Ирина Лисовская – Опекун. Его маленькая слабость (страница 7)
Стоп, Бережной! Какого хрена ты творишь?!
Меня словно окатило ледяной водой от осознания, что едва не совершил непозволительную ошибку. Я же просто хотел проучить мелкую провокаторшу, сбить с нее спесь и наглядно показать, как опасны игры со взрослым мужиком. А в итоге сам едва не сорвался в пропасть похоти, поддавшись инстинктам, как какой-то сопливый пацан.
Глава 7
Титаническими усилиями буквально отрываю себя от соблазнительного тела и отступаю на несколько шагов. И сразу натягиваю на лицо непроницаемую маску равнодушия, пряча под ней истинные эмоции.
Но внутри меня бушующий пожар, который не так просто погасить, и Яне об этом знать не обязательно.
— Надеюсь, урок ты усвоила, — бросил ей в лицо обманчиво ровным тоном. — А фен, как я и сказал, в нижнем ящике.
С секунду она смотрела на меня потемневшими глазами, в которых стояло абсолютное непонимание, но вскоре ее лицо вспыхнуло от жгучего унижения.
Она нервно сглотнула и вцепилась мертвой хваткой в сползающее полотенце, явно не зная, куда себя деть или попросту желая провалиться сквозь землю.
В итоге слепо рванула ручку двери и, едва не споткнувшись, выскочила из кабинета так резко, будто за ней черти гнались. И тут же из гостиной раздался глухой звук удара, а затем и сдавленный вскрик боли Яны.
Мой ледяной пофигизм испарился за секунду, а сердце болезненно екнуло.
— Яна! — рявкнул, выскакивая из кабинета и мгновенно забывая о своей роли хладнокровного ублюдка.
Да я буквально на ходу проклинал свои идиотские «методы воспитания», уже представляя, как сильно малышка ушибла ногу. Наверняка о диван ударилась…
Но в гостиной уже никого не было, а через секунду на втором этаже хлопнула дверь. Да так сильно, что аж стекла содрогнулись.
Вздохнув, вынудил себя вернуться и выкинуть все мысли из головы. Но образы того, как Яна льнула ко мне, все не покидали дурную голову, а в воздухе до сих пор витал этот соблазнительный запах феромонов…
— У тебя работы мало, Бережной?! — жестко протерев лицо ладонями, я тряхнул головой и мигом распахнул настежь окно.
Порыв свежего воздуха, что вихрем ворвался в кабинет, отрезвил мысли, и вскоре я снова вернул себе контроль над разумом.
Яна, Яна…
Ну что за капризный ребенок!
Нет, уже не ребенок, и от этого мне… страшнее в тысячу раз.
Что мне теперь, всех щенков вокруг нее гонять? Ага, и себя держи от нее подальше, пока не случилось беды!
Дело ведь не только в том, что у меня сносит крышу от одного взгляда на Яну. Сейчас я за нее в ответе и не хочу, стоя в сторонке, наблюдать, как ей неминуемо разобьют сердце.
Неопытная, с колючим характером и юношеским максимализмом — она просто идеальный трофей для любого пацана с бушующими гормонами. Воспользуются, сломают и пойдут дальше, а мне потом что делать? Убью же нахрен любого, кто даже косо посмотрит в ее сторону!
С уверенностью стиснув пальцы в кулаки, киваю сам себе, принимая окончательное решение.
Нет уж, точно не позволю какому-то случайному придурку испортить Яне жизнь только потому, что ей захотелось поиграть в независимость. Да лучше я стану для нее главным врагом и тираном, чем потом буду смотреть на отчаянные рыдания из-за смазливого урода.
А еще лучше я сам найду ей хорошую партию, из нашего круга. Сына того, кому я хоть немного могу доверять.
И вроде все логично, но, черт подери! До побеления в костяшках сжав край подоконника, я всмотрелся в непроглядную темноту за окном и едва не рыкнул от злости. Кровь вскипела в жилах за секунду, стоило мне только представить Яну рядом с другим.
Почему-то мысль, что ее будут касаться чужие руки, обнимать и целовать, — отдалась болью в груди. И не просто болью, там поднялась собственническая ярость, не имеющая ничего общего с отцовской заботой…
Черт!..
Остынь, Бережной, и действуй по изначальному плану, а не ищи для себя лазейки!
***
Позже ночью, стоя у открытого окна в прачечной, просто трясу головой, понимая, что запирать Яну в доме изначально была плохая идея. Опять сбежала, чертовка!
