Ирина Левкович – Рыцарь в башне (страница 9)

Они разделились: двое по-прежнему неслись сзади, третий показался с правой стороны, четвертый – с левой. Прачка бежала, рыдая и умоляя не трогать.

Труподети отлично знали, что делали и куда бежали. Они гнали ее на Смертоносные болота.

Крики на Болотах долго не смолкали.

Двое уставших путников, которые волей случая оказались неподалеку, услышали страшные вопли. Они переглянулись и пошли своей дорогой дальше, не говоря друг другу ни слова. Своя голова всегда дороже.

Так и Прачка – она боролась за жизнь, как молодая волчица, попавшая в капкан. В ее грузном рыхлом теле вдруг проснулась необычайная ловкость, такая, о которой нельзя было даже помышлять. Она вырывалась, кусалась и царапалась.

Но силы были не равны: русалка, свирепая и голодная, лучше Прачки видела в темноте и обладала куда большей силой. А Прачка, в какой-то момент застрявшая в трясине по пояс, видела только светящиеся янтарем глаза своей соперницы. Пожалуй, это было последнее, что она видела, перед тем как ей откусили голову. Если попадаешь на Смертоносные болота, которые обходят стороной даже воины Короля, то готовься быть съеденным.

Как раз в тот момент, когда мурчащая от наслаждения русалка обгладывала последнюю Прачкину косточку, высасывая вкусную жидкость и радуясь такой невероятной удаче, Рыцарь перевернулся в своей кровати на другой бок и захрапел. Посетители таверны на первом этаже, как всегда, веселились, а он очень устал, и поэтому никакой шум не мог ему помешать. У него был тяжелый день: он колол дрова, ловил рыбу, много гулял и так же много пил. А еще – совсем не вспоминал о Прачке.

Сейчас ему снились хорошие сны – молодая и здоровая Ишоф, безоблачное голубое небо над Городом и та пышногрудая торговка каштанами.

«Для тебя – мои лучшие каштаны, милый», – говорила она ему днем, выставляя напоказ свои главные прелести (не каштаны). А он обнимал ее за талию и целовал в ушко. Чертовка знала толк в том, что нужно мужчинам.

Рыцарь улыбнулся во сне и пустил слюну на подушку.

В это же время дверь черного входа в замок отворилась и внутрь зашли перепачканные грязью труподети. Их ладони и колени особенно нуждались в чистой воде. Помывшись и переодевшись, они прошмыгнули в спальню крепко спящей Принцессы и свернулись калачиками в ее ногах.

А вот Ехидне не спалось. Таких красивых девушек, как Принцесса, он не видел никогда, и ее образ в его мыслях мешал ему уснуть. Как жаль, что она не простолюдинка! А тут еще и ее странные слуги. За то, что они с ним сделали, их бы следовало привязать за ноги к бешеной лошади и пустить через весь Город. «Кажется, Королева их тоже недолюбливает, что странно. Уж ей-то они вряд ли могли бы причинить вред, она же все-таки жена Короля, – размышлял он. – От Министра Тайн и Интриг нужно держаться подальше, он очень жестокий тип, это видно по глазам, а вот с Драконом следует подружиться». О Короле Ехидна почти не думал – тот был слишком занят государственными делами и почти не обращал внимания на то, что происходит дома.

Дракону, который пожелал несколько дней провести в замке, снились сады с бесконечными грядками помидоров. А собирали это все богатство прекрасные драконессы. Они кокетливо хлопали ресницами и свободно цитировали известных философов.

Стояла ясная ночь, безмятежная ночь. Тишину в королевском саду нарушало лишь стрекотание цикад.

В беседке рядом со скульптурой-черепахой были двое: Королева и Министр Тайн и Интриг. Она не рассказала ему о том унижении, которое испытала из-за труподетей, но спросила, не заметил ли он в них чего-то странного. Говорить о том недавнем случае она не хотела: было бы неприятно ударить в грязь лицом и признаться, что ее не уважают в собственном доме, – и кто! – а вдобавок ее могли назвать сумасшедшей, так как следов нападения не было. Если что-то и было, то пропало. А репутация – превыше всего.

Королева никогда и ни на что никому не жаловалась, даже будучи ребенком. Со своими обидчиками она разбиралась по-своему, и не всегда ее методы были гуманными. Например, однажды она вылила содержимое ночного ведра своей младшей сестры прямо на постель няньки, которая несправедливо оттаскала ее за уши. Няня очень ее обидела: сказала, что вздорная девчонка (Королева) изрезала ковер в своей спальне, хотя это была не она. Красные уши потом болели весь день. План мести девочка придумала быстро.

А однажды ее десятилетний кузен, гостивший в замке ее родителей, сказал, что у нее слишком курносый нос. И поделился своим открытием с остальными детьми – товарищами для игр, которые даже придумали обидную песенку. Не секрет, что дети обычно жестоки.

