Ирина Лисовская – Опекун. Его маленькая слабость (страница 10)

Глава 10

— У тебя сейчас такое кислое лицо, будто завтра на приеме объявят о чьей-то смерти, — я хихикнула, но атмосфера все еще осталась напряженной.

— На прием пригласили и твоих родственников, а я не уверен, смогу ли быть всегда рядом, чтобы заткнуть им рты.

Так вот оно что! Родственники, которые спят и видят, как бы устранить меня, чтобы завладеть всеми папиными активами…

— Не парься, я и так знаю, чего они хотят. Услышала кое-что… давным-давно…

Лицо Артема за секунду потемнело, прямо как небо перед грозой.

— Что ты услышала? — рявкнул он, словно потерял вдруг контроль над эмоциями.

В его глазах зажглась злоба, а черты лица резко заострились, и меня это вдруг… взбудоражило до мурашек по коже.

А ведь должно было испугать!

— Неважно.

— Просто скажи, кто это был, и я отрежу ему язык, — произнес так равнодушно, будто мы обсуждали, что будем есть на ужин.

— Даже если ты отрежешь язык, злые намерения от этого не исчезнут.

Он тяжело вздохнул и резко сжал пальцы так, что суставы тошнотворно хрустнули. Глаза Артема все еще пылали гневом, и он сверлил меня взглядом, словно хотел заглянуть в душу, чтобы лично найти ответ.

Да какая уже разница? Артем забрал меня тогда, и их план провалился с треском. А я больше и не вспоминала токсичные слова, забыла как что-то неважное.

— Похоже, папа не доверял никому, кроме тебя. — Я встала из-за стола и, искренне улыбаясь Артему, добавила с твердостью: — Не знаю, почему ты мучишься угрызениями совести, но прекращай уже загоняться.

И спешно ушла, не желая развивать дальше диалог. Вспоминать аварию и события, связанные с ней, для меня словно встать ногами в зыбучий песок.

Ну а вчерашняя ночь… ладно, сделаю вид, что ничего не произошло.

К счастью, Артем не стал меня догонять и ломиться в комнату. Позже он свалил на работу, а я залезла в телефон и погрузилась в болтовню с Лерой.

***

В отражении зеркала я даже не узнала себя поначалу, уж слишком хорошо надо мной поработал стилист.

Платье изумрудного оттенка струилось по фигуре, оставляя открытыми плечи и ключицы. Я осторожно пробежалась пальцами по татуировке и снова всмотрелась через зеркало себе в глаза.

Яркий макияж будто добавил мне несколько лет, сделав глаза больше и выразительнее. Но я… совершенно чужая в этом роскошном наряде. Казалось, дотронься до меня — и разобьюсь, как фарфоровая кукла.

Вздохнув, спустилась вниз, где меня уже ждал Артем.

На нем был черный смокинг, что сидел идеально, будто сшит на заказ. Едва наши взгляды встретились, как время замерло.

И все же я заметила, как его ледяная маска пусть на мгновение, но дала трещину. Кадык Артема нервно дернулся, мужчина тяжело сглотнул, осмотрев меня с ног до головы.

Дрожь волнения скользнула по позвоночнику, едва Айсберг снова заострил взгляд на моей татушке. Внизу живота сладко заныло, как если бы взгляд Бережного физически ласкал мне кожу, лишая ценного кислорода.

Но стоило мне сделать крошечный вдох, как в следующую секунду Бережной моргнул, возвращая на лицо маску равнодушия. Молча подал мне локоть, и я ухватилась за него дрожащими пальцами, все еще не чувствуя твердой почвы под ногами.

Ничего не говоря, он вывел меня на улицу и помог усесться в машину на заднее сиденье. И тоже уселся рядом, но казался напряженным до предела, судя по каменным плечам.

Даже когда водитель тронулся, Артем тупо отвернулся к окну, изображая из себя мебель.

Да что ж такое! Ему совсем нечего мне сказать?!

— Ты себе губы суперклеем склеил?

Бережной шумно вдохнул и обернулся ко мне так резко, что я заволновалась, не заклинит ли у него шею.