Телефон уже вибрирует в кармане, поэтому спешно принимаю вызов:
— Все в порядке? — первым спрашиваю, а на том конце хмыкают.
— Да.
— Хорошо, не спускай с нее глаз. Головой за Яну отвечаешь! — рявкаю от бессилия, но безопасник меня хорошо знает:
— Понял.
Сбросив вызов, возвращаюсь в гостиную и отпираю все двери, чтобы моя беда не лезла назад через малюсенькое окно. А затем с царапающим внутри волнением вламываюсь к себе в комнату и засыпаю с тревогой, что мучает очередными кошмарами.
Яна
Физически я находилась вместе со всеми на тусовке, но мыслями витала далеко от этого места.
И вздрогнула, как только рев мотора разрезал веселый рокот голосов. Едва Макс подкатил к нам на байке, вокруг него тут же собралась толпа визжащих девчонок.
Облепили его, словно голодные мартышки…
Лерка пнула меня локтем в бок, указав подбородком на то, как Виталина (та, что плевалась в меня ядом при знакомстве) пристает к Максу, как муха к липкой ленте.
Я лишь мазнула по ним взглядом и с равнодушием хмыкнула. Он и правда вежливо отмахивался от нее, изредка бросая в нашу с Лерой сторону заинтересованные взгляды.
— Никак не уймется, — подруга закатила глаза к небу. — Походу, ей к окулисту пора записаться, она одна до сих пор не разглядела, что безразлична нашему красавчику. А вот ты…
— Прекрати! — шикнула на нее, с интересом зыркнув на Макса.
Парень слез с байка, поздоровался с пацанами рукопожатием и, вместо того чтобы идти разрисовывать стену, плюхнулся рядом со мной. Задорно подмигнул с улыбкой, я же просто кивнула в знак приветствия.
Он болтал без умолку, рассказывая много деталей о себе, а я тупняково кивала, совсем не улавливая смысл беседы.
Перед мысленным взором всё еще стояла сцена, как Артем утром зажал меня у двери, и мы с ним снова едва не поцеловались…
Кожу до сих пор ощутимо жгло в тех местах, где он прикасался ко мне, словно собственное клеймо поставил.
Вспоминая об этом… не чувствую злости на Артема из-за его хамской выходки. Хоть он и явно унизил меня, я до чертиков злилась исключительно на себя.
Что вообще со мной произошло?! Что за реакция тела, и нормальная ли она? Я пылала в его руках так, что, казалось, поднялась температура до сорока…
Утром я шла к Артему, рассчитывая просто пощекотать ему нервы, но с самого начала всё пошло наперекосяк!
Черт побери, ну откуда я могла знать, что у него в кабинете звонок по работе?!
Мне и так было неловко, но и убегать казалось глупой затеей. И ведь почти добилась цели, но в последний момент что-то изменилось во взгляде Артема. И это колебание в его настроении сыграло со мной злую шутку.
Почему, когда Айсберг прижал меня к себе, здравый смысл помахал ручкой, уступив место какой-то… страстной покорности?
Я плавилась в его руках вопреки всей злости, что клубилась на душе. Разве это логично? И сама, словно под гипнозом, шагнула в горящее пламя, готовая сгореть дотла, лишь бы ощутить на губах вкус от поцелуя.
Даже сейчас при мысли об Артеме сердце всё еще колотится быстро, словно вот-вот выпрыгнет из груди, а на коже ощущаются фантомные прикосновения мозолистых пальцев.
Никто и никогда раньше не вторгался в мое личное пространство с такой разрушительной силой, как это сделал Бережной.
Вообще, нормально ли всё то, что я почувствовала к нему? Это… совсем не похоже на тот опыт, который произошел у меня в восемнадцать лет.
Не физические отношения, это было что-то вроде интернет-романа, в который я случайно погрузилась с головой. Сладко, волнительно до мурашек по коже и бессонных ночей за пустым трёпом, но…
Но тот паренек не выбивал почву из-под, и легкие не горели от нехватки кислорода. Уже молчу про томительное волнение внизу живота, затягивающее тягучим ожиданием…
Хотя логично ли сравнивать банальную переписку и физический контакт?
— Ян, ты с нами? — Макс щелкнул пальцами перед моим носом, выдергивая из плотной паутины мыслей, в которой я застряла, подобно бабочке.
— Да…
Ночной воздух издевательски ударил в лицо, отрезвляя меня окончательно. Зря я затеяла войну с Айсбергом, только себе хуже сделала! Я хотела, чтобы он убрался с моих глаз, а в итоге сама сгорала от неловкости.