Ирина Лисовская – Ты моя, Пушинка! (страница 15)
— Скажу прямо — я не хочу проблем. С некоторых пор у меня есть четкие принципы относительно чужой помощи и предлагаемых финансов. Однажды я уже повелась на душевную доброту и, поверь, ничем хорошим дело не закончилось.
Настало время Максима задумываться. Я видела вопрос во взгляде мужчины, но снова поднимать старое белье и рыться в нем — противно до блевоты. Ну, по крайней мере, я набила шишек и осознала свою неправоту. Халявный сыр только в мышеловке. Всего следует добиваться собственными силами.
— Скажу просто, что ты далеко не первый, кто предлагал мне помощь с поистине благородными целями. Вот только расплачиваться, как оказалось позже, нужно было собой.
Глаза Астахова резко сужаются, в них мигом бушует огонь, будто в него плеснули бензином.
— Вот мрази, — не сдержался Максим и стукнул кулаком по столу, на что я просто улыбнулась.
Это еще цветочки были. Разгневанные жены — вот где вершина айсберга. Не хочу вспоминать, трясу головой и прогоняю дурные воспоминания. Дважды я наступила на грабли, в третий раз не стану. Шишка на лбу все еще болит!
Мне казалось, Астахов должен был понять и отстать, но он не задавался:
— Я ведь предлагаю довольно прозрачный контракт и… — перебиваю все с той же милой улыбкой, под которой запряталось отчаяние:
— Максим, спасибо, что протянул мне руку помощи, но я думаю, через год или два смогу позволить себе крошечный зал и оборудование.
С лица не сходит улыбка, ведь я реально благодарна ему и безмерно поражена поступком. Уверена, что в мыслях Астахова не было никакой грязи, но вот Настя точно не оценит бесплатный порыв жениха. По крайней мере, я бы точно отреагировала болезненно.
Максим мягко усмехнулся, но глаза остались грустными. Мы так и не сделали заказ, но думаю теперь это лишнее. Казалось, разговор окончен, но Астахов вдруг разорвал тишину:
— Я много раз задавался вопросом: что же случилось с той жизнерадостной Улей, по чувствам которой танком проехался Чернышов. Я выяснил позже в деканате, что ты отчислилась на третий день после произошедшего, хотя через пять дней весь универ гудел от другой ситуации. Нужно было просто немного подождать.
Киваю без энтузиазма, ведь это не то, что я хотела бы услышать. И уж тем более отвечать на это не стану. Прошлое для меня осталось в прошлом, а Максим будто специально возвращал в первые два года обучения. И в гнетущие события следующего месяца после отчисления. Никто кроме сестры и того паренька Кости не знал правды. Впрочем, Костя до сих пор не знает, что причиной всему стал Чернышов.
После я специально умалчивала о своем позоре, запирала правду на семь замков, потому что не гордилась собственным поступком. Он навсегда выжжен клеймом на сердце, радует только, что никто его не увидит, кроме меня.
Даже сестра и та глядит на меня теперь иначе: как на сильную, гордую и независимую девушку. А парнишка Кирилл остался моим спасителем и верным другом. Мы все втроем забыли тот день, как кошмарный сон, так почему какой-то там Астахов пытается расковырять давно засохшую рану? Будто хочет напомнить лишний раз, что Чернышов — мерзкий тип, не заслуживающий прощения.
— Макс, — улыбка на моем лице настолько широкая, что боюсь, треснет рожа, — забудь о той толстушке точно так же, как о ней забыли остальные, включая Дана.
Протягиваю ему ладонь, а мужчина смотрит на нее недоверчиво, но медленно тянет мне свою руку. Пожимаю ладонь и говорю все с той же широченной усмешкой:
— Привет. Меня зовут Ульяна Иванова. Фитнес тренер, блогер, нутрициолог и немножко психолог без лицензии. Безумно рада с тобой познакомиться.
Макс отвисает мгновенно: задорно смеется и тоже пожимает мою ладонь:
— Максим Астахов. Бизнесмен и владелец этого фитнес-клуба. И мне нереально приятно познакомиться с тобой, Ульяна.
Оба радостно смеемся, но наше веселье прерывает унылой рожей Даниил Чернышов. Я напрягаюсь, боюсь смотреть в его сторону, ведь начинаю отчаянно дрожать присутствии мужчины. Плохой знак! И все же рискую взглянуть на него. Злющий, как тысяча чертей, на меня даже не смотрит, потому что испепеляет глазами Астахова.
— Боюсь помешать вашему веселью, — говорит, а у самого глаза горят, как красный свет светофора, — но Настя тебя, затек, уже битый час дожидается в кабинете!
Макс мгновенно меняется в лице: тускнеет на глазах, и я невольно наблюдаю, как постепенно темнеет его зрачок глаза. Заполняется тьмой, от которой реально бегут мурашки по коже. Не вижу там и доли радости от встречи с любимой. Кажется, Астахов раздражен приходу невесты, но, почему?
Не хочется копаться в чужом белье, поэтому ставлю в нашем довольно странном разговоре точку:
— Максим, спасибо еще раз за приглашение позаниматься в Вашем центре. Сейчас же оплачу абонемент и уже завтра начну тренировки.
