино. Попыхтев, я развел костер из еловых лап и мелкого хвороста, что валялся вокруг. Влажная растопка сильно дымила, и было ясно, что надолго ее не хватит. Я нашел молодую елку, кое-как сумел ее повалить и положил серединой ствола на огонь. Так можно было надеяться, что костер прогорит не сразу.

Выспаться не удалось. Всю ночь я дремал вполглаза у огня, время от времени подвигая ствол и давая новую пищу костру. Едва начало светать, я погасил огонь, раскидал набранный сушняк, прикрыл ствол несколькими еловыми лапами и пошел дальше по пеленгу. Навигатор бесстрастно подсказывал, что я прошел пятнадцать километров из четырехсот восьмидесяти трех. Оптимизма это не внушало.

Еще через два часа я попил воды из ручья и вскрыл один из контейнеров с едой. Перекусил, едва утолив голод, и сверился с экраном. Перед выходом я загрузил в него снимки местности и теперь мог свободно ориентироваться. Умная программа с легкостью переделала панораму в обычную карту-схему. Зеленый кружок обозначал мое расположение. Недалеко, в нескольких километрах справа, тянулась дорога от деревни, где жила Анна, на юг, к большому поселку. Сам поселок был в двадцати километрах впереди. Я прикинул, стоит ли выходить на дорогу, и отбросил эту идею. Одежда, а особенно обувь и рюкзак, выдавали во мне пришельца. Пришлось тащиться по лесу, утешая себя тем, что днем проще выбирать путь.

До поселка, однако, я так и не дошел. До него оставалось километра три, день давно перевалил за половину, и я уже подумывал остановиться и поискать укрытие, но тут из ельника вышли двое мужиков с ружьями. Я инстинктивно метнулся куда-то в сторону. Грохнул выстрел, и мне на голову посыпались ветки и труха. Я упал и прижался к земле.

Стреляли не на поражение, отметил бесстрастный наблюдатель внутри меня (он и раньше просыпался в опасных ситуациях). Хотели взять живым. Меня это ничуть не обрадовало. Я прикинул, что будет, если я сейчас встану и попытаюсь убежать, и отчетливо осознал: следующий выстрел будет в спину, уйти мне не дадут. Тогда я прикрыл голову руками и остался лежать. Я даже не попытался вытащить пистолет. Шума я не услышал: просто кто-то тяжелый вдруг навалился сзади, прижал мне руки к земле, а потом на затылок обрушился удар.

— А ну вставай!

Я ощутил тычок в бок и открыл глаза. Я лежал навзничь. Надо мной стояли все те же два мужика. Молодой с интересом изучал содержимое моего рюкзака, старший вертел в руках «Кольт». Он явно знал, с чем имеет дело. Именно он привел меня в чувство пинком под ребра. Я пошевелился. Руки были связаны сзади, и лежать было неудобно.

— Глянь-ка, Иван, — младший продемонстрировал контейнер с рационом из моего запаса.

— Положи на место, — буркнул Иван. — Добрыня разберется.

— А это что? — в руках у парня очутился мой экран.

— А это дай сюда!

Иван схватил экран, бросил на землю и наступил ногой.

— Нет! — заорал я и рванулся к разбитому прибору. Экран был моим единственным шансом вернуться домой.

— Да! — передразнил меня Иван. — Очнулся, значит? Вставай давай!

И он снова пнул меня в бок.

Я медленно поднялся. Меня трясло.

— Дай сюда мешок! — приказал Иван своему младшему товарищу. Тот протянул ему рюкзак. Иван бросил туда «Кольт», защелкнул карабин и вернул парню: «Понесешь». Тот молча кивнул.

— А теперь пойдем, — велел Иван, показывая мне ружьем направление.

— Куда? — спросил я, не трогаясь с места.

— В Ключи, — охотно объяснил мужик, нисколько не удивляясь, что я говорю по-русски. Видимо, ему не первый раз попадались русскоязычные пришельцы.

— И зачем мне туда?

— Хочешь, чтобы мы здесь тебя пристрелили? — Иван поднял ружье.

— Нет. — Я невольно отступил с линии огня.

— Тогда иди вперед и не болтай!

Я послушно пошел, хотя не очень понимал, куда.

— И ты не зевай! — прикрикнул на младшего товарища Иван. — Глаз с него не спускай!

— Да куда он со связанными руками денется?

— Может, и никуда. Но все равно смотри, а не на Солнце всуе оглядывайся.

Парень закинул ружье за плечо и пристроился позади меня. Иван пошел впереди, выбирая путь в прогалинах между елками и придерживая ветки, чтобы они не летели мне в лицо. Я сначала удивился, а потом понял, что манера передвижения по лесу доведена у него до автоматизма, он просто не может иначе, неважно, идет позади товарищ или пленник со связанными руками.

Шли недолго. Поселок оказался куда ближе, чем я ожидал. Все-таки ориентирование по карте на пересеченной местности не было моей сильной стороной. В космическом пространстве я справлялся лучше, но там все было совсем иначе. Там я был будто улитка, упрятанная в крепкий панцирь «Птахи». Звездолет был моими глазами, ушами, ногами… Здесь же мне приходилось быть собой, и я чувствовал себя слабым и уязвимым. И не только чувствовал. К сожалению, я таким и был, особенно на фоне местных мужиков, крепких, здоровых и прекрасно подготовленных к суровой жизни.

В поселок мы вошли свободно, хоть и пришлось миновать что-то вроде заставы. Дорога была перегорожена деревянным шестом-шлагбаумом. Верховой мог бы его перепрыгнуть или спешиться и обойти препятствие по тропинке, как сделали мы, но для телеги это было непреодолимое препятствие. Я понятия не имел, с чем связаны подобные меры предосторожности. Было не похоже, чтобы деревни враждовали между собой. Но, возможно, я был не в курсе каких-то местных реалий.

У шлагбаума дежурил еще один мужик, такой же здоровый и крепкий, как Иван, но моложе, в кожаной куртке на меху и теплых сапогах.

— Кого это вы поймали? — радостно приветствовал он моих спутников.

— Сам не знаю, — сообщил Иван. — У него и спросим.

— Шпион, наверное, — предположил дежурный.

Мне стало смешно. Похоже, тут все убеждены, что Союз очень озабочен здешними делами. Может, парочку шпионов СБС сюда и посылала, но остальную Галактику жизнь на Земле совершенно точно не интересовала. Скорее всего, этим ребятам попадались в основном искатели приключений или изгои вроде Анны Бовва.