Но вместо ответа глупый индюк вонзился в меня острым взглядом, за которым таилось что-то такое… темное, завораживающее до мурашек.

— Что ты хочешь услышать?

— Как я выгляжу, например.

— Сойдет, — брякнул сипло, стараясь смотреть исключительно мне в глаза.

— Сойдет? — от злости на Айсберга я поджала губы, пристрелив его взглядом на месте.

С психом фыркнула и, скрестив руки на груди, отвернулась к окну.

Какой же ты, Артем… бесчувственный мудак! Из всех доступных слов выбрал равнодушное «сойдет»?!

— Лучше б ты и правда молчал, — проворчала себе под нос и до конца поездки не проронила ни слова.

Хоть он и вел себя со мной холодно, но позволял держаться за него, как за прочную опору. Я мертвой хваткой вцепилась в локоть Артема, едва мы переступили порог банкетного зала, и нас на мгновение ослепило вспышками от фотокамер.

Айсберг уверенно провел меня вперед, но иллюзия его защиты продлилась недолго.

— Артем, — к нам подплыл мужик, от которого за километр веяло аурой власти.

Они с Айсбергом поздоровались рукопожатиями, я же стояла рядом, тупо как красивый декор, и невинно хлопала ресничками.

Артем коротко представил меня мужику и, склонившись к ушку, прошептал:

— Оставлю тебя на минуту, никуда не уходи, ладно?

Тепло исчезло, как только я кивнула. Но стало так неловко, словно меня голую выставили на всеобщее обозрение. На меня пялились все кому не лень и перешептывались, поэтому пришлось отступить к ближайшей колонне.

Артем хоть и отошел, но я даже на расстоянии ощущала его тяжелый взгляд на себе, и это… немного успокоило дико колотящееся сердце.

Я просто хотела слиться с интерьером и постоять в одиночестве, но…

— Тебя тоже насильно вытащили на это сборище клоунов? Давай составлю тебе компанию.

Рядом, как черт из табакерки, нарисовался парень — холеный, с белозубой улыбкой и хитрым взглядом голодного лиса.

Мажор улыбался мне во все тридцать два зуба и стоял с гордо вскинутым носом, словно вся эта тусовка организована его родителями.

Я лишь иронично закатила глаза.

— Свали, — сухо бросила, отворачиваясь.

— Ауч, какие мы колючие. — Он ничуть не смутился.

Наоборот, сделал шаг навстречу, нагло вторгаясь в мое личное пространство. Я отступила, но где там! Пацан оперся рукой о колонну прямо над моим плечом, отрезая пути к отступлению.

И, как назло, я перестала на мгновение ощущать на себе взгляд Артема. Куда это мой Айсберг подевался? Ладно, сначала избавлюсь от надоедливой мухи…

— У тебя проблемы со слухом или восприятием реальности? — я с вызовом впилась в лицо мажора колючим взглядом, желая стереть дурацкую ухмылку со смазливого лица.

— Угадала. — Улыбка стала широкой, как у клоуна. — Да ладно тебе, я ж пришел на выручку, а то сжалась тут, как напуганный суслик. Меня, кстати, Кирилл зовут, а тебя?

— Какие нынче наглые аниматоры, — послала ему издевательскую улыбку и вздернула подбородок. — Иди развлеки кого-то другого.

— Аниматоры? — Кирилл театрально прижал свободную руку к груди, словно я ранила его нежные чувства. — Жестко. Так погляжу, папа не научил тебя хорошим манерам?

— Моего отца давно нет в живых, — теперь я театрально выдавливаю из себя слезу и добавляю с хищной ухмылкой: — Но мой опекун тебе челюсть сломает, если не свалишь по-хорошему!

— Вау, обожаю угрозы. — Его лицо не дрогнуло, а глаза оставались озорными. — Но пока твой грозный опекун где-то там решает серьезные вопросы, ты откровенно скучаешь. Ну признай уже, что со мной веселее, чем подпирать эту уродскую колонну.

Глава 11

Да за что мне это несчастье свалилось на голову?!