Встаю, но натыкаюсь на тяжелый взгляд Дана и падаю обратно на стул. Да и Максим не спешит нас покидать. Они с Даниилом впиваются друг в друга недобрыми взглядами, и никто из них не хочет уступать в молчаливой битве. Видно, что оба мужчины напряжены и между ними летают искры.
— Абонемент… — начинает Максим.
— … за мой счет, — перебив, заканчивает за него Даниил.
Я же тяжело вздыхаю. Почему у меня складывается дурное ощущение соперничества между ними?
— Спрячь свой кошелек, — язвительно тянет Астахов и добавляет: — я уже распорядился, чтобы Ульяне выписали бесплатный годовой абонемент с привилегиями.
— Щедрость, не знающая границ, — не уступает Дан и скалится другу, — не забыл, что тебя невеста ждет в кабинете?
— Не забыл, — цедит Максим сквозь зубы и, наконец, поднимается.
Напоследок одаривает Чернышова тяжелым взглядом, в который явно вложен некий молчаливый посыл. К сожалению, мне он не ясен, зато Дан криво усмехается и явно ржет, судя по задорному взору.
— Я тебя предупредил, — угроза в сторону Дана, — Уля, еще увидимся.
— Пока, — машу ему на прощание и тоже собираюсь уходить, но Дан усаживается на прежнее место Астахова.
Все равно встаю, не хочу оставаться один на один с Чернышовым. Слишком волнительно рядом с ним и уже явно не от злости.
Он ловит меня: ухватывается рукой за рукав и мягко тянет вниз, будто упрашивает остаться.
Глава 11
— Присядь, пожалуйста.
Замираю и немею, с непониманием пялюсь в глаза Дана и снова мысленно прокручиваю его слова в памяти. Он… вежливо попросил? Не приказал? И даже не злым тоном?
Усаживаюсь просто потому, что на фоне шока подогнулись колени. Но дурное предчувствие уже копьем вонзается в грудь и мешает нормально дышать. А из-за легкой тревоги по телу прокатилась волна жаркой дрожи. Пытаюсь скрыть ее, но Дан пристально смотрит на меня, не моргая. Скользит глазами по лицу, будто на катке катается. Мягко, ласково, отчего ком встает в горле, а в груди начинает теплеть. В универе я могла бы все отдать только ради этого взгляда! Даже ради мимолетного! А сейчас не по себе становится, ведь я совсем не понимаю, с чего вдруг такая перемена. Дана будто подменили.
— Уля… — выпаливает с нервным выдохом, я же хмурюсь.
А он словно не знает, что сказать, как начать разговор. Разговор, в котором я не вижу вообще никакого смысла. Так и молчим некоторое время, но Дан, наконец, возвращает себя прежнего:
— Какие у тебя дела с Астаховым? — требует ответ, даже смотрит на меня с неприкрытой яростью.
— Вы же друзья, разве он не сказал тебе? — выгибаю бровь, а Дана буквально взрывает от моего «ответа»:
— Если бы подонок рассказал мне, я бы не спрашивал!
У-у-у, как все запущено. И вспоминаю, что Астахов не называл Макса другом. Как он там сказал: бизнес партнер и будущий родственник?
Молчу, облокачиваюсь на спинку стула и склоняю голову на бок. Дан кипит как чайник, аж пар из ушей валит, но я все еще помалкиваю. Чем, кажется, выбешиваю его до крайней точки и красных пятен по лицу. В конечном итоге жалею нервы мужика, а то скоро лопнет от ярости и меня всю забрызгает ею:
— У нас с ним нет никаких дел. Мне нужен был зал для занятий, а Максим предложил свой центр и бесплатный абонемент. От последнего я, конечно, пыталась отказаться… — меня перебивают:
— И это все? — не верит, но так оно и есть, поэтому уверенно киваю, а Дан продолжает: — Тогда соглашайся.
Давлюсь слюной от неожиданности и закашливаюсь, я точно услышала правильно?
— Соглашаться? — уточняю и сразу возмущенно добавляю: — Считаешь, что я не в состоянии позволить себе триста баксов за месяц занятий?
Именно столько стоил месяц занятий по расширенному абонементу, но я ни за что не признаюсь, что планировала приобрести самый дешевый. Нафига мне бассейн, баня и прочие мелочи?
— Не ершись, — подмигивает мне, из-за чего снова давлюсь и слюной, и рвущимися из груди возмущениями, — соглашайся
Он особо выделил слово «только», что мигом закрались сомнения. Так он знает о другом предложении или нет? Как бы там ни было, он брат Насти и неприятностей я точно не хочу. Если с абонементом Дан проблем не видит, то так тому и быть. Мне же лучше.
— Кстати, насчет машины… — наблюдаю со скепсисом, как мужчина достает из кармана штанов мой старый брелок и с легким стуком кладет ключи на стол, — не надо было издеваться над тачкой, я бы и так тебе ее вернул.
На этих словах Дан поднялся и подошел ко мне. В нос мгновенно проникает сладковатый аромат парфюма и туманит разум.