На свою беду, тот мальчик боялся ящериц, и маленькая Королева, которой едва исполнилось восемь, знала об этом. И когда карета вместе с ним отъезжала от замка, девочка бросила в окно самую длинную и толстую ящерицу, какую только смогла найти. Следующим летом дети дразнили уже его – что он кричит, как писклявая девчонка. Королева потирала ручонки и была очень горда собой.

С труподетьми надо что-то делать. То, что случилось тогда в коридоре, было похоже на предупреждение, а значит, они могут сделать с ней что-то похуже, чем просто напугать.

– Министр, вы заметили, какие стали у них зубы? – вежливо поинтересовалась Королева. – И в целом у них теперь почти всегда дурное настроение. Я боюсь, что Принцесса может пострадать. Вы же понимаете, она так юна и так склонна всем доверять. Тем более им, они у нее что-то вроде котят.

– Зубы заметил, – согласился Министр, – но что вы хотите от меня?

Королева задумалась. Эту партию она должна была провести безупречно.

– Нам нужно подумать о Принцессе. Нужен повод, чтобы отослать этих слуг подальше, а взамен подобрать новых, – сказала она.

– Но ведь Король в некоторой степени тоже к ним привязан. Это он их спас. Не так просто будет уговорить его избавиться от них.

– Он изменит мнение, если они начнут угрожать его дочери. А я хочу решить проблему мирным путем, нежели потом оплакивать мое дорогое дитя. Министр, они действительно могут быть опасны. От вас требуется только узнать, какие злодеяния совершали их родители. Кажется, это все по вашей части.

– Я сделаю все, что смогу. А сейчас мне пора.

Поцеловав ручку своей собеседницы и поклонившись ей, Министр ушел.

Теперь еще и это свалилось ему на голову! А ведь у него полно и собственных дел. Например, надо обдумать, как самому занять королевский трон. Столько лет он служил верой и правдой, а на деле с ним обращаются как с мальчиком на побегушках. Как с юнцом с легким пушком вместо усов. Как с мальчонкой в коротких штанишках. Если он станет правителем, то тут же выгонит все это семейство жить на Смертоносные болота. И пусть делают что хотят. Пусть хоть новый замок там строят, из грязи и камышей. А прислуживать им будут русалки, а не он. Кстати, о русалках…

Надо бы навестить своих питомиц. У него в подвале уже застоялась для них бочка крови. Много липкой и вязкой крови.

7

Слуги были недовольны с самого утра. Всем им досталось за то, что сегодня никто до сих пор не забрал на стирку очередную партию вещей. Прачка не появлялась.

Об этом Принцесса узнала только ближе к полудню – когда кухарка, отбиваясь от управляющего, кричала на весь замок, что стирка не входит в ее обязанности. Перебранка была не на жизнь, а насмерть. Словно упрямый бык, управляющий настаивал, что вещи все-таки должны быть постираны – несмотря ни на что и неважно кем. Кухарка предложила ему сделать это самому. Вскоре на ее защиту встала горничная, которая также сказала, что не собирается прикасаться к вещам, покуда есть Прачка.

– Нет, нет и нет! У нас самих полно работы! Откуда нам знать, где Прачка? Ищите ее у Рыцаря, – визжала горничная.

Управляющий, извергая ругательства, ушел. Служанки остались одни.

– Слышала от торговки каштанами, что песенка Прачки давно спета, – заговорщицки сообщила кухарка горничной, – она сказала, что ради нее Рыцарь оставил не только Прачку, но даже и нашу Принцессу. Жаль Принцессу. Хорошая она. Чего не скажешь об управляющем. Чтоб ему пусто было!

Никогда раньше Принцесса не видела этих двух женщин такими рассерженными. Быстрыми шагами она направилась в свою спальню.

– Вы ничего не хотите мне сказать? Вы что, испугали ее до полусмерти и теперь она боится выходить из дома? – спросила она труподетей.

Труподети мычали в ответ. Дракон смотрел, прищурив глаза.

– Мне кажется, они ее убили. Жестоко и хладнокровно, вот так, – сказал он и крепко сжал в лапе помидор.

Красная мякоть просочилась между пальцами.

– Они не убивают людей. Я не знаю, что на них нашло тогда, с глазом, но они никого не убивают. Я уверена.

– Ну-ну. Что ты им сказала?

– Попросила напугать, ничего особенно. Ну, знаете, она приходит домой, а в мешке – не краденые вещи, а они. Должно было быть эффектно. Я представила – у самой мурашки по коже.

– Ты еще страшнее, чем я думал. Что там с Рыцарем?

Дракон выкинул испорченный помидор, достал из корзины новый и впился в него зубами.

– С Рыцарем вот что. Я больше не могу выносить, что каждая уличная девка, с которой он заигрывает, смеется надо мной. Я затеяла небольшую шутку, пусть будет для него уроком. Надеюсь, вы поможете.

Вечером Рыцарь, как обычно, кутил в таверне. Компанию ему составила торговка каштанами – красивая и страстная. Рыцарь прижимал ее к стене, обдавая жарким дыханием, говорил про женитьбу и клялся в вечной любви. Девушка не возражала, обнимала его за шею и обещала любые утехи, какие он только пожелает.